Бумажные сердца - Клэр Контрерас

когда мы были вместе, когда я запрыгивала на него и прижималась к нему всем телом, а он целовал каждый сантиметр моего лица. Наши прощания были такими же интенсивными, может быть, даже более интенсивными, поскольку ни один из нас не хотел покидать другого. В то время когда мы расстались, приветствия были ненужными, я шла другим путем, когда слышала, что он в городе. В тех случаях, когда я видела его, мы всегда были в компании наших друзей и могли игнорировать друг друга.

— Может быть, ты сможешь сегодня быть дружелюбнее? — сказал он, все еще низким голосом.

Взгляд в его глазах переворачивал мои внутренности. Он шагнул вперед на полдюйма, все еще достаточно далеко, чтобы нарушить мое личное пространство, но достаточно близко, чтобы его запах окутал меня.

— Может быть, — прошептала я.

Он поднял голову и на мгновение отвел взгляд. Мои глаза пробежались по его щеке, челюсти, шее и вернулись к его взгляду, когда он снова посмотрел на меня.

— Я не умею держать обиду, Мия. Ты это знаешь. Я не знаю, как тебя ненавидеть. Я пытался. Я так долго был зол на тебя, за то, что ты закрылась от меня, когда я больше всего в тебе нуждался, но я не знаю, как тебя ненавидеть. — Он остановился, вздохнув. — Может быть, мы можем попробовать быть друзьями.

— Возможно.

— Возможно, ты можешь начать отвечать да или нет, предпочтительно первый вариант.

Я улыбнулась его смешку и мерцанию в его глазах.

— Может быть, я попробую.

Тишина обрушилась на нас, и я чувствовала, как каждая часть меня ждала продолжения. Я глотнула и сделала шаг назад, перекидывая ремешок камеры на шею.

— Мне нравится твоя толстовка, — сказала я.

Он улыбнулся мне лениво и открыл рот, чтобы что-то сказать, но быстро закрыл его и покачал головой, отводя взгляд в сторону. На долю секунды я услышала его мысли: нам нужно вернуться на остров. Это было бы совершенно нормальной вещью, которую можно было бы сказать кому угодно, если бы мы не использовали эту фразу в отношении нашей сексуальной жизни когда-то давно.

— Это они? — спросил Дженсен.

Я последовала за его взглядом и заметила пожилую пару, держащуюся за руки и направляющуюся к нам. Они оба были высокими. У женщины, Кейтлинн, как я предположила, были короткие каштановые волосы, которые подходили к волосам ее мужа, Джона.

— Да, вполне уверена. Она сказала, что будет в красных брюках, — сказала я, помахав им.

— Привет! Боже мой, ты такая очаровательная, — сказала она, когда подошла ко мне и обняла, словно мы всю жизнь знаем друг друга.

Очаровательная — слово, которое люди использовали для описания миниатюрных девочек. Всю свою жизнь я была «очаровательной». В колледже иногда я была «горячей».

С Дженсеном я была «прекрасной».

Я засмеялась.

— Это очень здорово, что вы смогли встретиться с нами.

Она отпустила меня и обратила свое внимание на Дженсена, представившись, пока я пожимала руку Джона. Мы перешли к тому, ради чего сегодня вообще собрались все вместе здесь: сначала я фотографировала их, а Дженсен брал интервью, пока я собирала свое оборудование. Они сидели на одеяле, которое я положила. Ее короткие каштановые волосы постоянно лезли в глаза, поэтому я сделала больше фотографий, чем обычно. Я снимала, пока не получила достаточно фотографий, чтобы у журнала были варианты.

— После этой съемки, сколько займет времени, когда нам сообщат, прошли ли мы? — спросила Кейтлинн.

— Если честно, я не знаю. — Я посмотрела через плечо, чтобы получить ответ от Дженсена, который сидел рядом, наблюдая за нами.

— Я понятия не имею. Я здесь, чтобы задавать вопросы.

Он постучал по блокноту два раза.

— Приступай, — сказала я, размахивая камерой. — У меня достаточно фотографий.

— Могу я на них взглянуть?

— Конечно, но имей в виду, они еще не обработаны.

Он кивнул и встал, чтобы подойти. Он сел рядом со мной, лицом к ним, и открыл свой блокнот. К моему удивлению, у него не было списка вопросов. Я начала складывать линзы, пока он задавал вопросы.

— Сколько вам было лет, когда вы впервые встретились?

— Двенадцать. — Это была Кейтлинн.

— Четырнадцать. — Это был Джон.

— Ему было четырнадцать, мне было двенадцать, — сказала она со смехом.

Дженсен усмехнулся и записал это.

— Когда вы начали встречаться?

— В старшей школе, — сказала она. — Наши семьи были друзьями. Я всегда думала, что он милый, но никогда не думала, что я ему понравлюсь.

Джон рассмеялся.

— Ты мне все всегда нравилась.

— Да, верно, — сказала она, пожав плечами. — В старших классах я начала встречаться с его другом, и вдруг он начал меня доставать. Он делал так, чтобы мы не могли ходить на свидания, и в конце концов я порвала с его другом и начала встречаться с ним.

Дженсену не нужно было делать много подсказок им, чтобы выудить интересные факты. Кейтлинн довольно хорошо рассказала свою историю сама. С уверенностью могу сказать, что она уже множество раз рассказывала ее. Они расстались, когда Джон уехал в колледж, потому что Кейтлинн хотела, чтобы он остался, а он хотел уехать. Она начала встречаться с кем-то другим, как и он, они женились и обзавелись своими семьями, и воссоединились на семейной вечеринке спустя годы, когда оба были разведены и снова одиноки.

— А остальное — история, — сказала она.

— Вы упоминали, что у вас есть сын от первого брака. Как он с этим справился? — спросил Дженсен.

Я затаила дыхание и хотела уйти. Вместо этого я начала переставлять линзы внутри сумки для камеры, чтобы занять себя.

— Дэну было восемь, когда он встретил Джона, и он сразу же полюбил его.

— Как только я встретил его, это было похоже на то, что он мой собственный. Хотя я всегда уважал его отца. Я не хотел, чтобы он чувствовал, что я пытаюсь взять на себя роль его отца, — добавил Джон.

Дженсен что-то записал.

— Как давно вы женаты?

— Пятнадцать лет.

Дженсен кивнул. Я пыталась правильно дышать. Наконец, мы все встали, и Дженсен заговорил с ними, когда я закончила складывать одеяло. Я обещала Кейтлинн, что отправлю ей несколько фотографий, как только их отредактирую, и мы все вместе пошли к выходу из парка. Они попрощались и пошли налево.

— Хочешь позавтракать?

Я вцепилась за ремень сумки и посмотрела на Дженсена. Он усмехнулся, глядя мне в лицо.

— Просто поздний завтрак, Мип.

Я застонала, когда он использовал мое прозвище.

— Нет. Определенно, нет.

Он пожал плечами.

— Ладно.

— Ладно. Увидимся где-нибудь еще.

Я начала идти к метро. Он все еще шел