Штурм Бахмута. Разведвзвод. Том I - Александр Савицкий
— Ваша задача, — инструктировал нас Иван, — оттянуться на пятиэтажку к Обиде и перейти под его командование. Теперь он ваш командир. С Богом, пацаны.
— А БК сколько брать? — поинтересовался Куманек.
— Так, чтобы вам хватило, но, чтобы вы были налегке.
— Я тогда возьму двойной магазин! — сразу заявил я.
— Так не выгодно, — скептически посмотрел на меня Сапалер, — отстреляешься и сразу два магазина выкинешь.
— Вань, мне так привычно. На всякий случай.
Иван скептически пожал плечами и поджал губы, как бы говоря мне: «Ну, как знаешь…»
Я взял с собой четыре магазина в броню — по два с каждой стороны, и одну «эфку» для себя, на всякий случай. В шесть вечера, как только стемнело, мы выдвинулись с трехэтажки на ДК.
Бегал я всегда очень быстро, из-за чего постоянно ругался с Кубатом, который сопровождал нас до пятиэтажки и был недоволен тем, что я обгонял всю группу.
— Будешь в конце бежать, потому что бежишь как угорелый и нарушаешь порядок! — предупредил меня Кубат.
— Я просто жизнь свою ценю и не хочу по порожняку разгуливать, — тут же парировал я, — пока вы там телитесь, я уже в безопасное место запрыгнул.
Я выждал несколько секунд, стартанул за всеми и, пока мы бежали, все равно обогнал большую часть группы. Поскольку я был глуховат, то боялся не услышать вовремя отзыв и погибнуть от своей пули, поэтому еще за двадцать метров до фишки я обычно начинал кричать пароль: «Краснодар, Краснодар, Краснодар!», чем сильно веселил фишкарей, которые уже знали, что бегу я.
Недолго задержавшись на ДК, мы быстро добежали до Обиды и стали ждать окончания штурма, пока хохлов выкуривали из второй половины школы.
— Короче, пацаны, — стал нам давать напутствия Обида, — выдвигаетесь на школу и начинаете вытаскивать раненых. Носилок нет, но есть плед.
Мы попытались растянуть его, и сразу стало понятно, что для переноски раненых он неудобен от слова совсем.
— Если в нем потащим, то трехсотый будет по камням спиной елозить, да и нам неудобно, — сразу предположил Куманек.
— Давай туда с ним добежим, а там решим, как лучше? — предложил я.
Все согласились с моим планом, и мы быстро, чтобы не попасть под огонь АГС, добежали через частник до первой точки — четырехэтажки Стахана. Быстро передохнув и попив воды, выдвинулись дальше к школе. Вход в школу был через дыру на углу, который находился со стороны Иванграда.
— Привет, пацаны! — сразу встретил нас уставший боец в перепачканной амуниции. — Вода и сиги есть?
— Есть немного, — мы достали все, что у нас было и, раздавая пацанам, стали спрашивать о трехсотых. — Где они?
— Тяжелых двое. Один с перебитыми ногами и всей хуйней на втором этаже, но хохлы там лестницу обвалили… Нужно его как-то спустить вниз. А второй — в другой части школы. Вам туда, — показали они на окно, к которому была прикреплена сетка-рабица как лестница. — Только осторожнее — там одноглазый работает.
Забравшись в окно, мы попали в большое помещение, выглядевшее как столовая или актовый зал, где на полу лежал раненый. Быстро сняв с него броню, мы осмотрели, как он перевязан, и стало понятно, что забинтовали его неправильно. От попадания РПГ у него были перебиты обе ноги ниже колен. Туда ему и наложили жгуты, и нам пришлось снимать их, чтобы затянуть выше колен, тем самым лучше перетянув артерии.
— Сколько ты весишь? — спросил я трехсотого, который постанывал при каждой моей манипуляции и смотрел на нас жалобными глазами.
— Семьдесят.
— Хорошо, — я посмотрел на пацанов и предложил план, — Куманек, давай мы с тобой его вдвоем понесем, а Гурам наши автоматы потащит. А ты, — я посмотрел на Свислыча, — прикрывать нас будешь. Если вдруг нас с Куманьком убьет или ранит, вы его подхватите.
— Легко, — согласился Свислыч.
— Париж? Парижан? — услышал я свой позывной из дальнего конца школы.
— Кто спрашивает? — откликнулся я.
— Вася Орчип! Здорово, братан!
— Здорово Васек! — обрадовался я неожиданной встрече. — Как наши? Все в порядке? — пользуясь моментом, поинтересовался я.
— Целы! Но сильно устали! Привет тебе от Лехи Рамси и Маринада!
— И вам всем привет, пацаны!
Пацаны были из моей зоны, и я их не видел с тех пор, как нас раскидали по разным позициям. С той стороны школы, откуда кричал Орчип, было очень шумно. Постоянно велся огонь и прилетали ВОГи. Мы стали осторожно расчищать пространство у окна, чтобы спустить трехсотого вниз на руках.
— О! Привет, Парижан! — вышел на меня мой приятель по зоне Мещовск. — Жив?
— Как видишь. Сам как?
— Да пиздец тут! Нас тут один кон подзажали. Воды нет, а я смотрю, в соседней комнате бутылка в углу валяется. А чтобы ее достать, нужно два метра открытки проскочить, которая простреливается. Терпел, терпел и дернул. Запрыгнул туда, в угол забился, а она, прикинь, замерзла! Сука, пришлось лед этот грызть, бля, — заржал он.
— Братуха, держись! — обнял я его.
Мы встретились взглядами и кивнули друг другу. И в этом его мимолетном взгляде были и воспоминания о нашей зоне, и дружба, и надежда, что мы пройдем через этот ад и будем живы. Он улыбнулся мне и побежал назад на свои позиции, а я вернулся к нашей работе.
Рядом у одного из бойцов заработала рация, и я услышал, как Гонг утешает того раненого, который лежал на втором этаже, пока другая группа эвакуации придумывала, как его оттуда вытащить.
— Терпи, терпи, мой родной! Ты же замечательный человек! — отеческим голосом, как своему сыну или племяннику, говорил Гонг. — Глянь, как ты быстро всего добился! Не прошло и нескольких месяцев, а ты уже стал командиром! Мы тебя вытащим! — голос Гонга стал жестче. — Вытащите его! Не дайте ему там вытечь. Он мне дорог как друг и мой боевой товарищ!
— Сделаем! — заверил его старший группы. — Мы и не таких вытаскивали.
Мы с Куманьком выбрались на улицу и стали принимать нашего трехсотого внизу. Пацаны осторожно спустили его и стали действовать так, как нас учил Чада, медик из нашей учебки: «Один берет его ноги на плечи, а второй кладет его голову на плечо и руками упирается в спину».
— Больно, пацаны… — застонал он.
— Братан, нужно терпеть. Понимаю, что больно и обезбола нет никакого, но ты давай, крепись. Выхода нет.
До пятиэтажки было метров шестьсот по пересеченной местности, под пулями снайперов и минами.
