Пышка в разводе. (не) влюбиться в босса - Майя Нур
— Странный страх.
— Обычно людям такие сотрудники не нравятся.
— Мне не нравятся бесполезные сотрудники.
Он вернулся к документам. Разговор явно был закончен. Вика уже подошла к двери, когда услышала за спиной:
— Виктория.
Она обернулась.
— Да?
— В следующий раз не ждите.
— Чего именно?
— Пока ошибка станет привычкой.
Вечером, собираясь домой, она случайно услышала разговор двух менеджеров возле кофемашины.
— Дорин сегодня впервые за месяц похвалил кого-то два раза за день.
— Кого?
— Новую помощницу.
— Серьёзно?
— Угу. Если так пойдёт дальше, к Новому году он, может быть, даже улыбнётся.
Вика тихо прошла мимо, стараясь не рассмеяться. В этот момент дверь кабинета открылась. Герман выглянул в приёмную.
— Виктория.
Она моментально сделала серьёзное лицо.
— Да?
— Завтра утром поедете со мной на встречу с клиентом.
Она удивлённо моргнула.
— Но сегодня пятница.
— Именно.
— А завтра суббота.
— Именно поэтому клиент согласился встретиться.
Герман протянул ей папку с материалами.
— Вы сказали, что умеете разговаривать с людьми.
Он выдержал короткую паузу.
— Завтра проверим.
Глава 7. Суббота без выходных
Вика проснулась за полтора часа до будильника и почти сразу поняла причину. Организм решил, что поездка с новым начальником важнее сна. Фига, недовольная нарушением субботних традиций, проводила хозяйку тяжёлым взглядом от миски, словно осуждала саму идею работать в день, который по кошачьим законам существовал исключительно для лежания на диване. Вика успела сварить кофе, дважды переодеться и в третий раз остановилась на тёмно-зелёной блузке. Она не собиралась никому нравиться. Просто хотелось выглядеть человеком, который знает, что делает. Иногда между этими двумя состояниями проходила очень тонкая граница.
Герман уже ждал возле входа в офис. Не в машине, а на улице, с телефоном в руке и бумажным стаканчиком кофе. Он коротко поздоровался, забрал из её рук папку с документами и открыл пассажирскую дверь тёмно-серого кроссовера. Всё происходило настолько спокойно и буднично, что Вика поймала себя на странной мысли: этот человек, наверное, даже хлеб покупает так, будто выполняет рабочий регламент.
Первые минут десять они ехали почти молча. За окном медленно растворялся центр города, уступая место широким проспектам и новым жилым кварталам. Радио негромко сообщало о пробках, погоде и каком-то музыкальном фестивале. Герман слушал вполуха. Вика рассматривала папку на коленях, хотя успела выучить её содержимое ещё вечером.
— Нервничаете? — неожиданно спросил он.
— Немного.
— Хорошо.
Она повернулась к нему.
— Хорошо?
— Люди, которые совсем не нервничают перед важной встречей, обычно плохо подготовились.
Вика хмыкнула.
— У вас на всё есть рабочее объяснение?
— Почти.
— А нерабочие бывают?
Герман на секунду задумался.
— По выходным.
— Сегодня же выходной.
— Уже нет.
Разговор снова затих, но неловкости не возникло. Наоборот, молчание оказалось удивительно спокойным. Вика заметила, что Герман не торопится любой ценой заполнить паузу. Он вообще не боялся тишины. Это было непривычно.
Коттеджный посёлок встретил их запахом сосен, ровными дорожками и аккуратными домами, которые выглядели так, будто их строили не люди, а архитектурные каталоги. Клиентом оказался известный хирург, решивший продать загородный дом после переезда ближе к новой клинике. Высокий мужчина лет пятидесяти сразу предупредил, что терпеть не может навязчивых продавцов и красивые обещания.
