Белый бобёр - Джеймс Уиллард Шульц

– Дай его мне, я приказываю тебе! – крикнул Не Бегун.

– Никто из вас его не получит! Я сама выстрелю в медведя! – огрызнулась она, бросила весло и взяла оружие.

Я видел, что спорить с ней времени не было. Оставалась маленькая надежда на то, что она убьет медведя, и не хотел, чтобы она случайно выстрелила в меня; тремя или четырьмя гребками я развернул каноэ бортом к быстро приближавшемуся медведю и приготовился прыгать. Я видел, что Не Бегун бросил весло и сбросил с плеч одеяло. Девушка развернулась и приложила ружьё к плечу, прицелилась в медведя, продолжая целиться, пока его ужасная, с открытой пастью голова всё приближалась и приближалась, пока не оказалась всего в четырех футах от нас, и при том страхе и волнении, которое овладело мною, было удивительно видеть выражение спокойствия и уверенности на ее лице. Она выстрелила, прямо в пасть медведю, и его голова тут же скрылась под водой, а взбивавшие пену передние лапы моментально опустились; но его огромная туша продолжала двигаться и толкнула каноэ так, что мы едва не попадали в воду.

Мы выровняли его прежде, чем оно набрало воды, и уставились на пузырьки, поднимавшиеся из глубины и лопавшиеся на поверхности один за другим! Мы с трудом верили собственным глазам: Женщина-Звезда действительно убила старого Сокрушителя Голов, убила его, словно поразив молнией! Его туша погружалась всё глубже, глубже, глубже, чтобы упокоиться на дне озера!

– Он мёртв! Сокрушитель Голов мёртв! Храбрая, отважная Женщина-Звезда, моя сестра Женщина-Звезда! – воскликнул Не Бегун и затянул песню победы.

Пел он её один. Женщина-Звезда положила свое ружьё, уронив его прямо в воду, скопившуюся на дне каноэ, закрыла глаза ладонями и заплакала!

Ужасная, с открытой пастью голова всё приближалась и приближалась

– Почему ты плачешь? Пой! Радуйся! – сказал я ей.

– Я плачу потому, что я счастлива! О, как же я счастлива! Я с трудом верю, что это я убила Сокрушителя Голов! – ответила она и широко улыбнулась, еще не полностью придя в себя.

– Но ты убила его! Ты храбрая – удивительная девушка! – сказал я ей.

– Ик-ат-ос-ах-ки! – воскликнул Не Бегун. Это трудно перевести. Примерно я могу это истолковать как «очень много от женщины Солнца».

Я взял весло и направил каноэ к протоке и лагерю.

– Но медведь! Старый Сокрушитель Голов! Мой медведь! Я хочу его! – воскликнула Женщина-Звезда.

– Разумеется, это так, и ты его получишь; но не сейчас. Завтра, может послезавтра, он наполнится газом и поднимется на поверхность, и тогда мы вытащим его на берег и освежуем, – сказал ей Не Бегун.

– Может быть, мы получим его уже утром, – сказал я, но не стал раскрывать своих планов.

Мы доплыли до берега, вытащили каноэ далеко на песок, и пошли в наш вигвам. Женщина-Звезда разгребла золу, которой присыпала огонь, и положила несколько веток на горящие угли. Мы уселись на своих подстилках, довольно глядя на приветливое пламя, и заговорили о том, кто что чувствовал этой ночью.

– Когда я увидел, что этот Сокрушитель Голов плывёт к нам, и понял, что он плывёт быстрее, чем мы можем грести, я очень испугался, – сказал Не Бегун. – Я сказал себе: «Если я останусь в каноэ, он может убить меня, а если прыгну в воду, меня могут утащить Подводные Люди. Что выбрать из этих двух возможностей?» Я так и не решил, когда сестра выстрелила из своего ружья, и медведь столкнулся с каноэ и утонул!

– Как я рада, что не выстрелила из своего ружья, когда вы двое выстрелили в него! – воскликнула Женщина-Звезда. – Я хорошо прицелилась в него, но тут он повернулся, и когда ты, почти-брат, крикнул стрелять, я потеряла цель, а дым, поднявшийся поле ваших выстрелов, был такой густой, что я не смогла снова прицелиться!

– Я не понимаю, как ты смогла сделать то, что сделала, – сказал я ей. – Неужели ты не испугалась, когда увидела, что медведь приближается к нам?

– Вначале да, – коротко ответила она, глядя на огонь.

– А потом? – спросил я.

– Сестра, ты что, уснула? Проснись! Расскажи нам! – воскликнул Не Бегун.

– Ну, тут нечего рассказывать, – ответила она, будучи словно во сне. – Я увидела его открытую пасть, и поняла, что могу выстрелить прямо в неё и убить старого Сокрушителя Голов!

Мы с Не Бегуном уставились на нее.

– То, что она его убила – это случайность! Такое выпадает один раз на миллион! – сказал я про себя.

Но у Не Бегуна был на это другой взгляд.

– Боги дали тебе свою силу! Они направили твоё ружьё! Не напрасно Говорящий С Бизоном сделал талисман для нас, специально для тебя! – сказал он ей.

– Так и должно было быть! О, теперь я вижу, что это боги заставили меня сделать то, что я сделала! – воскликнула она.

– Ты обладаешь столь сильной магией, что я уже боюсь просить тебя поджарить нам мяса, – сказал я ей, беря ее намокшее ружье и начиная его чистить.

Она радостно улыбнулась, подошла к нашим запасам мяса, отрезала несколько хороших ломтей и разместила их над огнём.

– Ведь я действительно убила Сокрушителя Голов! – воскликнула она. – О, как же я счастлива! Когда будет построена магическая хижина, и все воины посчитают перед ней свои ку, я буду среди них и посчитаю свой ку на Сокрушителе Голов!

Мы сидели у костра до поздней ночи, все обговаривая наши приключения с медведем. Мое мнение было таково, что холодная вода озера не даст образоваться газам в его теле, заставив его всплыть на поверхность. У меня среди снаряжения был длинный напильник, и я решил раскалить его в костре, согнуть крючком, привязать к веревке и прочесать дно озера в поисках туши; была возможность, что мы зацепим её и постараемся поднять и вытащить на берег.

– Не порть хорошую вещь; он пригодится нам, чтобы точить ножи, – сказал Не Бегун, когда я объяснил ему свой план, как поднять медведя.

– Медведи отличаются от прочих животных тем, что разлагаются быстрее, – продолжал он. – Они разлагаются очень быстро. Я уверен, что мы еще до завтрашнего заката увидим на поверхности плавающего Сокрушителя Голов.

Наконец мы все решили, подбросили в костер полусырых дров, забрались на свои подстилки и уснули. Когда я проснулся, солнце светило в вигвам сверху. Не Бегун ещё крепко спал, но подстилка Женщины-Звезды по другую сторону от костра была пуста. Я поднял Не Бегуна, и мы побежали к реке искупаться; купание было коротким, потому что вода была очень холодной.