Инженер. Система против монстров - 10 - Сергей Шиленко
— Я серьёзно, — подтвердил я. — Воздушная разведка и мобильность — это то, чего нам сейчас остро не хватает. Дроны хорошо работают, но у них ограниченный радиус действия и низкая грузоподъёмность. А летательный аппарат, способный нести не только камеры, но и серьёзное оружие, грузы и людей — это стратегическое преимущество. Так что да, я готов вложить ресурсы. Если ты готов работать.
Степан задумался на секунду, но тут же расплылся в улыбке.
— Я готов, — сказал он твёрдо. — Я только этим и занимался всю жизнь. Чинил, строил, летал. Если у вас есть для меня работа, буду выполнять её со всем старанием. И докажу, что не зря ем ваш хлеб.
— Вот и славно, — подытожила Искра. — Ещё один инженер в нашей коллекции. Скоро вы тут целый технопарк построите.
Олеся вернулась в столовую через пять минут. Деловито, с видом человека, сдавшего важный отчёт в срок. Коса болталась за спиной, глаза блестели всё тем же незатухающим энтузиазмом, но теперь к нему добавилась степенность. Примерно такая, с какой восьмилетние дети изображают взрослых.
— Всё, пристроила, — доложила она, усаживаясь на своё место. — В Питомник пока убирать не стала. Пусть поживут в оранжерее. Они там в подсобке сейчас отдыхают. Надо сделать жёрдочки, чтобы им было удобнее.
— А что с твоей учительницей музыки? — уточнила Искра.
— Тётя Ариадна действительно умеет играть! — оживилась девочка. — Я ей флейту дала и сказала, что сниму на телефон, как она играет. Вот!
Олеся достала смартфон. На экране появилась блондинка, полились переливчатые звуки. Действительно неплохо играет.
— Потом я сказала ей, что надо меня поучить, — сообщила Олеся, убирая телефон.
— И что она ответила? — посмотрел на дочь Варягин.
— Ничего, просто поругалась. Но недолго.
— Недолго — это сколько? — уточнила Искра.
— Ну… — Олеся потупилась. — Пока не ушла.
Фокусник уронил голову на стол и захрюкал.
Я дослушал этот маленький отчёт, поставил кружку и поднялся из-за стола.
— Искра, Олеся, Варягин, — произнёс я. — За мной.
— Куда? — тут же спросила рыжая, но уже поднималась.
— В мастерскую. Есть дело.
Олеся подскочила мгновенно. Варягин бросил быстрый взгляд на дочь, потом на меня. В его глазах читался немой вопрос: «Опять? Что на этот раз?» Но он промолчал и просто встал, поправив ремень с кобурой.
Степан проводил нас растерянным взглядом. Видимо, ещё не привык, что в этом месте всё решается быстро и без долгих совещаний. Борис махнул ему рукой:
— Сиди, Стёпка, доедай. Тут всегда так.
Мы вышли в коридор. После обеда здесь было непривычно оживлённо. После кризиса все как-то сбились в кучу. Люди ходили группами, разговаривали. Несколько человек занимались уборкой: скребли полы, выносили мусор. Слышался отдалённый стук молотков. Из кухни доносился звон посуды и голоса поварих.
— Лёш, колись уже, — не выдержала Искра. — Что за секретность? Мы хоть к чему-то опасному идём или к чему-то грандиозному?
— К грандиозному, — коротко ответил я.
— А опасному? — уточнила пиромантка с ноткой надежды.
— В пределах разумного.
— Ску-у-учно, — протянула она.
Гоша, уже без тележки, стоял у входа в подсобку и смотрел на собственные руки. Периодически открывал и закрывал пасть. Мы прошли мимо него. Искра покосилась.
— Философствует, — прокомментировала она. — Как считаете, о чём он думает? Про еду или про мироустройство?
— Тут ключевой вопрос, а думает ли он вообще? — отозвался я.
