Развод. Дальше - без тебя - Ария Гесс
— Принес тебе воды, — сдержанно говорю и ставлю стакан на круглый столик рядом.
Обернувшись, Мария благодарит меня, а затем снова смотрит на ночной город.
Внутри ощущается непривычное для меня волнение, от которого сложно избавиться. Мне давно не двадцать, но рядом с ней я будто забываю о возрасте.
Я подхожу к ней ближе и останавливаюсь за ее спиной. Руки укладываю на холодные металлические перила, продолжая линию ее рук, и слегка касаюсь пальцами ее кисти. Легко, едва ощутимо, чтобы почувствовать тепло ее тела, ощущать, что она рядом.
Она не отстраняется, не убирает руки, ее пальцы чуть двигаются, словно ищут опору.
Некоторое время мы стоим просто рядом, глядя на огни ночного города и ощущая тепло друг друга. Закрывая глаза, я прислушиваюсь к себе, к ней. Мария не говорит ни слова, и я не хочу нарушать это равновесие.
После короткой паузы она опускает голову, скользит плечами назад, и медленно, будто проверяя, можно ли, прислоняется спиной к моей груди. Это не объятие, но шаг куда-то дальше, чем дружба или формальность — внезапная простая близость. Я чувствую тепло ее тела через тонкий плед на ее плечах и свою рубашку.
Сердце выбивается из привычного ритма. Я делаю глубокий, почти ровный вдох, чтобы не выдать своей реакции. Чуть подаюсь вперед, чтобы оказаться еще ближе, но не прижимаюсь, сохраняя ее право уйти или остановить меня в любой момент.
Чувствую, как она выдыхает, совсем тихо, почти вздыхает, но без тревоги. В этом ее молчаливое согласие и абсолютное доверие.
Вроде бы ничего не происходит, но, по сути, главное случилось. Она позволяет мне быть рядом. И этого пока достаточно.
В этот момент я внезапно вспоминаю нашу с ней первую встречу…
Жалею ли я, что пригласил ее на тот банкет? О том, что решил открыть ей правду об изменах мужа?
Если только в той части, когда она увидела их вместе и потеряла почву под ногами, а я увидел боль в ее глазах.
Но эта боль… она сделала ее сильнее, научила ценить себя. Поэтому сейчас — нет. Я не жалею, и поступил бы так же.
Она должна понимать, что достойна того, чтобы ее спутник ценил, уважал и… любил ее. И находясь сейчас с ней так близко, я понимаю, что сделаю все для того, чтобы стать для неё таким человеком.
37
Мария
Когда мы с Марком возвращаемся домой, практически всю дорогу молчим, каждый думая о своем. Глядя на него, я ловлю себя на мысли, что любуюсь им. Он расслабленно ведет машину, обхватывая руль одной рукой, и явно чувствует мой взгляд, но не говорит об этом, будто не хочет смущать. Мне нравится его уверенность, которая проявляется абсолютно во всем, я ощущаю себя рядом с ним спокойной и, кажется, по-настоящему счастливой...
Ловлю свое отражение в боковом окне: глаза блестят, немного покрасневшие щеки и улыбка, которую сложно сейчас спрятать. Я улыбаюсь своим воспоминаниям об этой поездке загород и о ночи, что мы провели вместе в отеле.
Вряд ли я смогу забыть свои эмоции, чувства и ощущения в теле, когда он вышел ко мне на балкон. Его ровное дыхание, мое — сбивчивое; тепло его тела, жар в моей груди; едва ощутимые прикосновения и это неконтролируемое желание прижаться к нему еще ближе… Даже запах его парфюма будоражит и вызывает давно забытое волнение, а внутренности обжигает словно огнем.
Я могла бы повернуться, прижаться крепче, но застыла, чтобы не испортить эту близость. А потом еще долго не могла уснуть, лежа в кровати и убеждая себя в том, что всё сделала правильно.
— Я рада, что поехала с тобой, — произношу с улыбкой, когда мы заходим в дом. — Спасибо...
— А я буду рад, если мы чаще так будем выбираться куда-нибудь.
Марк говорит это серьезно, глядя в глаза, отчего мне становится неловко. Нам ведь на самом деле необходимо появляться где-то вместе, чтобы ни у кого не возникло сомнений в реальности наших отношений. Этот брак изначально нужен был Марку для репутации. Но теперь я чётко ощущаю, что всё иначе…
Несмотря на волнение, я не могу перестать улыбаться. Сейчас мне хорошо — я, наконец, отпустила боль, скопившуюся у меня за последнее время. И эта улыбка еще пару дней не сходит с лица, но до тех пор, пока я не уезжаю из офиса сама, а затем вижу бывшего мужа около дома Марка...
— Марк скоро приедет, — выпаливаю я, как только подхожу ближе.
В действительности как скоро вернется Громов, я не знаю. Он сейчас на важной встрече, которая может затянуться, а я решила не дожидаться его и приготовить нам ужин. Но теперь это решение не кажется таким уж хорошим...
Предполагая, что бывший снова начнет разговаривать на повышенных тонах, упрекать меня и обвинять, я поражаюсь тому, каким спокойным он сейчас выглядит, и как сдержанно и мягко обращается ко мне.
— Здравствуй, Маш, я не к нему. Давно хочу поговорить с тобой лично. Может, поедем в другое место?
— Я никуда с тобой не поеду. Говори здесь, у тебя есть пару минут.
Разговаривать с Пашей у меня нет никакого желания. Но игнорировать его звонки я уже устала и не собираюсь испуганно сбегать. Хотя не скрою — без Марка я не чувствую такой уверенности, к тому же всё еще не понимаю намерений своего бывшего.
— Уже живете вместе? Узнал случайно… Если бы ты не сбрасывала мои звонки, я бы никогда не приехал сюда.
И снова он удивляет меня тем, что в его голосе нет злости. Некое осуждение — да, но больше походит на то, что его этот факт моего переезда к Марку расстраивает или даже задевает.
— Я не стану обсуждать с тобой мою личную жизнь, — сохраняю строгость в тоне. — Что тебе нужно?
— Ты изменилась, — задумчиво подмечает он, — и не только внешне… Если честно, я даже и не думал, что ты на самом деле захочешь занять кресло директора. Ты же никогда не хотела этого.
— Многое изменилось, — отрезаю коротко.
— Знаешь, я ведь не считал компанию только своей. Управление тебя не интересовало, и я, как любящий муж, взял всё на себя. Но этот бизнес всегда был нашим общим. Семейным.
— Ты серьезно?
Вопрос риторический, мне даже не удается сдержать усмешки.
Я замечаю, как он нервно сжимает пальцы в кулаки, но быстро разжимает.
— Понимаю, ты злишься,
