Пышка в разводе. (не) влюбиться в босса - Майя Нур

говорила быстро и двигалась с такой скоростью, будто её рабочий день длился не восемь часов, а три.

— У нас всё просто, — объясняла Светлана, пока они шли по коридору. — Если нужен Герман Константинович и дверь открыта, можно заходить. Если дверь закрыта, лучше сначала написать. Если дверь открыта, но он разговаривает по телефону с таким лицом...

Она изобразила выражение человека, готового объявить войну соседней галактике.

—...тоже лучше написать.

— Часто такое лицо бывает?

— Когда налоговая, подрядчики или принтер.

— Принтер?

— Особенно принтер.

Вика тихо рассмеялась.

Её рабочее место находилось в небольшой приёмной перед кабинетом директора. Стол был просторным, компьютер новым, а на полке стояла аккуратная табличка с надписью «Помощник руководителя». Предыдущая сотрудница ушла неделю назад, поэтому на столе не осталось ни фотографий, ни кружек, ни случайных мелочей. Всё выглядело так, словно здесь никто никогда не работал. Светлана показала, где лежат канцелярия и документы, познакомила с системой электронного документооборота и убежала, оставив Вику наедине с первым рабочим утром.

Не прошло и десяти минут, как дверь кабинета открылась.

Герман появился с планшетом в руках, кивнул вместо приветствия и положил перед ней тонкую папку.

— До одиннадцати нужно подтвердить встречу с инвесторами, перенести совещание на четверг, проверить договор с «Грин Девелопмент» и выяснить, почему бухгалтерия второй день не может получить подпись подрядчика. — Он сделал короткую паузу. — Вопросы?

Вика посмотрела на список. Потом снова на него.

— Только один.

— Какой?

— Это задания на сегодня?

— Нет.

— На неделю?

Герман спокойно ответил:

— На ближайшие сорок минут.

Он скрылся за дверью прежде, чем она успела придумать достойную реакцию. Вика медленно перевела взгляд на папку.

— Ну что, — пробормотала она себе под нос. — Проверим, кто из нас раньше сдастся.

К одиннадцати утра выяснилось, что инвесторы уже подтвердили встречу, но забыли сообщить секретарю. Совещание удалось перенести за четыре телефонных звонка и один очень вежливый шантаж обещанием прислать обновлённую аналитику раньше конкурентов. Подрядчик оказался в самолёте и действительно не мог подписать документы, зато его заместитель решил вопрос за две минуты после спокойного разговора. Самым тяжёлым противником неожиданно стала бухгалтерия. Там три человека двадцать минут спорили, кто именно должен был отправить письмо ещё вчера. Вика выслушала всех, открыла историю переписки, нашла потерявшееся вложение и переслала его обратно с единственной фразой: «Кажется, проблема была в этом».

Через несколько минут дверь кабинета снова открылась. Герман молча просмотрел обновлённый список задач. Возле каждого пункта стояла зелёная отметка. Он поднял глаза.

— Быстро.

— Они сами не знали, что всё уже почти решено.

— Такое бывает чаще, чем хотелось бы.

Он уже собирался уйти, но вдруг остановился.

— И ещё.

— Да?

— Кофе сегодня лучше брать свой.

Вика не удержалась.

— Значит, вчерашнее преступление ещё числится нераскрытым?

— Нет.

На этот раз в его голосе отчётливо прозвучала сухая ирония.

— Просто рецидивистов я не нанимаю.

Когда дверь закрылась, Вика несколько секунд смотрела ей вслед. Потом тихо сказала:

— Кажется, он всё-таки умеет шутить.

Вика не узнала, что по другую сторону двери Герман впервые за очень долгое время вышел из разговора с новым сотрудником с едва заметной улыбкой.

Глава 6. Режим «начальник и подчинённая»

К концу первой недели Вика сделала сразу два открытия. Первое заключалось в том, что в агентстве «Дорин и партнёры» никто не кричал. Вообще. Если Герман Дорин был недоволен, голос у него становился не громче, а тише, и именно после этого сотрудники начинали работать с такой скоростью, словно от правильного заполнения таблицы зависело вращение Земли. Второе открытие оказалось неожиданнее. Люди в офисе вовсе не боялись директора. Они боялись его разочаровать. Разница была почти незаметной, но Вика чувствовала её всё сильнее с каждым днём.

Сам Герман разговаривал с ней исключительно по делу. Никаких вопросов о жизни, никакого интереса к прошлому, никаких попыток создать видимость дружеской атмосферы. Каждое утро он появлялся без пяти девять, здоровался коротким кивком, за пять минут выдавал список задач и исчезал в кабинете. Если нужно было что-то уточнить, дверь оставалась открытой. Если нет, казалось, он способен несколько часов подряд существовать без единого лишнего слова. Вика сначала решила, что это маска руководителя. Через несколько дней поняла, что ошиблась. Это был просто его способ жить.

Работы оказалось столько, что скучать не приходилось. Телефон звонил почти непрерывно, почта росла быстрее, чем успевала уменьшаться, встречи сменяли одна другую. Зато вскоре выяснилось любопытное обстоятельство. Большинство клиентов, прежде чем принять решение, хотели вовсе не услышать ответ. Они хотели почувствовать, что их внимательно слушают. Вика быстро научилась различать эти моменты. Один предприниматель двадцать минут рассказывал про состояние рынка, хотя на самом деле пытался выяснить, можно ли доверять агентству. Молодая семейная пара задавала бесконечные вопросы о парковке, хотя переживала из-за будущей ипотеки. Пожилой инвестор полчаса спорил о доходности объекта лишь потому, что никто раньше не давал ему договорить до конца. После каждого такого разговора Герман просматривал записи и всё чаще начинал отдавать ей часть переговоров самостоятельно.

В пятницу произошло первое маленькое столкновение. Герман готовился к встрече с крупным застройщиком и попросил принести материалы по жилому комплексу, который агентство собиралось выводить на рынок. Вика открыла презентацию, внимательно просмотрела её ещё раз и вдруг заметила, что в рекламной стратегии отсутствует один очевидный сегмент покупателей. Она несколько минут колебалась. С одной стороны, это вообще не входило в её обязанности. С другой, молчать уже не получалось.

Она постучала и вошла.

— Что-то срочное?

— Скорее... навязчивое.

Герман поднял голову от документов.

— Интересное определение.

Вика положила перед ним распечатку.

— Мне кажется, здесь ошибка.

Он молча просмотрел лист.

— Какая именно?

— Мы продаём квартиры как жильё для обеспеченных семей и инвесторов. Но рядом открывают новый медицинский центр. Там будут работать врачи, руководители отделений, приглашённые специалисты. Многие захотят жить неподалёку. Для них вообще нет рекламы.

Герман несколько секунд смотрел на схему. Потом взял карандаш. Сделал несколько пометок. Ещё через минуту нажал кнопку внутренней связи.

— Маркетинг ко мне. Сейчас.

Когда сотрудники вошли в кабинет, Вика уже собиралась выйти.

— Останьтесь, — спокойно сказал Герман.

Следующие двадцать минут она молча наблюдала, как её идею обсуждают всерьёз. Никто не смеялся над тем, что помощник руководителя вмешался в стратегию. Никто не пытался отмахнуться. Люди спорили, предлагали варианты, открывали аналитику. В какой-то момент руководитель отдела маркетинга признал, что новый сегмент действительно упустили. Совещание закончилось так же быстро, как началось.

Когда дверь закрылась, Герман убрал карандаш.

— Хорошая работа.

— Спасибо.

— Почему раньше не сказали?

— Боялась показаться слишком умной.