Кто твой папочка - Бриттани Николь

было больно. Попробуем еще раз.

— Я отец, — повторяю чуть увереннее.

Откашлявшись, добавляю:

— Ладно.

Они все еще разговаривают между собой, игнорируя меня, хотя каждые пару секунд бросают на меня одинаково раздраженные взгляды.

— Эй, — говорю громче.

Ноль реакции.

— Господа, прошу!

Вот теперь оба поднимают головы и моргают, удивленно глядя на меня.

— Ты только что назвал нас господами? — Если бы я не знал его лучше, я бы поклялся, что Салли почти усмехнулся.

Я качаю головой.

— Лучше так, чем придурками, как вы сейчас себя ведете.

— Это мы придурки? — в голосе брата звучит тень веселья.

Черт. Каким бы пугающим ни был этот разговор, как бы тяжело ни было дышать под гнетом правды, я намерен продолжить. Я не видел, чтобы брат улыбался уже много месяцев. Если ради этого нужно пройти через все это — так тому и быть.

Сделав рваный вдох, я киваю.

— Говорите со мной, а не обо мне.

Брайан указывает на два кресла напротив своего стола.

— Садись. Мы расскажем, как всё будет происходить.

Глава 3

Лола

— Мне тут оставаться, пока ты разбираешься с бардаком, связанным с моим папой? — Мерфи окидывает мой офис взглядом, широко раскрыв глаза. Его губы стали синими от слаша. Сходство с его отцом поразительное, но, в отличие от Кэла, этот ребенок невероятно смышленый.

— Это не бардак, — уверяю я его.

Вполне возможно, что я только что соврала. Это может оказаться бардаком всех бардаков. Я понятия не имею, как Кэл отреагирует, когда узнает, что у него есть шестилетний сын.

Мерфи отворачивается от книжных полок, которые только что изучал, и вопросительно поднимает маленькую бровь. Он не произносит ни слова, но его взгляд ясно говорит: «Я не идиот».

— Мы просто пытаемся уладить все дела, — объясняю я. — Никаких проблем нет.

— Если не считать того, что мой папа — идиот, — Мерфи тяжело вздыхает, и его маленькие плечи опускаются.

Боже, этот ребенок слишком проницателен.

— Я бы так не сказала, — вру я. Я называла Кэла идиотом столько раз, что уже сбилась со счета. Но этот бедный мальчик пережил слишком много потрясений, гораздо больше, чем кому-либо следовало бы переживать. Я не хочу добавлять к этому еще и свои слова. — Скорее, он просто смотрит на мир глазами ребенка, полными удивления.

Мерфи сжимает губы в тонкую линию.

— Значит, он тупой.

Моя голова дергается вниз сама по себе, но я тут же спохватываюсь и быстро качаю ею.

— Нет. Как насчет того, чтобы ты немного отдохнул на диване, а я тем временем подумаю над планом?

— Ладно. — Он бросает свой синий рюкзак на деревянный пол с глухим стуком и плюхается на диван. Поставив наполовину пустой стакан со слашем рядом, достает из рюкзака планшет. — Какой пароль от вай-фая?

— О, — я встаю. — Могу сама подключить.

Он качает головой, темные волосы падают ему на лоб.

— Я справлюсь. Мне только пароль нужен.

Я открываю верхний ящик стола и достаю карточку с напечатанными данными. Обхожу стол и передаю ее ему. За обедом в «Руби» я поняла, что он читает намного лучше, чем большинство первоклассников. А еще выяснила, что этой осенью он пойдет в первый класс, когда аккуратно выудила из него немного информации.

— Я скоро вернусь, — обещаю я, торопясь к двери.

Он лишь пожимает плечами, даже не отрывая взгляда от экрана, будто ему все равно, останусь я или уйду. От этой реакции у меня сжимается сердце.

Как часто его оставляют одного? Для такого маленького ребенка, внезапно оказавшегося в ситуации, которая напугала бы даже закаленных взрослых, он удивительно спокоен. С одной стороны, хорошо, что он умеет о себе позаботиться. С другой…

Я выскальзываю за дверь и спешу обратно через коридор — в офис Брайана. Когда вхожу, застаю там только его и Салли. Кэла нет.

— Где Кэл? — шиплю я, подбегая ближе.

Салли, сидящий в кресле для посетителей, закинув ногу на ногу, хмурится:

— Ему нужно было перевести дух.

Мой желудок болезненно сжимается.

— Он ушел? Но нам же нужен план!

Моя реакция, конечно, преувеличена. Но разве стоит удивляться, что он сбежал в тот момент, когда на горизонте замаячила ответственность?

Оба мужчины вдруг смотрят мне за спину. Через секунду раздается тихий детский кашель.

— Простите. Это было в моем рюкзаке. Мне нужно было передать вам.

Я разворачиваюсь и вижу Мерфи, который протягивает коричневый конверт. Когда я беру его, он пятится назад и исчезает.

Меня так и тянет пойти за ним, снова уверить, что всё в порядке. Но этот мальчик слишком умный, чтобы его успокоили пустыми словами. Большинство детей, с которыми я работаю, прекрасно понимают, что происходит. Поэтому я лишь подавляю этот порыв и заглядываю в конверт. Внутри — то, что я и ожидала увидеть. Я вытряхиваю на стол свидетельство о рождении, карту социального страхования и карту медицинской страховки штата.

— Очень полезно, — бормочу я, поднимая свидетельство о рождении и бегло его просматривая.

И точно — в строке, где указывается отец, четко напечатано имя Каллахан Мерфи.

Я протягиваю документ боссу, чтобы он убедился, что мы видим одно и то же.

— Да, — Брайан устало проводит рукой по лицу. — Мы в курсе. Уже сделали копию.

Салли опускает голову и медленно качает ею.

— Но оригинал тоже пригодится. Мне нужно будет подать его в суд, чтобы мальчик мог переехать в Джерси вместе с нами, — добавляет Брайан.

Я морщусь. Почти успела забыть об этой дыре с крысами после того, как пару часов назад на нас свалилась эта бомба. Черт. Этот ребенок будет жить там вместе с нами. По условиям траста жить в маленькой квартире должны не только партнеры, но и их супруги и дети.

Меня охватывает ужас. Что, ради бога, Терри думал, составляя такие условия?

Брайан откладывает свидетельство о рождении.

— Школа начнется только через неделю. Это значит, что всё это время он будет с тобой.

— Со мной? — я отшатываюсь и врезаюсь спиной в книжный шкаф. — Что?

— Срочное опекунство, — Брайан поднимает бровь. — Ты единственная, у кого есть все необходимые полномочия, чтобы заботиться о нем, пока суд не утвердит запрос.

Я тяжело вздыхаю. Точно. Это же моя работа. Обычно меня не пугают долгие часы, которые требуют дела по срочному опекунству. Но это сын Кэла. И от этой мысли у меня внутри всё переворачивается.

Сделав глубокий вдох, я отгоняю странные ощущения. Я справлялась с этим десятки раз. Нужно собраться. Суд, скорее всего, рассмотрит дело уже завтра.

— Ладно. Я могу приютить его