Лестница в подвал начиналась за неприметной дверью в дальнем конце западного крыла. Мы спустились вниз по узким ступенькам.
Мастерская встретила нас… огромным количеством инструментов, деталей и техники, которые я выгрузил сюда. В углу, в своём новом гнезде из бело-серых нитей, сидела Черничка. Она лениво перебирала передними лапами, то ли чистила хелицеры, то ли просто медитировала. Увидев нас, паучиха на секунду замерла, оценила обстановку и снова вернулась к своему занятию.
— Ого, — выдохнула Искра, оглядываясь на стеллажи. — В прошлый раз, когда я спускалась в подвал, здесь не было всего этого. Ты тут фабрику решил устроить?
— Разумеется, — кивнул я.
Олеся тем временем подошла к Черничке. Паучиха приподняла головогрудь, заметив приближение девочки. Её многочисленные глаза блеснули в полумраке.
— Привет, Черничка, — ласково произнесла Олеся, протягивая руку. — Хорошая моя. Как ты тут? Не скучала?
Паучиха осторожно коснулась ладони девочки кончиком педипальпы. Жест был почти нежным. Я заметил, как Варягин напрягся, наблюдая за этой сценой. Он всё ещё не до конца привык к тому, что его дочь общается с гигантским мутировавшим пауком как с котёнком.
— Дядя Лёша, а когда ты её отпустишь? — спросила Олеся, обернувшись ко мне. — Она же не может всё время сидеть в подвале. Ей нужно гулять, охотиться, там ещё мухи летают во дворе…
— Отпущу, — пообещал я. — Как только закончу с ней кое-какие… процедуры. Не переживай, ей здесь неплохо.
— А можно я её покормлю? — глаза Олеси загорелись. — В Хранилище есть свежее мясо! Как раз подходящее! Вчера двое дяденек принесли убитую крысу, сказали, что подобралась близко к ограде отеля. Помнишь, папа? Я её себе забрала! Знала, что пригодится!
Варягин шумно выдохнул. Кажется, он только сейчас узнал, куда делась та самая крыса.
— Давай, — разрешил я. — И не удивляйся, если она не станет есть сразу. У пауков особенное пищеварение.
Олеся материализовала из пространственного кармана тушку крупной Мутировавшей Крысы. Серый мех, длинный голый хвост, остекленевшие глаза.
Паучиха замерла. Её передние лапы приподнялись, педипальпы задвигались, ощупывая воздух. Она явно анализировала запах, температуру, возможно, даже какие-то магические эманации добычи. Потом приблизилась.
— Давай, Черничка, — прошептала Олеся. — Это вкусно. Кушай.
Паучиха наклонилась над тушкой. Её хелицеры раздвинулись, и из крошечных отверстий на их кончиках показались капли вязкой, почти прозрачной жидкости. Она аккуратно, словно делая укол, вонзила хелицеры в крысиную тушку. Жидкость потекла внутрь.
— Что она делает? — шёпотом спросила Олеся, не отрывая взгляда.
— Впрыскивает пищеварительный сок, — пояснил я. — У пауков внешнее пищеварение. Они не могут жевать и глотать твёрдую пищу. Сперва вводят в добычу ферменты, которые растворяют ткани изнутри. Получается… ну, как питательный бульон внутри шкурки. А потом они его высасывают.
— Фу, — прокомментировала Искра.
Черничка тем временем замерла, оставив хелицеры погружёнными в тушку. Ну а я решил перейти к делу.
Голографическая панель развернулась полупрозрачным полотном. Я пробежался по виртуальным вкладкам и вытащил на центр нужный чертёж.
Перед нами материализовалась трёхмерная модель. Человеческая фигура, облачённая в сегментированный доспех. Пластины на груди, спине, плечах, предплечьях, бёдрах и голенях соединялись системой подвижных сочленений, тоже защищённых. Шлем обтекаемой формы с визором.
Чертёж: «Доспех тактический (базовый)»
Искра присвистнула. Олесины глаза немедленно расширились. Она сделала шаг
