После развода. Ты вернешься, но я не прощу - Элли Лартер
Он точно рад будет.
С другой стороны — какой смысл?! Матвей сейчас будет усиленно работать, чтобы к началу летнего сезона открыть ресторан. Вряд ли у него будет много времени на меня. Только буду мешаться под ногами.
В общем, надо будет это обсудить.
Тем более, у меня самой тоже дел много: работы выше крыши, адвоката до сих пор не нашла, а еще к эндокринологу бы надо, давно у него не была.
— Ты задумалась, — замечает Марья. — Все прошло нормально?!
— Да... в целом, — киваю я. — Они оба признают, что без меня трудно, просят вернуться домой. Витя даже прощения попросил, представляешь?!
— Ого!
— А еще он считает, что раз я тоже ему изменила, то мы квиты, можно забыть эту историю и идти вместе дальше... — я насмешливо фыркаю.
— Наивный, — говорит сестра.
— Ну! — соглашаюсь я.
В этот момент Марья задает вопрос, который я и сама только что обдумывала:
— Не планируешь перебраться к Матвею?!
— Ой... не знаю... нет, наверное, пока. Ты ведь не против, что я еще у тебя поживу?!
— Как я могу быть против?! Конечно, нет! Живи, сколько угодно, хоть несколько месяцев, хоть несколько лет! Я только рада буду: меньше готовки, меньше уборки, а главное — любимая сестра рядом! Но ты на меня не смотри, думай, как тебе самой лучше будет, строй свое счастье... Если Матвей — тот самый...
— Я надеюсь, что да, но пока рано.
— Окей.
— К тому же, у меня дел много. Вспомнила вот, что к эндокринологу надо. Должна была прийти на плановый прием еще в ноябре, но сама знаешь: сначала предновогодний завал на работе и подготовка к праздникам, потом каникулы, а потом сразу начали готовиться к поездке на Байкал... а потом — тем более не до того было...
— Понимаю. Запишись тогда поскорее.
— Да, надо, — киваю я.
У меня уже несколько лет проблемы с щитовидкой: время от времени приходится пить таблетки, а еще необходимо постоянно делать УЗИ, чтобы наблюдать за динамикой заболевания.
И вот я уже на три месяца просрочила плановый визит, который назначил мне мой доктор!
Вернувшись в свою комнату, я открываю приложение клиники, чтобы записаться на прием.
Ближайшие слоты к моему врачу — либо завтра вечером, либо через неделю.
Готова ли я потратить завтрашний вечер на больницу?!
Да, лучше так, чем ждать еще. Я и так забыла о своем здоровье.
Я подтверждаю запись в приложении клиники, а потом отправляюсь в душ и спать.
Утром пишу сообщение Матвею:
«Привет! Приеду к тебе сегодня, но уже около девяти вечера, ты не против?!»
Он отвечает почти сразу:
«Привет, конечно, без проблем, я как раз закончу все дела. Поужинаем вместе?!»
«Да, с радостью!» — отзываюсь я, а потом в приподнятом настроении встаю с постели и отправляюсь умываться.
День проходит чудесно — меня греет предвкушение от встречи с любимым мужчиной, мечта поскорее оказаться рядом с ним, — но вечером ждет пугающая новость...
— У вас появилось образование, — говорит мне врач во время УЗИ щитовидной железы.
— Что?! — ужасаюсь я. — Какая-то опухоль?!
— Возможно, — отвечает он уклончиво.
— Доктор, это может быть рак?! — спрашиваю, чувствуя, как начинает колотиться сердце.
— Нам нужно сделать биопсию, — говорит он, все так же лишая меня конкретики. — И только тогда мы узнаем, что это...
56 глава
Через пару часов я, как и обещала, приезжаю к Матвею: разбитая, напуганная, совершенно не готовая к тому, чтобы заболеть чем-то серьезным, чем-то, что в корне перевернет мою жизнь, а может, и вовсе эту жизнь отнимет...
Под чем-то я, конечно, имею ввиду рак щитовидной железы.
Просто мне и говорить-то об этом сложно.
А уж тем более — думать, что это вдруг станет моей реальностью.
По словам моего врача, у меня всегда была предрасположенность. Определенные риски. Но я наблюдалась, занималась профилактикой, старалась вести здоровый образ жизни...
Неужели все это не помогло?!
И мог ли стресс спровоцировать развитие опухоли?!
Не стресс от измены мужа и всего, что последовало после, конечно: слишком мало времени прошло, меньше месяца.
Я про фоновый стресс, который был в моей жизни и до этого... месяцы, годы!
Про мужа, который слишком много требовал и ничего не давал взамен.
Про непослушного, капризного сына-подростка.
Про непростую и очень ответственную работу.
Про бесконечный быт, в котором я утонула, позабыв о своем здоровье...
Как же так?!
Я ведь только-только вырвалась из порочного круга, развожусь, спровадила к нерадивому папаше нерадивого сыночка, нашла новую любовь, которая ради меня приехала из Сибири!
И что теперь?! Все?! Конец счастью?!
Паниковать, конечно, рано.
Доктор сказал: нужна биопсия, только она покажет, доброкачественная опухоль или злокачественная.
Но я все равно паникую...
Матвей встречает меня в дверях своей квартиры с совершенно счастливым выражением лица: он рад моему приезду.
Тянет руки, обнимает, целует.
Спрашивает:
— Как добралась?!
— Нормально, — отвечаю я, с трудом соображая.
Он замечает это:
— Что случилось?! — спрашивает взволнованно. — Снова муж?! Сын?! Работа?!
— Все вместе, — хмыкаю я. — Все вместе, и это вызвало стресс, а стресс...
— Что?! — он не понимает.
— Я была у врача, — говорю наконец. — Эндокринолога. Помнишь, я рассказывала, что у меня есть проблемы с щитовидкой?!
— Помню, — Матвей кивает.
— Ну вот... И сегодня во время УЗИ у меня нашли какое-то образование...
— Опухоль?!
— Да.
— И что это за опухоль?! Опасная?!
Я вижу, что он волнуется, но старается держаться спокойно. Я благодарна ему: мне нужен какой-то якорь, маяк, чтобы вцепиться в него и не утонуть самой...
— Не знаю, — качаю головой. — Нужна биопсия.
— И когда ты будешь ее делать?!
— Послезавтра. Записалась уже. До этого не было свободных мест.
— Ты умничка.
— Да, это будет такая мини-операция...
— Я знаю, что такое биопсия, — кивает мужчина. — Моя жена умерла от рака.
— О боже, — я закрываю лицо ладонями. — Прости, пожалуйста...
Матвей почти ничего не говорил о своей жене и матери своей дочки Есении: только то, что та долго и серьезно болела, прежде чем умереть...
Мне было ясно, что эта тема для него — болезненная, сложная, что он не готов это обсуждать.
Оно и неудивительно: времени-то совсем немного прошло.
Я, конечно, прикидывала про себя, чем могла заболеть молодая женщина, но не спрашивала: подумала, что рано или поздно он сам расскажет...
И вот — он рассказывает, выбрав для этого, пожалуй, самый логичный момент.
— Тебе не за что извиняться.
— Мне неприятно тревожить твои раны.
— Мои раны, моя память, мой опыт — это и моя ценность тоже, — улыбается
