Избранница Смерти - Ребекка Хумперт
Оно было построено немного в стороне от деревни, чтобы мертвые могли покоиться с миром.
— Мои… Я имею в виду, его расценки ты найдешь у входных ворот.
Много я не запрашивала, в основном вообще ничего не брала. Наша деревня жила за счет привлеченных живописными пляжами туристов. Однако в последнее время их не стало, поэтому финансовые ресурсы многих обитателей деревни были ограничены. Я не могла избавиться от ощущения, что эти смерти как-то связаны с угасающим интересом к Исла-Мухерес. На материке наверняка тоже ходили слухи, что нас коснулось проклятие.
Понимающая улыбка тронула губы незнакомца.
— Я не нуждаюсь в его услугах, сеньорита. Я просто хочу задать ему вопрос.
Его пронзительный взгляд скользнул по мне, и я вдруг осознала, что одежда у меня вся в земле.
— Или ей.
Он не поверил ни единому моему слову. И я не могла его за это винить.
Насколько идеальными были могилы, которые я копала, настолько неумелой была моя ложь. Но, боги мои, почему он так на меня уставился?
Мужчина наконец оторвался от ствола пальмы и отвесил короткий поклон:
— Могу я тебя кое о чем попросить?
Мои пальцы коснулись рукояти ножа.
— Смотря о чем.
— Держись подальше от обрыва.
Это была просьба, которую я не выполнила бы, даже если бы меня попросила абуэла. Несмотря на то что в этом месте у меня отняли брата, несмотря на то что при виде далекой водной глади у меня перехватывало дыхание, я чувствовала, что здесь я была ближе к Матео, чем где-либо еще. Я боялась не скалы, а того, что находилось под ней. А не здесь, наверху.
— Я не могу этого обещать.
Вечерний ветер сдул мне на лоб прядь, выбившуюся из длинной косы, которую Марисоль заплела мне после нашего скорбного посещения Пуэбло-дель-агуа.
Незнакомец подошел на шаг ближе и протянул руку, будто хотел поправить прядь.
Я невольно вздрогнула еще до того, как он коснулся меня. И поспешно заправила выбившиеся волосы за ухо.
— Ты не из ...
Остальная часть вопроса застряла у меня в горле, когда я заметила пристальный взгляд мужчины, направленный не на меня, а на что-то позади меня.
Еще до того, как я обернулась, я уже знала, кого там увижу. И надеялась, что это мой брат.
Но это был не Матео.
Я не могла вспомнить его имени, но запавшее лицо мертвеца, который брел недалеко от обрыва, осталось у меня в памяти. Он умер в прошлом году. Я с трудом сглотнула. Значит, Мария не была исключением. Души возвращались слишком рано и без типичных следов своего путешествия по подземному миру.
А я по-прежнему не знала почему.
Когда я бросила взгляд через плечо, незнакомец исчез. Но воспоминание о его суровом выражении лица осталось. Он видел мертвеца, которого, кроме меня, никто не должен был видеть.
Внезапно я почувствовала, как по пальцам потекло что-то теплое. Тихо выругавшись, я разглядывала серповидный порез на тыльной стороне руки, который снова начал кровоточить. Поспешно вытащив из рюкзака блокнот, я вырвала лист и вытерла им кожу, чтобы не вытирать одеждой — для этого она была слишком грязной. И смотрела, как кровь проникает сквозь бумажные волокна, пропитывая чистый белый цвет. Но мое внимание привлекла не кровь, а нечто в центре листа бумаги. Я быстро постаралась разгладить лист, насколько это было возможно. И когда я увидела рисунок, который, несмотря на кровь, все еще был хорошо различим, пальцы у меня задрожали.
У меня перехватило дыхание. Вот почему лицо этого человека показалось мне знакомым, хотя я никогда не встречала его раньше. И все же он был мне знаком. Из рассказов абуэлы.
Мой взгляд скользнул к пальме, к которой незнакомец недавно прислонялся, и задержался там на несколько мгновений. Затем я снова посмотрела на рисунок, где был изображен Нанауатль. Тот бессмертный, который когда-то пожертвовал собой, чтобы подарить людям солнце.
