Леила и Катрин поспешно стали исполнять приказание врача, который, обратившись к Морицу и Гюйону, тихо прибавил:
— Ну, мне тут больше нечего делать… Я занял бедняжек, чтобы немного подготовить их к печальному известию… Мориц, возьмите-ка его под руки, а вы сюда, Гюйон!.. Положим его на софу… Вот так!..
— Умер? — вздрогнув, спросил молодой археолог.
— Нет никакого сомнения: апоплексический удар… Да это и к лучшему, — что оставалось ему в жизни, когда все надежды его были разбиты?
— Бедный Гуша-Нишин! — грустно заметил Мориц.
— Скажите лучше, бедная Леила! — возразил доктор. — Ее одиночество гораздо более достойно сожаления.
— Она не останется одна, — с живостью возразил Мориц, — Катрин считает ее своей сестрой.
— Ага!.. Ну, в таком случае, очень рад за нее!.. Но что же вы думаете теперь делать? Решили вы что-нибудь?
— Пока ничего еще…
— Тогда я предлагаю вам вот что: останемся здесь, пока Леила исполнит последний долг по отношению к своему деду, а затем отвезем ее в Тегеран. Моя жена будет в восторге от этой милой девушки, о вас же с Катрин нечего и говорить, — вы всегда будете желанными гостями в моем доме. Что касается раскопок, то, я полагаю, вы достаточно уже сделали открытий…
— Признаюсь, я сам думаю с ними немного приостановиться и ввиду этого с благодарностью принимаю ваше гостеприимное приглашение.
— А я со своей стороны предложил бы маленькое изменение в плане доктора, — вмешался Гюйон, — а именно, пусть Мориц едет ко мне.
— Охотно уступаю его вам, — отозвался, улыбаясь, доктор. — С моей стороны было бы слишком эгоистично завладеть ими всеми…
Две недели спустя тело мага было с торжеством похоронено в Башне молчания, а Леила со своими друзьями отправилась в Тегеран. Вскоре доктор представил своей жене обеих молодых девушек, которым госпожа Арди оказала самый сердечный прием, а Луи
Гюйон поместил у себя Морица, Гассана и верного Гаргариди.
Каждый день молодежь проводит у доктора долгие часы, к величайшему удовольствию гостеприимной хозяйки. Госпожа Арди уверяет, что ни за что не отпустит от себя Леилу и Катрин, но лукавый доктор пророчит, что скоро у нее отнимут их обеих: он полагает, и не без основания, что скоро придется праздновать двойную свадьбу, и сестра Морица превратится в мадам Гюйон, а Леила будет носить девичью фамилию своей подруги.
Один из титулов персидского шаха.
Башня молчания.
Господин.
Язык древних гебров.
Священники гебров.
Мусульмане Персии обыкновенно гладко выбривают себе голову, оставляя лишь на самой маковке «каркуль» или «Магоме», — клок волос; делается это для того, чтобы после смерти пророк мог за каркуль втащить правоверного в рай.
Приветствую именем Аллаха!