Герман начал презентацию спокойно и по существу. Он говорил уверенно, не давил и не пытался произвести впечатление. Через двадцать минут Вика заметила, что хозяин дома почти перестал смотреть на директора агентства. Вместо этого он всё чаще поглядывал в окно. Признак был знакомым. Человек устал от цифр.
Когда они вышли на террасу, хирург вдруг остановился возле небольшого фруктового сада.
— Жалко продавать, — тихо сказал он скорее самому себе. — Жена эти яблони выбирала.
Герман уже собирался вернуть разговор к сделке, но Вика едва заметно коснулась папки, привлекая его внимание.
— Они давно плодоносят? — спросила она хозяина.
Тот удивлённо посмотрел на неё.
— Лет восемь.
— Тогда новые владельцы будут вам благодарны. Такие деревья сейчас редко остаются на участках.
Мужчина неожиданно улыбнулся.
Потом почти десять минут рассказывал, как вместе с женой высаживал сад, как они спорили из-за сорта яблок и почему одна груша до сих пор упрямо не плодоносит.
Уже в машине Герман закрыл планшет.
— Вы специально увели разговор от сделки?
— Да.
— Почему?
— Потому что он продавал не дом.
Герман ждал продолжения.
— Он продавал кусок своей жизни. Пока человек не попрощается с прошлым, он не начнёт обсуждать будущее.
Несколько секунд Герман молчал.
— Именно после этого он согласился на наши условия.
— Я заметила.
Герман медленно кивнул.
— Я тоже.
Обратная дорога оказалась намного оживлённее. Вика рассказывала забавную историю о том, как однажды Андрей отправил коммерческое предложение не тому клиенту, а она всю ночь спасала ситуацию, изображая заранее продуманную маркетинговую акцию. Рассказ закончился так смешно, что она сама рассмеялась раньше финала.
Герман тоже усмехнулся. Совсем коротко. Но совершенно искренне. Вика замолчала и посмотрела на него с неподдельным удивлением.
— Что?
— Ничего.
— Тогда почему вы так смотрите?
— Проверяю.
— Что именно?
— Мне говорили, что вы умеете улыбаться. Хотела убедиться, что это не офисная легенда.
Герман покачал головой.
— Не привыкайте.
— Поздно.
Он вопросительно приподнял бровь.
— Я уже расскажу коллегам.
— Что именно?
— Что директор всё-таки человек.
Герман тихо вздохнул.
— Виктория...
— Да?
— Кажется, я начинаю понимать, почему после разговора с вами люди соглашаются на сделки.
Она победно улыбнулась.
— Потому что я обаятельная?
— Потому что вы не умеете вовремя остановиться.
Вика рассмеялась.
И не заметила, что впервые за много лет рядом с мужчиной смеялась не для того, чтобы понравиться. Просто потому, что ей было легко.
Глава 8. Первый вечер допоздна
После субботней встречи в офисе что-то неуловимо изменилось. Никто не объявлял об этом вслух, не выпускал приказов и не переставлял мебель, но Вика чувствовала перемену почти физически. Если раньше Герман отдавал ей поручения с подробными объяснениями, теперь всё чаще ограничивался несколькими словами. Он словно проверял, насколько далеко можно отпустить человека, не опасаясь, что тот заблудится. Оказалось, довольно далеко.
В понедельник утром он положил ей на стол тонкую папку.
— Через час встреча с владельцами торгового центра.
— Подготовить переговорную?
— Уже готова.
— Тогда что нужно?
— Найдите, почему они третий месяц не подписывают эксклюзив.
Вика открыла папку. Почти двести страниц переписки, протоколов встреч, коммерческих предложений и аналитики.
— За час?
— За пятьдесят пять минут.
Он посмотрел на часы.
— Пять уже прошло.
Вика только вздохнула. Возмущаться было поздно. Через сорок минут она вошла в кабинет Германа.
— Они не торгуются.
Он поднял взгляд от ноутбука.
— Продолжайте.
— Все думают, что они
