У истоков американской истории. Виргиния и Новый Плимут, 1606-1642. - Лев Юрьевич Слёзкин

которым суждено было приехать в Америку после гибели колонии на о-ве Роанок, стали подозрительными и начали вести себя, исходя из предположения, что перед ними возможные враги, тем более оглядываясь на опыт других европейских колонизаторов, которые вели с индейцами длительные и многочисленные войны.

Ко времени появления англичан на Атлантическом побережье Американского континента его населяли индейские племена алгонкинской языковой группы. Они расселялись, не считая сравнительно узкой полосы земли, которую занимали ирокезы (по р. Св. Лаврентия и берегам озер Онтарио и Эри), на огромной территории. Она охватывала значительную часть современной Канады и немалую часть современных Соединенных Штатов, до Скалистых гор на Западе и штатов Оклахома, Арканзас, Кентукки на Юге (Великие озера, верховья и среднее течение Миссисипи, долины рек Иллинойс и Огайо). «В то время аборигенная Америка являла собой пеструю картину племенных культур, находившихся на различных этапах развития родового общества. Наряду со сравнительно отсталыми племенами охотников и собирателей, с родовым строем в его классических формах сосуществовали племена оседлых рыболовов и земледельцев, достигших относительно высокого уровня развития производительных сил и стоявших на последнем этапе распада родовых связей и формирования элементов классового общества. Общие закономерности развития первобытнообщинной формации проявлялись здесь во множестве местных вариантов и форм. Наивысшего социально-экономического развития достигли к эпохе колонизации Северной Америки племена Юго-Востока и Юго-Запада совре — менных США, бассейнов рек Миссисипи, Огайо, Миссури и Иллинойса»[8].

Этот вывод можно почти полностью отнести к племенам алгонкинов, которые, обитая в различных природных условиях, а также испытывая, благодаря их широкому распространению и миграциям, всевозможные влияния, вмещали значительную часть гаммы племенных культур, о которых упоминается в цитируемом отрывке из труда известного этнографа Ю. П. Аверкиевой. На низшей ступени развития стояли племена алгонкинов, жившие севернее оз. Верхнее; выше других — селившиеся на юг от оз. Мичиган. Алгонкины, населявшие прибрежную полосу между Атлантическим океаном и территорией ирокезов, занимали среди алгонкинских племен как бы среднее положение: с постепенным повышением племенной культуры с севера на юг, от залива Св. Лаврентия к мысу Гаттераса (Северная Каролина).

Алгонкины побережья были поглуоседлыми земледельцами, охотниками и рыболовами, сохранившими в быту много черт охотничьего уклада, верований и традиций. Работали они коллективно, на общем поле, сажали в основном маис (кукурузу) по нескольку зерен (чаще — 4, на случай потравы) в одну ямку, применяли окучивание, удобряли почву рыбьими отходами. Наблюдение и уход за посевами, а также домашнее хозяйство находились в руках женщин. Охотой и рыболовством занимались мужчины. Алгонкины собирали кленовый сок, орехи, каштаны, желуди (из них делалась мука), ягоды, грибы, дикие фрукты и дикий картофель, съедобные коренья, ракушки и некоторых насекомых. Выращивали подсолнечник, бобы, фасоль, арбузы, тыкву, кабачки, табак. Жили в куполообразных (на одну – три семьи) шалашах (вигвамах), крытых корой или плетеными матами (циновками), южнее — в «длинных домах», напоминавших сарай с выходом в узкой части, внутри были помосты или циновки, которые тянулись вдоль стен и служили постелью. Деревни насчитывали самое различное число домов, нередко обносились частоколом, иногда имелась баня-парилка.

Из четвероногих алгонкины держали только собак. Средством передвижения служили каноэ из коры и долбленые (выжженные пироги, на севере — снегостопы (лыжи-ракетки) и сани. Значительная часть инвентаря изготовлялась из дерева или коры, главным образом березовой и кленовой, лозы, лыка, растительных волокон (корзины, циновки, лямки, грубые ткани). Женщины делали керамические орнаментированные сосуды со сферическим конусообразным дном. Одежду (накидки, юбки, набедренные повязки) и обувь (мокасины, гетры-ноговицы) выделывали из шкур и замши, сшивая, где это умели делать, жилами с помощью шила из рога или кости, украшали бусами и перьями, раскрашивали. Оружием служили копья, луки и стрелы, дубинки, каменные топоры (томагавки) и деревянные щиты. Наконечники для стрел и копий выделывали из камня.

Женщины носили длинные волосы, мужчины же их выбривали или выщипывали, оставляя лишь гребень, идущий от лба к затылку (стоячий или напоминающий украинский оселедец). Головные уборы из перьев (часто только одно-два пера), татуировка и раскрашивание тела носили племенной, декоративный и ритуальный характер. Большую роль в жизни алгонкинов играли курительные трубки из глины и камня (иногда с деревянным или роговым мундштуком) и вампумы — пояса, плетеные из нитей с нанизанными на них бусами (делались из раковин, позже приобретались у европейцев). Курением трубки сопровождались различные церемонии, а также религиозные обряды. Трубку курили на племенных и межплеменных советах («трубка мира»). С соответствующими украшениями трубка могла служить амулетом, пропуском, свидетельством заключенного мира, союза и войны. Кроме своего прямого назначения, вампум — при определенном расположении и цвете бус — имел магическое значение, являлся своего рода памятной книгой (начала пиктографического письма), документом, символом племени, залогом верности («положа руку на вампум, говорят только правду»), а также «денег» (после прибытия белых). В 1820 г. была найдена «Красная книга» алгонкинского племени делавэров — пиктографическая запись красной краской на коре дерева — история и легенды племени.

«…Алгонкинам обязаны ранние европейские колонисты тем, что они выжили в новой стране, так как не раз индейцы спасали их от голодной смерти, снабжая продуктами своего земледелия, главным образом кукурузой; от алгонкинских племен усвоили поселенцы культуру кукурузы, переняли кушанья из нее, ставшие любимыми блюдами современных американцев, от них же научились приготовлять сахар из кленового сока и т. д.

Целый ряд алгонкинских слов, обозначавших новые для поселенцев понятия, вошли в английский язык, а оттуда перешли во многие культурные языки мира, став, таким образом, национальными словами, как-то: карибу, пеммикан, вигвам, мокасины, тобогган, томагавк, сахем, тотем, вампум, вапити и др…Память о них осталась в топонимике приатлантических районов, да и вообще всей восточной половины США, где алгонкинские названия носят не только реки, озера и заливы, но даже города и штаты. Из наиболее известных примеров алгонкинских названий можно указать Миссисипи (река и штат того же наименования), Миссури (река и штат), Иллинойс (река и штат), Чикаго и Милуоки (города), Массачусетс, Коннектикут, Висконсин, Делавэр (штаты), Манхаттан (остров, на котором расположен Нью-Йорк), Чесапикский залив, Аллеганские горы, по-видимому, также и Кентукки (штат). За отдельными североамериканскими народностями и племенами прочно закрепились названия, которые дали им алгонкины и под которыми впервые узнали их европейцы: эскимосы, ирокезы, могауки, сиу, атапаски, ассинибойны и др.»[9].

Индейская деревня Секота (Секотан) близ о-ва Роанок (алгонкины Юго-Востока). Гравюра Теодора Де Бри с акварели Джона Уайта, поселенца «потерянной колонии»

Разделение труда, при котором на долю женщины приходилась основная забота об урожае и домашнем хозяйстве, определило ее важную роль в общественной жизни алгонкинов. По женской линии велся счет