Женщина Солнца - Джеймс Уиллард Шульц
В первый момент, когда мы вышли из форта, гонимый ветром колючий снег почти ослепил нас, и Поднимающийся Волк, протиснувшись между Мартином и мной и крича, чтобы его услышали, сказал нам, что мы должны позволить остальным осмотреть долину, а мы должны спуститься к реке. Ему не было необходимости вдаваться в подробности: по твердому льду, под защитой высокого берега, это был лучший способ добраться до форта конкурентов, куда, конечно же, направлялся Лопес с девушкой.
Добравшись до льда, мы прошли не более пары сотен ярдов, когда услышали, достаточно слабый сквозь вой бури, но несомненный женский крик.
– Это она! Недалеко впереди! – крикнул Мартин.
– Давайте! Быстрее! – крикнул Поднимающийся Волк.
И затем мы увидели их – сначала смутно, а затем более отчетливо – две фигуры, которые боролись на продуваемом ветром льду; трудом пробирающиеся по охваченному штормом льду, девушка тщетно пыталась остановить настойчивые попытки Лопеса утащить ее к форту конкурентов. Мы были почти рядом с ними, когда он увидел нас и, отпустив девушку, выстрелил из пистолета в Мартина, шедшего впереди, повернулся и побежал.
– Спирсон, позаботься о ней! Поднимающийся Волк, пошли! – крикнул Мартин.
И они ушли, оставив меня заботиться о девушке, бывшей в полуобморочном состоянии. Она взяла мою руку и положила ее на горячую опухоль на своем лбу:
– Он ударил меня сюда; мне больно, – сказала она.
Через некоторое время она смогла идти, и я помог ей вернуться в форт к охваченным волнением женщинам. Вскоре после этого начали приходить поисковики и сообщать, что они похитителя женщины не видели.
Затем, наконец, появились Мартин и Поднимающийся Волк, злой и пристыженные: каждый из них стрелял в Лопеса и не попал, а он, как оказалось, бегал лучше них. Однако они не выпускали его из виду, пока он не добрался до форта конкурентов, где кто-то, ожидавший его, несомненно, сам Латур, впустил его и захлопнул ворота у них перед носом.
Мы все собрались в главной комнате, предназначенной для индейцев, и все были взволнованы; болтовня женщин была оглушительной. Поднимающийся Волк прекратил её, а затем, расспросив одного за другим, мы вскоре выяснили, как Лопес пытался украсть девушку. Сразу после наступления темноты Лопес покинул форт, а когда он вернулся немного позже, изо рта у него сильно пахло спиртным. Он угрюмо съел ужин, который его ждал, а затем сказал своей женщине идти на танцы и оставаться там столько, сколько они будут продолжаться – он хотел побыть один. Позже он нашел одну женщину из торговой группы в одной из комнат работников и попросил её передать Женщине Солнца, чтобы та поспешила в его комнату, чтобы помолиться за его женщину, которая внезапно заболела. Затем, когда девушка открыла дверь в его комнату, он сбил ее с ног ударом кулака, обернул ей голову одеялом, чтобы заглушить ее крики, и, взвалив ее на плечи, понес в форт конкурентов; но, сочтя свою ношу слишком тяжёлой, он поставил ее на ноги и потащил ее за собой, когда мы появились и спасли ее. Возвращаться он не собирался; в прошлый раз он уже унёс свое ружье, запасную одежду и бритву. Его женщина была рада, что он ушел, что она освободилась от него: он был слишком подлым человеком, и она никогда не хотела видеть его снова; она сама уже была близка к тому, чтобы оставить его и вернуться к своему народу.
– Вы видите, насколько я был прав. Если бы вы последовали моему совету, если бы выгнали Лопеса, эта беда никогда бы не произошла, – сказал нам с Мартином Поднимающийся Волк.
– Если этот Бьющий Железо хочет жить дальше, он никогда не должен появляться в лагере пикуни, – сказал мужчина из торгового отряда.
– Не хотел бы я быть на его месте: Вышнее, несомненно, заставит его заплатить за то, что он пытался сделать, – сказал другой; и с этим все быстро согласились.
Наши работники были так злы на Лопеса, что все до единого заявили, что никогда больше не придут в форт конкурентов, пока он там остается. На следующий день торговая группа вернулась в лагерь и рассказала о попытке Бьющего Железо украсть священную Женщину Солнца, и один из присутствующих задумался над этой новостью – Отскина, который постоянно молился о том, чтобы увидеть знак, с помощью которого он мог бы сделать ее своей женщиной. В течение следующей луны часто слышали, как он говорил, что его молитвы, его посты могут оказаться бесполезными, если другой, презрев волю Вышнего относительно девушки, попытается насильно овладеть ею.
И тогда, однажды ранним утром, он искупался, выкрасил себя охрой, священным цветом, пошел и повесил ценную шкуру выдры на ветку дерева – жертвоприношение, которое, несомненно, было бы оценено небесным божеством, и, сев на своего оседланного коня, поскакал к форту конкурентов, куда его впустил привратник.
– Этот Бьющий Железо, где я могу его найти? – спросил он.
Привратник не понял его слов, но, догадавшись, что он спрашивает Лопеса или Латура, или их обоих, указал на дверь покоев Латура. Отскина не вошел туда: он подошел и встал спиной к стене, примерно в десяти футах от нее; он стоял там с мрачным видом, в накидке, которая свободно облегала его дородную фигуру, и, молча молясь, даже не взглянул на работников, которые вежливо приветствовали его словами: «Bonjour, M'sieu Pieds Noir[11]», проходя мимо. Словно праздно глазея на противоположную стену двора, он внимательно следил за нужной дверью; наконец она открылась, и Лопес, выйдя, повернулся, чтобы ее запереть.
– Бьющий Железо! – мрачно сказал он.
– А, это ты. Чего ты хочешь?
– Почему ты пытался украсть эту святую женщину, Женщину Солнца?
– Тебе нет дела до того, что я пытался ее увезти.
– Для меня, для всех нас, жителей равнин, важно, чтобы никто, кроме того, кого выберет Вышнее, не прикасался даже к одежде, которую она носит…
– Ты и твое
