Шторм Шарпа - Бернард Корнуэлл
Плотные тучи скрыли луну, и вскоре после того, как лейтенант Старки явился, чтобы проводить Личных волонтеров Принца Уэльского к броду, зарядил дождь. Шарп осмотрел людей в сумерках, убедившись, что ни у кого не заряжен мушкет. Подойти к броду требовалось бесшумно, и он не мог рисковать, что кто-то споткнется и случайно выстрелит.
«Южный Эссекс», называть полк старым именем было куда привычнее, чем Личными волонтерами Принца Уэльского, двигался гуськом. В авангарде шла легкая рота. Они шли вдоль живой изгороди, постепенно спускавшейся под уклон и первая полмиля далась легко. Шарп нес винтовку в правой руке. Дуло было заткнуто винной пробкой, а замок от дождя защищала намотанная тряпица. Ветер и дождь пробирали холодом до костей, но они хотя бы покинули Пиренеи, где, как говорили Шарпу, зимой выпадает довольно глубокий снег.
Лейтенант Старки, тощий молодой человек одного роста с Шарпом, вдруг заговорил:
— Ждите здесь, сэр.
— Остановимся, пусть остальные подтянуться! — буркнул Шарп Харперу, который настоял на том, чтобы сопровождать командира. — И передай приказ назад. И пусть проведут счет.
— Дальше пойдет густой лес, сэр, — сказал Старки. — Там есть тропа, и мы оставили метки, но сбиться с пути чертовски легко.
— Вы оставили метки? — переспросил Шарп, гадая, как можно разглядеть какие-либо знаки в ночной тьме.
— Веревка, сэр, если я смогу ее найти.
Лейтенант Старки отошел на несколько футов и, судя по звукам, топтался в подлеске, шаря среди деревьев.
— Мы натянули ее сегодня утром, сэр, — тихо отозвался он, продолжая поиски. Шарп осторожно шагнул вперед, пока не нашел дерево, о которое можно было опереться и хоть немного укрыться от западного ветра. Позади слышалось бормотание солдат и шорох ног — длинная колонна останавливалась.
— Нашел! — крикнул лейтенант Старки. — Осторожно идите ко мне, сэр. — Он помолчал и добавил: — Тут немного крутовато, сэр.
— Немного... — начал Шарп и осекся. Ноги вылетели из-под него, он с глухим стуком приземлился на задницу и заскользил по мокрому склону. Винтовка слетела с плеча, ножны палаша звякнули о дерево, и он почувствовал, как куртка затрещала, зацепившись за ветку. Путь закончился в колючих кустах, где он распластался на спине. Шарп нащупал винтовку и, опираясь на нее, поднялся. Встав на ноги, он грязно выругался.
— Простите, сэр, — сказал Старки. — Мне следовало вас предупредить. Но дальше идти будет легче, сэр.
— И как, черт возьми, — мрачно спросил Шарп, — мне спустить батальон по этому склону?
— Простите, сэр, — снова повторил Старки, — мне следовало взять веревку.
— Которой всё равно ни у кого не было, — сказал Шарп. Он заранее подумал о том, что веревка пригодилась бы им для переправы через реку, и даже обращался к инженерам, но те открестились, заявив, что ничего подобного у них нет. — Сержант-майор? — позвал Шарп.
— Сэр? — отозвался Харпер сверху и сзади.
— Ружейные ремни! Думаю, понадобится штук двадцать. Свяжите их вместе, затем привяжите один конец к дереву там, наверху, а другой бросьте мне.
Всё это потребовало некоторого времени, но после того, как Шарп привязал свободный конец импровизированного каната к стволу дерева, батальон медленно преодолел коварный склон и вслед за Шарпом вышел к берегу реки.
Зрелище было пугающим. Река была черна, как затянутое тучами небо. О ее существовании свидетельствовали лишь дробь дождя по поверхности да тяжелый гул текущей воды, и это неумолимо навеяло Шарпу мысли о реке Стикс. В школу он никогда не ходил, поэтому не мог узнать о ней, изучая античность. Но в период заточения в подземельях Типу Султана в Серингапатаме, его товарищ по заключению, полковник МакКэндлесс, рассказывал ему о многом. В один из моментов пессимизма МакКэндлесс поведал о темной реке, которую предстоит пересечь каждому мертвецу. «Река Стикс, Шарп, — говорил МакКэндлесс, — это путь в ад! Кавери такая же!» И все же армия форсировала Кавери и штурмом взяла город, но в реке, что сейчас лежала перед Шарпом, чудилось также нечто зловещее.
— Вы переходили ее? — спросил он Старки.
— Дважды, сэр.
— И?
— Глубоко, сэр, но дно твердое, и ширина не больше двадцати ярдов. Сейчас переправиться нельзя, но генерал Барнс хочет, чтобы вы попытались на рассвете. Тогда будет легче.
Шарп хмыкнул.
— Какая глубина?
— Мне было по грудь, сэр. Возможно, сейчас чуть глубже после дождей, но на том берегу стоит большое дерево, и если держаться прямо на него, вы будете в безопасности.
— Рассвет, значит?
— Будет куда безопаснее, сэр.
— И вы уверены, что на том берегу нет вражеского пикета?
— Мы ни разу не видели, сэр. Пикеты есть у излучины реки, но это довольно далеко к северу.
Шарп снова хмыкнул. Если на том берегу и были пикеты, они наверняка уже услышали бы шум, с которым его люди спускались по крутому склону позади, но он рассудил, что придется принять заверения Старки о том, что этот брод не охраняется.
— Отсюда до поворота река течет прямо? — спросил он лейтенанта.
— Прямая, как Темза в Хенли, сэр, — уверенно заявил Старки.
— Я никогда не был в Хенли, — прорычал Шарп.
— Она прямая, сэр, — ответил Старки, смутившись.
— Значит, пикет им здесь не нужен, так? — заметил Шарп. — Потому что ублюдки у излучины могут видеть любого, кто здесь переправляется.
— Не в такой темноте, сэр.
— И они не ожидают, что кто-то будет настолько глуп, чтобы переправляться в темноте.
— Уверен, что так и есть, сэр.
— Значит, пришло время нам побыть глупцами, — сказал Шарп.
— Но генерал Барнс… — начал Старки.
— Генерала Барнса здесь нет, — перебил лейтенанта Шарп, — а я есть. Переправляемся сейчас. В темноте.
«И жаль, что у нас нет веревки», — подумал Шарп. Он мельком подумал о том, чтобы сделать еще один канат из ружейных ремней, но это заняло бы время, а он не желал ждать до рассвета, когда его людей будет видно от речной излучины на севере.
— Я пойду первым, — сказал он.
— Я с вами, сэр, — пробормотал Харпер.
— Затем легкая рота, — продолжил Шарп, — гренадеры последними. — Он слегка повысил голос. — Одной рукой держаться за того, кто идет впереди, другой рукой
