Брюс Уиллис. Жизнь и творчество Крепкого орешка - Шон О’Коннелл

торговца оружием Тони Амато с садистскими наклонностями, которого преследовали Дон Джонсон и Филип Майкл Томас. До этого Уиллис дважды снимался в мелких ролях, не отмеченных в титрах: в «Первом смертельном грехе» (1980) (где будущая суперзвезда играет Мужчину, который заходит в забегаловку) и в массовке юридической драмы «Вердикт» с Полом Ньюманом, где актер мелькает за спиной Ньюмана в нескольких сценах в суде. Позже он рассказывал в кастинг-агентствах, что играл в фильме судебного репортера, – на что не пойдешь ради того, чтобы повысить свой статус в чужих глазах и получить долгожданный шанс.

Но именно сериал «Детективное агентство „Лунный свет“» стал тем самым проектом, который впервые познакомил большинство зрителей с этой обаятельной и харизматичной сверхновой звездой. Однако за пять лет до того, как Уиллис начал работать с Сибилл Шепард в детективном агентстве «Голубая луна», другой будущий голливудский гигант использовал ситком ABC в качестве трамплина в большое кино.

Том Хэнкс два сезона носил женскую одежду в провокационном ситкоме «Закадычные друзья», где его партнером был Питер Сколари. Их персонажи Кип и Генри притворялись дамами по имени Баффи и Хильдегарда, чтобы снимать доступное жилье в отеле для женщин.

Как и Уиллис, Хэнкс особо выделился среди актерского состава сериала и получил львиную долю зрительских симпатий. Когда в 1982 году сериал закрыли, Хэнкс практически сразу же получил роли в хулиганских комедиях «Всплеск» и «Мальчишник», вышедших на экраны в 1984-м.

Невозможно сказать наверняка, сознательно ли Брюс Уиллис взял за образец карьерный путь Тома Хэнкса. Однако после того как «Лунный свет» сделал его звездой, он тоже перешел к своей первой главной роли в кино, выбрав фарсовую комедию, которая, по сути, требовала от него воспроизвести уже знакомый по сериалу образ.

– 4 —

«Крепкий орешек» навсегда останется самой знаменитой картиной Уиллиса, а «Криминальное чтиво» и «Шестое чувство», пожалуй, получили наибольшее признание критиков. Но лишь одна лента по праву может называться его первой главной ролью в полнометражном фильме – это абсурдная комедия ошибок «Свидание вслепую» (1987) Блейка Эдвардса, занимающая особое место в фильмографии актера.

Сюжет вряд ли можно назвать замысловатым. Офисный трудяга Уолтер (Уиллис) ищет спутницу для важного корпоратива. Его брат Тед (Фил Хартмен) знакомит его с Надей (Ким Бейсингер, находящаяся на пике популярности после откровенных «Девяти с половиной недель» 1986 года), но дает один строгий наказ: ни капли алкоголя, от него она сходит с ума. Естественно, Уолтер нарушает запрет, дает ей глоток шампанского и затем весь вечер безуспешно пытается усмирить потерявшую голову тусовщицу.

«Лунный свет» мастерски использовал уникальные актерские навыки Уиллиса. Восемьдесят процентов каждого эпизода строились на его способности мгновенно обыгрывать реплики, парировать острыми шутками и обводить недоброжелателей вокруг пальца виртуозной словесной игрой. Сценарий среднестатистического эпизода «Лунного света» был в среднем вдвое длиннее, чем у других телевизионных сериалов того времени. Причиной тому было обилие диалогов, написанных сценаристами для Уиллиса и Шепард. В оставшихся 20 % Эддисон обычно пускал в ход кулаки, разбираясь с подонками, с которыми приходилось иметь дело ему и Мэдди. Уиллис должен был изображать эти драки максимально правдоподобными. Наработанная физическая выразительность позже очень помогла ему в его третьем фильме – «Крепком орешке». Но Блейка Эдвардса гораздо больше интересовала бешеная, скорострельная манера речи, которую Уиллис отточил в сериале, и режиссер стремился перенести ее на большой экран.

