Балканская партия: стать пешкой - Алексей Котейко
Тем больше было причин атаковать немедленно. Рассчитывая курс на мостике, парень ощутил себя в привычной стихии, и спустя три с небольшим часа маленькая эскадра уверенно вышла к скалам Конавоска, отвесной стеной подымавшимся над нешироким галечным пляжем. Вооружение каждой канонерки составляли по два 18-фунтовых и два 48-фунтовых орудия — крупный калибр, 136 мм и 192 мм соответственно — и отсюда, от Конавоски, «Прага» и «Темешвар» могли разом достать не только Микуличи, но и Груду.
— Заряды не жалеть, — приказал Драган артиллеристам перед тем, как те открыли огонь. — Тратьте всё подчистую.
* * *
Уже в сумерках вернувшиеся канонерки высадили на Мамулу уцелевших людей Вукчича, а затем катер, забрав раненых, Николу и Драгана, ушёл в Котор. Измотанные господари заснули, сидя на корме у борта, плечом к плечу, и не просыпались до тех пор, пока их не начали будить.
Катер уже стоял у причала, а которцы Палташича помогали выгрузить раненых. Среди людей на причале Владич увидел и майора Рёдера, который бегло осматривал поступивших и отдавал распоряжения о том, кого и куда определить. Австриец не снял своего мундира, но надел поверх него белый медицинский халат с красными крестами на груди и спине.
— Как госпожа Милошевич? — спросил парень, протирая ещё сонные глаза.
— Пришла в себя, — доктор внимательно окинул взглядом собеседника. — Вы ранены?
— Нет, я приехал обсудить кое-какие дела, и сегодня же отправлюсь обратно.
— Это вряд ли.
— То есть?
— Судя по вашему виду, вам бы не помешало как следует выспаться и восстановить силы. Это я говорю как врач.
— Мне некогда спать, герр Рёдер. Но благодарю за заботу, — Драган ещё раз потёр глаза, поморгал и уже куда более сознательно посмотрел на австрийца. — Так госпожа Эва пришла в себя? Как она?
— Поправится, но потребуется время.
— А Илия Цакташ?
— Тоже будет жить. Хорошо, что его так быстро доставили. Несколько часов — и было бы уже поздно.
— За это нужно благодарить господаря Йовановича, — указал на Николу Драган. Маленький «венгр» пожал плечами:
— Нужно же мне было как-то доказать эту упрямому барану, что я не виноват в смерти его отца. Думаю, это подстроили Митровы. У нас с Цакташами действительно давняя вражда, но мы никогда не убивали друг друга исподтишка. Отец Илии убил моего дядю, его дед — моего отца, мой дед — его деда и дедовых братьев.
— Долгая история, — прервал этот рассказ Владич.
— Да уж.
— Дикая страна, — пробормотал себе под нос Рёдер.
— По-вашему, майор, когда на дуэли в Вене двое человек рубят друг друга на куски — это куда цивилизованнее?
Врач промолчал.
— Можно увидеть госпожу Милошевич?
— Боюсь, она уже спит. Она спит большую часть времени, ещё очень слаба. Мать постоянно при ней.
Никола и Драган направились в Ратушу. В том же самом зале, где в минувшее воскресенье заседали господари, теперь было пусто, и только Пашко Палташич с несколькими сотрудниками своей типографии возились с какими-то документами. Увидев гостей, издатель поднялся из кресла и с радостной улыбкой пошёл им навстречу.
— Как вы, друзья? Мне уже сообщили, что «Темешвар» наш, и что привезли раненых, но я не знал, что и вы приехали!
— «Темешвар» наш, Микуличи и Груда горят, — отозвался Никола, устало опускаясь в ближайшее кресло.
— Горят? — растерялся Пашко.
— Там стояли штабы. В Микуличах — далматские стрелки. Хорваты-кавалеристы на австрийской службе. А в Груде — штаб второго полка, — пояснил Драган, жестом приглашая издателя присесть, и тоже опускаясь в одно из кресел.
— Вы их уничтожили?
— Хочется надеяться. Мы выпустили весь боезапас, канонерки теперь «беззубые».
— Можно установить на них полевые орудия. Конечно, это совсем не то же самое, но хоть что-то, — заметил Йованович.
— Можно. Но это потом. Господарь Палташич, что там с фортом Святой Троицы?
— Блокирован, — толстячок печально посмотрел на Владича. — Мне очень жаль. Я оказался таким глупцом.
— Это не твоя вина, а моя, — сказал Владич. — Я ведь, дурак, наивно полагал, что раз в Боке грамотных можно пересчитать чуть ли не по пальцам обеих рук, то и гелиографы будут в безопасности. Я недооценил Урошей — и вот результат.
— И Митровых, — вставил Никола.
— А они-то чего ради ввязались во всё это? — спросил Пашко.
— Вот выколупаем их из Космача — узнаем. Ничего ещё не закончено, Космач придётся осаждать по всем правилам и брать приступом, — Йованович покосился на Драгана. — Если, конечно, господарь Владич не подсобит…
— Подсоблю, но позже. Пусть Митровы сидят в своём гнезде, лишь бы не высовывались. Кто-то из Урошей остался в Шкальяри?
— Не могу сказать в точности, — Палташич от смущения даже заёрзал в кресле. — Поместье укреплено, мы выставили вокруг него оцепление и держим под наблюдением, но сколько там людей — неизвестно. Нужно было мне раньше поставить дозоры у Шкальяри, — снова покаялся он, потирая ладонью небритую щёку.
— Ты всё сделал правильно, и закончим на этом. Любые ошибки — только мои, — Драган говорил отстранённо, будто снова отвечал урок в навигацкой школе. — Я расставлял четы и раздавал им задания, я всё это затеял — значит, и ответственность целиком на мне.
— Австрийцы, если поймают остальных, вряд ли разделят твой благородный порыв, — хмыкнул Никола. — Всех вместе поставят к стенке. Или вздёрнут.
— Пусть сначала доберутся, — криво усмехнулся Драган. — Итак, Шкальяри. Можно его взять сегодня ночью?
— Если там нет обученных, как ты… — Пашко развёл руками. — Уроши вроде бы не могли ничем подобным похвастать, но как знать.
— Сегодня я не смогу ничем помочь, без отдыха от меня никакого толку. Прав герр Рёдер, придётся, видимо, остаться в Которе до утра.
— Я могу отдать приказ о штурме поместья, — предложил издатель. — Если не случится никаких сюрпризов, мы справимся.
— Мне нужно при этом быть, — заявил Владич. — Но до того мы с Николой ещё успеем часа два вздремнуть. Ты ведь пойдёшь с нами, господарь Йованович?
— Как я могу пропустить такое.
* * *
Дорогой читатель!
Если ты скачал эту книгу с пиратского сайта и она тебе понравилась — не пожалей пару минут времени! Зайди на любой литпортал (мои книги доступны на всех из «большой пятёрки»), поставь лайк или напиши комментарий.
