Гуднайт, Америка, о! - Александр Евгеньевич Цыпкин
– Алекс, может, поднимем румынам ставку? – как-то раз спросил Майкл, очередной раз услышав стук милосердия и сочувствия в одном из сердечных клапанов. – Они реально сутками у нас торчат, а получают меньше официантов.
– Босс, а они просили?
– Нет, но это не значит, что мы не должны сами думать о них. Люди должны приходить на работу счастливые и уходить с нее такими же.
– Простите, босс, а как вы это можете измерить? В смысле, вот мы им будем платить на десять долларов больше. Это, если умножить на всех румынов, не так мало. Как нам посчитать, стали ли они счастливее? Тем более, не то чтобы они выглядели несчастными. Может, просто они не совсем про деньги? Просто живут и радуются мелочам.
Через несколько месяцев после этого разговора румыны исчезли в один день. А еще через неделю к Майклу заявились фэбээровцы. Оказалось, румыны наладили масштабный канал транспортировки наркотиков в Европу через пилотов и соскочили за день до ареста. Кто-то их предупредил. За время работы у Майкла они подняли, по скромной оценке ФБР, несколько миллионов долларов. Клуб им нужен был для прикрытия и развлечения.
С тех пор Майкл решил – он пока мало что понимает в людях.
Эпизод
«Коса на русский камень»
Вряд ли это было связано напрямую с активностью румын, но после того случая ФБР все чаще и чаще давало о себе знать. Как потом выяснилось, борьбой с новоявленной русской клубной мафией руководил агент с говорящей фамилией Гудфренд. Надо добавить, методы у одной из мощнейших силовых структур мира оказались, как бы это сказать помягче, – изумляющими. Их бросало от крючкотворства до беспредела. К примеру, в какой-то момент Майклу сообщили: так как он не акционер, а акционер за пределами США, то нельзя сказать, что Майкл контролирует актив, и на этом основании у клубов отозвали лицензию на алкоголь. Как вы понимаете, притоны могут существовать без чего угодно, кроме как без горячительных и разжигающих остальные пороки напитков. Фэбээровцы радостно потирали руки, думая, что уже на следующий день на месте клубов откроются церковноприходские школы, и каково же было их изумление, когда в ближайший уик-энд в клубы Майкла выстроилась очередь от самого Нью-Йорка. Господин Гудфренд орал, что он перечитает всего Достоевского, чтобы понять, как русские думают, и наконец прижать их к стене.
– Босс, я уже придумал, как мы будем тайно продавать алкоголь, есть несколько вариантов. Можно самим мешать его с колой и продавать как лимонад, можно сделать тайные комнаты для своих… можно…
– Алекс, мы можем посчитать средний чек по алкоголю у обычных посетителей и у тех, кто берет столы?
– Конечно.
– Ну вот, мы и решили проблему. Мы будем наливать алкоголь бесплатно.
– Не понял, босс, совсем?
– Именно, у русских щедрая душа.
Алекс не любил спорить с начальством, но что происходит, не понимал, поэтому пребывал в замешательстве.
– Да, я слышал, но я не понял. Мы же разоримся.
– Конечно, разоримся, но люди будут счастливы, а разве не ради этого мы все работаем? Алекс, неужели ты не хочешь видеть счастливые лица наших клиентов?
– Очень хочу. – Алекс стал похож на президента со стодолларовой купюры.
Майкл сделал еще более пафосное лицо и рассмеялся.
– Но одна маленькая деталь: мы вводим платный вход, плюс поднимаем цену на парковку и столы так, чтобы в итоге это приблизительно совпало с твоими данными по средним чекам. Убери из карты дорогие позиции. И еще, давай начнем продавать кепки и футболки. Всем, кто в нашем мерче, будем наливать что-то особенное.
Как вы понимаете, слух о клубах, в которых бесплатный и безлимитный алкоголь, мгновенно облетел Майами и взбудоражил город. Кое-где появились российские флаги. В ближайшие выходные в заведениях казанских хулиганов был переаншлаг и невероятная выручка.
Мистер Гудфренд в ответ ударил столом по шахматной доске. Майкла натурально в лучших российских традициях вывезли в наручниках в лес и повели куда-то. Совершая это традиционно российское путешествие, Майкл задумался о законе и праве. Стоит отметить, для борьбы с бесконечными претензиями американских властей он нанял десятки дорогостоящих юристов и прошел все суды всех доступных категорий (в будущем Майкл дойдет даже до Верховного суда). Он пытался быть своим в, как ему казалось, правовой стране, бороться с системой ее же методами и правилами… И вот со скованными руками он идет в чащу, где его, скорее всего, собираются пристрелить. Но дело было, конечно, не только в бесплатном алкоголе.
Майкл с товарищами и правда поставили ФБР в сложную ситуацию. С одной стороны, они с ними бесконечно судились, с другой – продолжали работать, зарабатывая себе на дорогих юристов, а с третьей – нашли гениальный выход из этого продолжительного противостояния. В чем-то они скопировали предыдущего хозяина. Майкл предложил продать все клубы владельцу империи «Пентхаус». Причем продать гораздо дешевле восьми миллионов долларов. Значительно дешевле. Фантастически дешевле. Если быть точным – за доллар. Но при одном условии. Майкл и команда продолжают управлять бизнесом и забирают себе всю прибыль, пока эта сумма не составит те самые восемь миллионов, а далее она делится пополам. Клубы, разумеется, переименовываются в «Пентхаус», сеть развивается, заведения открываются по всему миру. Если бы такое произошло, то у ФБР появились бы две сложности: «русская мафия» выскочила бы из-под удара, клубы было бы сложнее закрыть, так как «Пентхаус» – это серьезно и на злобных большевиков не свалишь.
Поэтому в момент переговоров с «Пентхаусом» в офис Майкла залетели маски-шоу, положили всех лицом в пол, включая представителя американской легенды, а затем вывели Майкла и повезли в лес. Незатейливо и эффективно. Сделка сорвана, разумеется, «Пентхаус» напуган. И что самое великолепное, так красочно ФБР задержало человека, который совершил опаснейшее преступление: не подал вовремя документы. Чистое рейдерство. Абсурду ситуации добавлял тот факт, что месяцев за шесть до этих событий Майкл сидел в том же офисе и реально ждал абсолютно обоснованного ареста.
Случилось вот что. Майкл зашел в люксовый автосалон выбрать новую машину и познакомился там с двумя такими же интересующимися тачками латиноамериканцами. Разболтались, Майкл сообщил, что он из России, поведал о клубах и позвал потусить, поговорить о возможных общих темах. Несмотря на бешеный успех злачных заведений, Майкл с Нобелем и Ленноном, оставшимися в России, развивали сразу несколько перспективных направлений. Закупали в США оборудование для российской промышленности, а из России в разные