«Я давно изучаю комедийную школу режиссеров вроде Фрэнка Капры, Престона Стерджеса, Эрнста Любича, – говорил Уиллис, размышляя о своей работе в «Свидании вслепую». – Можно сказать, что эти люди и создали жанр эксцентрической комедии. А Блейк Эдвардс – один из последних мастеров этого стиля» [1].

В основе эксцентрических комедий лежит классическая формула романтической комедии. Зачастую они полагаются на доминирующую героиню, чьи действия бросают вызов маскулинности ее партнера и показывают нелепо преувеличенные, фарсовые ситуации, в которых центральная пара сначала готова разорвать друг друга на части, но затем, когда между ними возникала химия, постепенно приходит к любви. Этому проверенному временем шаблону следовало как «Детективное агентство „Лунный свет“», так и дебютный фильм Уиллиса на большом экране.

Но Уиллис не ограничился простым воспроизведением образа Дэвида Эддисона в «Свидании вслепую». Для начала, Уолтер далеко не так крут, как детектив из сериала. И вместо того чтобы самому бросаться шутками, персонаж Уиллиса по большей части лишь реагирует на безумные выходки пьяной Бейсингер или яростно-ревнивого Джона Ларрокетта. Уолтер – интроверт. Он скромен, уступчив и по большей части делает для своих партнеров по фильму то же самое, что Шепард делала для Уиллиса еженедельно в «Лунном свете»: играет вторую скрипку, чтобы дать другому актеру в сцене полностью раскрыться.

Но это не значит, что Уиллис теряется в своем дебютном фильме. Позже, когда выходки Нади разрушают все его размеренное существование почти до самого основания, Уиллис наконец срывается с цепи и демонстрирует скрытое, но хорошо знакомое нам обаяние, которое приковывает к себе все взгляды. Он жонглирует паштетом, пытаясь опозорить Надю на вечеринке ее друзей. Он бросает оливку, словно миниатюрный баскетбольный мяч, и попадает прямо в декольте дамы с большим бюстом («Вы что, за Бостон болеете?» – спрашивает Уолтер у оторопевшей публики, когда они встречают его «достижение» гробовой тишиной). Он сталкивает официанта в бассейн. В этой части фильма он наконец сравнивается по уровню безумия с персонажем Ларрокетта и выводит на максимум ту маниакальную энергию, на которую, как мы знаем, он способен. Как только внутренний тусовщик Уиллиса вырывается наружу, фильм словно получает электрический заряд, которого ему, откровенно говоря, не хватало.

– 5 —

Большинство критиков встретило «Свидание вслепую» неоднозначно. Некоторые физические шутки, особенно с участием немецкого дога по кличке Рэмбо, получили одобрение, хотя сценарий был признан слабым, как бы ни старались Уиллис, Бейсингер и Ларрокетт сделать материал запоминающимся. «На протяжении большей части фильма я не смеялся, – писал кинокритик Chicago Sun-Times Роджер Эберт. – Но когда фильм все же вызывал у меня смех, он был искренним. В нем есть несколько блестящих моментов. Такие ленты напоминают, что какой бы сложной штукой ни была удачная комедия, неудачная – это вещь куда более мучительная» [2].

Но с точки зрения Уиллиса, состоявшейся звезды телеэкрана, стремившейся сделать следующий шаг в своей карьере (как и многие его коллеги в те годы), зрительский смех был не единственной заслугой «Свидания вслепую».

«Фильм произвел эффект, о необходимости которого я даже не подозревал, – говорил Уиллис о «Свидании вслепую». – А именно: он дал людям в киноиндустрии понять, что даже тот, кто пришел с телевидения, тоже может сниматься в кино и добиваться успеха»