Кому выгодно? - Данила Комастри Монтанари
Каменщики давно ушли, когда Аврелий, отказавшись от бессмысленного ожидания, решил отправиться домой.
— Аве, патрон! — приветствовал его ангельский голос.
— Аве, кирия Домиция! — улыбнувшись, поклонился патриций.
— Я хотела поблагодарить тебя, сенатор. На деньги, что ты подарил, я купила прекрасную ткань и сейчас шью себе платье! — сияя, воскликнула девушка. — Хочешь, покажу, пока бабушки нет дома, — приветливо предложила она, и Аврелий поднялся вслед за ней по деревянной лестнице, что шла по внешней стене инсулы.
Поначалу сенатор испугался, что придётся взбираться по такому ненадёжному и шаткому устройству до шестого, последнего этажа, под самую крышу, где жильцы зимой страдают от дождей, а летом умирают от жары. Но квартира, по счастью, находилась на третьем этаже. У двери Домиция немного заколебалась, робея.
— Ты же порядочный человек, правда? Ты ведь не станешь…
Патриций как раз подумал об этом и уверенно подтвердил — не станет…
Ярко-жёлтого цвета платье лежало на единственной кровати, которую бабушке и внучке приходилось делить, поскольку для ещё одного ложа в комнатке не было места. Стол и две колченогие скамьи завершали обстановку.
— Очень красивое платье, но его нужно украсить ожерельем, — сказал Аврелий, открывая сумку.
Этой хорошенькой девушке лучше было бы пуститься в любовные приключения, чем найти такого же бедного, как и она, мужа, ведь в повседневных трудах и постоянных беременностях её красота быстро увянет.
Но Домиция, похоже, предпочитала перспективу преждевременного старения среди галдящих детишек, чем комфортную, но одинокую судьбу богатых куртизанок.
— Ничего не слышал о молодом хозяине копировальной мастерской? — спросила она патриция, опустив глаза, чтобы не выдать, насколько волнует её этот вопрос.
— У него всё хорошо, — коротко ответил Аврелий.
Значит, Домицию интересовал Друзий Сатурний. Возможно, они знакомы с детства, задолго до того, как он обручился с Марцеллиной.
«Юноша явно не так наивен, как это кажется на первый взгляд», — подумал Аврелий, вспомнив напор, с каким тот обвинял шурина, настойчивую просьбу поговорить с Цезарем и странный взгляд, каким тот обменялся с Туцией.
Также следовало учесть и явный интерес к нему красивой соседки по дому. Всё это давало повод подозревать, что Друзий вынашивает какие-то планы, скрывая их за образом невинного ребёнка с буллой на шее…
— Ты не голодный? У меня есть лепёшка с травами, — предложила Домиция. Патриций поспешил отклонить приглашение, опасаясь рассердить строгую бабушку.
Уходя, уже на площадке, он вдруг обратил внимание на выцветшую занавеску, закрывавшую что-то вроде ниши в стене. Патриций вытаращил глаза: ткань шевелилась, хотя никто не касался её!
Домиция рассмеялась, увидев его ошеломлённое лицо.
— Ах, не бойся! Там птица, — сказала она, отодвигая занавеску, за которой под чёрным колпаком сидела толстая сова. — Не говори никому, прошу тебя, что мы держим её тут! Соседи так суеверны. Она нужна нам, чтобы бороться с мышами. Здесь, в инсуле, их тьма, а мы, благодаря этой охотнице, живём спокойно! Но приходится выпускать её только ночью, втайне от всех…
Если хищная птица существовала на самом деле, то, может быть, речь идёт о простом совпадении, рассудил Аврелий, но сразу же понял, что ошибается: Скапола говорил, что было ещё светло, когда Сатурний увидел сову. Охваченный внезапным сомнением, он спросил девушку:
— А могло случиться такое, что месяца два тому назад сова оказалась бы на улице днём?
— Два месяца назад? — переспросила Домиция. — Не знаю… Её как раз тогда брала у меня на некоторое время одна подруга, чтобы очистить двор от крыс.
— И кому же ты давала её?
— Туции, рабыне Сатурниев, — с улыбкой ответила девушка.
— Хочу подробнее расспросить Скаполу о том злосчастном пророчестве. Кроме того, он должен объяснить мне, что делал в бане Сарпедония, и показать свою обувь, которая оставляет следы с завитушкой. Пришли его ко мне сейчас же! — приказал патриций.
— Это трудно сделать, патрон, — возразил Кастор.
— Разве ты не посадил его под замок, как я велел?
— Но сначала мне надо бы найти его, хозяин. К сожалению, в питомнике у Фульвии Ариониллы его не оказалось.
— Боги подземного царства! Только не говори мне, что он сбежал! И прячется теперь в огромном городе, а мы ведь не сможем обшарить каждый уголок! — недовольно проворчал Аврелий. — В таком случае позови Иппаркия, и как можно быстрее! — потребовал он.
— Ты заболел? — с надеждой спросил вольноотпущенник. Если хозяин проведёт несколько дней в постели, все слуги в домусе хоть немного отдохнут.
— Я совершенно здоров, но мне немедленно нужны кое-какие сведения. Если Иппаркий вздумает упираться, напомни ему о вазах с инжиром, которые он ворует у меня, думая, будто я дурак и ничего не замечаю!
— Как скажешь, патрон, — согласился грек и решил посоветовать врачу выписать сенатору какой-нибудь успокоительный отвар. Эпикурейские практики тому уже явно не помогали.
В перистиле Кастор встретил Париса, спешившего на громкий зов хозяина.
— Смотри, не возражай ему, он сегодня в ужасном настроении, — предупредил секретарь, и они обменялись понимающими взглядами.
— Что удалось узнать о состоянии Сатурниев? — сразу же спросил патриций управляющего.
— От него мало что осталось, патрон, — ответил Парис. — Их предприятие в последнее время не приносило дохода, и теперь Марцелл суетится, пытаясь выплатить долги и наладить дело. Если ему удастся осуществить затею с продажей недорогих книг, может, и выкрутится!
— Значит, он не получает никакой выгоды от опеки над Друзием?
— Выгоды? Да он ещё и свои деньги вкладывает! Но очень рассчитывает на сестру, желая устроить ей выгодную партию. Потому и медлит с разрешением молодым людям пожениться, ожидая лучших времён.
— Всё это меняет дело. Я прав был, когда сомневался в Друзии! — кивнул Аврелий. — Мне нужно подтверждение врача, однако…
— Он уже идёт, патрон.
— Не уходи, Парис. У меня для тебя есть ещё одно поручение, — сказал Аврелий и замолчал на некоторое время, прежде чем продолжить.
«Слишком просто, — думал он, — слишком легко такому человеку, как я, осуществить чью-то мечту и почувствовать себя добрым и великодушным».
И наконец решился:
— Сходи в баню к Сарпедонию и купи у него рабыню по имени Афродизия. Ему нужны деньги, так что он уступит её за недорого. Поторгуйся немного, но больше для вида.
Управляющий скривился.
«Ещё одна капризная женщина на мою шею! — с досадой подумал он. — Снова зависть, ссоры, недовольства…»
— Прежде чем идти домой, отправь её в термы, чтобы она помылась и привела себя в порядок. Потом найди ей красивую одежду и дай какую-нибудь лёгкую работу, ну что-то вроде чистки серебра. Важно, чтобы она находилась подальше от меня. Пока что не хочу иметь с
