Штормовое предупреждение - Чжу Шаньпо

Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 86

для нее всевозможных докторов. Невесть откуда взявшиеся шарлатаны, которые хвастались лекарствами от всех болезней, прописывали Хай Куй самые разные диво-рецепты, от которых ее тело еще больше слабело.

Однажды в Даньчжэнь «по ошибке вломился» один мастер цигуна, утверждавший, что частенько бывал в Чжуннаньхае[7]. Этот коротышка носил волосы до плеч, весь зарос бородой, рот его был полон черных зубов, а тело закутано в мешковатый белый халат. Когда он сидел, скрестив ноги, на земле перед кинотеатром, в птичьих рядах в сотне метров от него упала какая-то пожилая женщина. Он тут же подбежал к ней и давай беспрестанно извиняться, утверждая, что это он ей случайно своим цигуном навалял. Но это еще что, навредить цигуном случайному пешеходу это всего лишь пустяк, и из-за того, что корову по ту сторону горы зашибло, тоже не стоило поднимать шумиху. А вот его мастер, по его словам, однажды использовал силу на берегу моря и вызвал цунами, и волны взмыли до небес, опрокинув семью семь сорок девять американских военных кораблей, и так план США по нападению на Китай был расстроен. Он приехал из Пекина, прошел более двух тысяч километров, практикуя цигун всю дорогу, и устал.

– В совершенствовании мне не сравниться с учителем, когда я восстановлю изначальное ци и моя сила достигнет пика, я смогу вызвать только семибалльный тайфун, и, честно говоря, вызвать восьмибалльный я, нижайший, никак не в силах, только семибальный.

Вот такой был мастер цигуна скромный и искренний.

Люди всё не могли до конца поверить. Если мастера цигуна тоже могут вызвать семибалльный тайфун, значит, он, оказывается, вовсе не стихийное бедствие, а человечьих рук дело?

– Конечно, мастера цигуна не будут делать аморальные вещи, которые разрушают законы природы и порождают стихийные и техногенные катастрофы. Мы делаем только добрые дела, лечим цигуном болезни, приносим людям счастье, – сказал мастер цигуна. – Мы с учителем с помощью цигуна вернули к жизни больше тысячи человек, у них у всех есть имена, фамилии, адреса, можете проверить, если хотите. Хотя воскрешение людей из мертвых и нарушает законы жизни и смерти, мы должны были это сделать. Лучше спасти человеку жизнь, чем построить семь этажей для монастыря.

Мастер цигуна вынул из кармана простенькую брошюрку из сшитых вместе листов туалетной бумаги, на которой неразборчиво и криво были написаны ряды имен и адресов. Можно было с трудом различить, что большинство спасенных им людей жили где-то у черта на рогах – в Шаньси, Синьцзяне, Цинхае, Хэнани и Хэйлунцзяне, а последний оказался из нашего уезда, чему все были приятно удивлены. Некоторые начали верить его словам, даже если не полностью, то хотя бы больше не сомневались, что он фигура сильная.

– Если бы коварная, порочная Цзян Цин[8] не строила нам препоны, мы не упустили бы драгоценное время и могли бы спасти председателя Мао, – печально сказал мастер цигуна. – Это Цзян Цин помешала нам спасти председателя Мао!

Он рыгнул. Изо рта у него пахло рыбьим жиром.

Гао Сяоцю, сын кузнеца Гао Дафу и любитель соленой рыбы, искренне жалел, что не повстречал мастера раньше, он преклонил перед ним колени, выбросил свой железный молоток и явился к нему с подношением в виде мешка соленой рыбы, изъявив желание следовать за ним как ученик. Мастер цигуна ответил, что твердо решил не брать учеников в Даньчжэне, потому что он полон «ядовитых испарений», а у здешних жителей слишком крепок «кармический барьер», поэтому, как бы они ни совершенствовались, другого предела им никогда не достичь. Мы не понимали, что такое «кармический барьер», и в душе несколько обеспокоились. Мастер цигуна объяснил, что ничего особенного, просто мы слишком сильно пострадали от тайфунов и наводнений. Похожие слова говорили и французские миссионеры: «Господь не любит Даньчжэнь».

Ветеринар Инь, казалось, верил в цигун, поэтому он вспомнил о Хай Куй и попросил мастера цигуна испытать силу на ней. Жун Яо насмехался над мастером, называя его шарлатаном. Ветеринар Инь напомнил Жун Яо, что мастеров цигуна обижать не стоит, в мире много чудесного, много ли ты знаешь о нем, Жун Яо? Тот ответил, что если цигун может вызывать семибалльный тайфун, то существовали бы до сих пор Соединенные Штаты? Мастер цигуна понизил голос и сказал Жун Яо:

– Не побоюсь сказать вам, что торнадо, которые каждый год обрушиваются на Соединенные Штаты, рождаются единством наших, мастеров цигуна, усилий. Это чтобы Штаты отведали силушки китайской. Конечно, это государственная тайна, я не должен был ее вот так сливать, и вам не надо об этом говорить, а то нас и ООН будет преследовать…

Жун Яо сделал вид, что удивлен:

– Ах вот оно что.

– Я могу поднять на ноги человека, который был парализован десять лет, – заявил мастер цигуна, но захотел денег.

Жун Яо опередил ветеринара Иня и, хлопнув себя по груди, сказал:

– Если и правда поставишь Хай Куй на ноги, я дам тебе десять тысяч юаней!

Глаза мастера цигуна загорелись:

– У тебя есть десять тысяч юаней?

Жун Яо ответил уклончиво:

– Ну конечно… если не найду, то можешь меня парализовать.

Народ зашумел. Мастер цигуна решил, что над ним смеются. Чтобы подтвердить свои умения, мастер цигуна последовал за Жун Яо к Хай Куй, оставил бездельников за порогом, а сам сел на землю, скрестив ноги, и высвободил ци[9]. Проворочавшись на месте полдня, Хай Куй так и не смогла встать. Мастер цигуна подсаживался к ней все ближе и ближе и, наконец, положил руки ей на живот и на грудь, «высвобождая ци» из последних сил. Люди за дверью почувствовали порывы ветра, а некоторые – жар в животе. Они думали, что это вызвано работой мастера цигуна, и нарадоваться не могли. Однако Хай Куй никак не отвечала на лечение. Мастер цигуна сильно вспотел и был несколько обескуражен, но все-таки смог узнать причину своей неудачи – эта женщина страдала не от болезни, а от злых духов – все люди в нашем Даньчжэне подверглись влиянию злых духов. Мастер поклялся:

– Сейчас мое ци ослабло, никак не высвобождается. Но вот погодите, когда я вернусь, в следующий раз обязательно избавлю вас от кармического барьера.

– У меня из кармана чуть не украли десять тысяч, – презрительно заметил Жун Яо.

Но на самом деле откуда у него десять тысяч? В кармане у него больше пяти юаней никогда не водилось.

Ветеринар Инь умолял мастера цигуна продолжать усилия, но мастер был измучен, его голова поникла, и весь его вид говорил о том, что он вот-вот умрет от истощения. Ветеринар Инь вынул из кармана пачку денег и помахал ею под носом у мастера. Мастер цигуна медленно

Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 86