Если бы я не знала, что это невозможно, я бы поверила, что только что познакомилась с богом. С богом, которого больше не должно было существовать.
ГЛАВА 3
— Она чем-нибудь болела? — Я взяла уже остывшую руку дочери пекаря. Она была всего на несколько лет старше меня. Узкое бледное лицо свидетельствовало о долгих часах работы в пекарне. — Физически или психически?
Пекарь, худощавый американец, который поселился здесь не так давно, покачал головой. Он явно изо всех сил старался сдержать слезы. Мне бы хотелось, чтобы он плакал и не стыдился своего горя.
Он подошел ко мне и протянул горсть песо.
— Дела идут не очень хорошо, — извиняющимся тоном произнес он.
Я покачала головой:
— Забери свои деньги.
До сих пор я не брала деньги ни за одну из внезапных смертей и не собиралась начинать это делать. За маленький домик, который служил жильем каждому могильщику или могильщице в течение всего срока их службы, я не платила. Кроме того, мы с Марисоль обычно ели вместе, поэтому мне не нужно было много денег, чтобы выжить.
— Так больше не может продолжаться. — Голос Марисоль звучал более прерывисто, чем обычно. Когда я коротко на нее взглянула, стало ясно, что она тоже борется со слезами. Старейшина деревни сидела на низком стуле в скудно освещенной задней комнате островного медпункта. — В конце концов, должно же быть что-то, что объясняет эти смерти. Эпидемия, сумасшедший серийный убийца — что угодно.
Мигель со вздохом покачал головой. В прошлом году он стал самым молодым врачом в истории Исла-Мухерес, взявшим на себя деревенскую практику. Темные круги под его светло-карими глазами и растрепанные темно-каштановые локоны говорили о бесчисленных бессонных ночах.
— Я никогда не встречал ничего подобного.
Он опустился на колени рядом со мной и убрал темную прядь со лба умершей так осторожно, словно боялся ее разбудить.
— Ни у одного из них нет ни внешних повреждений, ни признаков других заболеваний — как у наших погибших, так и у жителей других деревень. Я предполагаю, что все они умерли от внезапной остановки сердца.
— Но они все еще такие молодые, — прошептала я, глядя на неподвижное лицо молодой женщины. — И такие... такие здоровые.
От приглушенных рыданий пекаря у меня разрывалось сердце.
Я растерянно повернулась к Мигелю.
— Могли ли они сами что-нибудь с собой сделать? — с трудом выговорила я страшное предположение.
Мгновение он молчал, разглядывая труп как уравнение, не имеющее решения.
— Этого нельзя исключить, но думаю, это маловероятно при таком количестве смертей. К тому же в последние недели я никому не прописывал ни обезболивающих, ни снотворных. И в образцах крови, которые я брал, нет никаких веществ, которые могли бы привести к смерти.
Мигель, казалось, хотел еще что-то сказать, но в следующий момент раздался хриплый кашель, и я быстро обернулась. Посмотрев на абуэлу, я увидела, что она прижимает руку ко рту. В другой руке у нее был ингалятор.
Проклятье. Буквально на днях она уверяла меня, что ее приступы кашля стали намного реже. Я тут же поднялась и бросилась к ней, но, не дойдя до нее, почувствовала, как у меня что-то сжалось в груди. Мне стало трудно дышать, как это часто бывало после смерти Матео, если я приближалась к воде. Однако иногда одышка появлялась совершенно внезапно, без предупреждения и без причин. А вместе с ней возникала и охватившая меня сейчас паника.
Не сейчас. Пожалуйста, только не сейчас.
Марисоль схватила меня за руку и потянула вниз, пока мы не оказались на одном уровне.
— Дай мне свои ключи, де Хесус, — огрызнулась она. — Только попробуй сегодня не лечь рано спать.
На щеках у нее виднелись подсохшие слезы, и я изо всех сил пыталась удержаться от желания опуститься
