Испорчу тебя, девочка - Арина Вильде
— Папа, это Назар, — говорю, запинаясь. — Назар, это мой отец.
Назар протягивает руку:
— Очень приятно, Владимир Николаевич. Рая много о вас рассказывала.
— Взаимно, — улыбается папа, пожимая ему руку. — Проходите, располагайтесь.
— Это вам, — Назар протягивает мне цветы, а папе — коньяк. — Надеюсь, вы не против хорошего коньяка.
— Еще как не против! — оживляется отец, рассматривая бутылку. — Отличный выбор.
В этот момент из кухни появляется бабушка с подносом пирожков. Я чуть не стону вслух. Папа ей все разболтал, и она, конечно же, прибежала посмотреть на моего парня. Наготовила кучу всего, будто Новый год на носу.
— А вот и наша хозяюшка! — объявляет папа. — Мама, знакомься, это Назар.
Бабушка ставит поднос на стол в гостиной и оценивающе смотрит на Назара. Он улыбается:
— Здравствуйте. Очень приятно познакомиться.
— И мне, сынок, и мне, — бабушка явно остается довольна тем, что увидела. — Проходите и садитесь к столу, я еще салатик принесу.
— Бабуль, не нужно столько, — смущаюсь я. Такое ощущение, что у нас сватанье, а не простое знакомство.
— Как не нужно? — возмущается она. — Гость дорогой пришел!
Назар снова смеется:
— От ваших пирожков, конечно, не откажусь.
Бабушка просто тает от его обаяния и убегает на кухню за салатом.
Папа одобрительно кивает, наблюдая за этой сценой. Вижу в его глазах, что Назар ему нравится — вежливый, воспитанный, уважительно относится к старшим.
От этого мне становится немного легче. По крайней мере, одной проблемой меньше — папа настроен дружелюбно.
Но в животе все равно крутится тугой узел. Потому что самый сложный разговор еще впереди. Я вообще не представляю себя в роли матери, до сих пор не осознала насколько все серьезно и так и не придумала, что сказать Назару. Дети ни в его, ни в мои планы в близжайшем будущем не входили. Да и какие вообще дети? Мы в месте меньше полугода!
— Извините, я поставлю цветы в вазу, — говорю я, убегая на кухню.
Достаю из шкафа высокую вазу, наливаю воду, ставлю розы. Руки дрожат. Делаю глубокий вдох, пытаясь успокоиться, и возвращаюсь в гостиную.
Бабушка уже вовсю начала допрос:
— Так вы откуда родом, Назар? Кто ваши родители? Чем занимаетесь?
— Бабушка! — стону я, садясь рядом с Назаром.
Все смеются. Назар невозмутимо отвечает:
— Сейчас я веду свое дело. Родители помогли на старте.
— О, как хорошо! Молодой человек с головой на плечах, — одобрительно кивает бабушка. — А женаты не были?
— Мама! — возмущается папа. — Дай человеку хоть поесть спокойно.
— Что? Я просто интересуюсь! — защищается бабушка.
Назар улыбается:
— Не был женат. Ждал, пока встречу ту единственную.
При этих словах он смотрит на меня, и я краснею как помидор.
Знакомство проходит лучше, чем я ожидала. Назар легко находит общий язык с папой — они обсуждают спорт, машины, даже политику. Бабушка то и дело подкладывает ему еду, восхищенно причитая, какой он воспитанный.
Но несмотря на это, я не могу расслабиться. Внутри все сжато в тугой комок. Я ем, улыбаюсь, поддерживаю разговор, но мысли совсем о другом.
Назар замечает. Он несколько раз бросает на меня изучающие взгляды, хмурится.
— Владимир Николаевич, — говорит он наконец, — Рая обещала показать мне свои детские фотографии.
— Конечно, конечно! — машет рукой папа. — Идите, молодежь.
Мы встаем из-за стола и идем в мою комнату. Как только я закрываю дверь, Назар разворачивается ко мне.
Он нависает надо мной, руки упираются в стену по обе стороны от моей головы. Его губы так близко. Я скучала. Очень. Безумно скучала все это время!
— Знакомство прошло отлично, правда?
Его взгляд пронзительный. Я чувствую, как внутри все сжимается еще сильнее. Надо сказать. Прямо сейчас.
— Да, отлично, — шепчу. — Папа явно на твоей стороне и в случае чего не будет слушать бредни Вити.
Назар медленно скользит губами по моей щеке, ниже — к шее. Его дыхание горячее, движения мягкие, но в то же время настойчивые, жадные. Его рука скользит мне под свитер, и по коже пробегает дрожь.
Я рефлекторно отталкиваю его грудь ладонями:
— Подожди… — мой голос хриплый, будто мне трудно дышать.
Он прищуривается, чуть отстраняется, но пальцами мягко берет меня за подбородок, поднимая голову так, чтобы я посмотрела ему прямо в глаза.
— Что случилось? — голос низкий, серьезный. — Ты выглядишь испуганной.
Я пытаюсь что-то сказать, но вместо слов вырываются только сбивчивые звуки. Горло сжимает, язык не слушается. В глазах жжет, и слезы сами собой катятся по щекам.
— Рая… — Назар бледнеет, его взгляд мгновенно становится тревожным. Он ладонью стирает мои слезы, но я плачу еще сильнее. Его это пугает до чертиков, я вижу, как он сам едва не теряет самообладание. — Что не так?.. — он почти шепчет, прижимая меня к себе, но я не могу остановиться.
Сердце бьется где-то в горле. Я знаю, что пора сказать. Сейчас. Что я ношу в себе часть его. Что это изменит все.
Я делаю вдох. Набираюсь смелости. Выдавливаю из себя совсем тихое:
— Я беременна...
Назар замирает. Его глаза расширяются, лицо каменеет. Несколько секунд стоит полная тишина — настолько тяжелая, что слышно, как стучит мое сердце.
— Это точно? — спрашивает он наконец хрипло.
— Точнее некуда, — киваю я, чувствуя, как слезы снова подступают к горлу. — Все тесты положительные.
Голос обрывается. Не могу больше сдерживаться. Слезы катятся по щекам.
— Что теперь делать? — всхлипываю я. — Мы же этого не планировали... Витя и так на тебя злится, а теперь еще и это...
Назар молчит, смотрит на меня, и в его взгляде столько эмоций, что я не могу их разобрать. Шок? Страх? Злость?
Но потом он резко притягивает меня к себе, крепко обнимает.
— Мы поженимся, — говорит он твердо.
Я резко отстраняюсь от него, вырываясь из объятий.
— Нет! — качаю головой. — Я не хочу, чтобы ты женился на мне только потому, что я залетела!
— Не говори так, — хмурится Назар, снова притягивая меня к себе. — Я бы и так на тебе женился. Просто чуть позже. А ребенок... — он делает паузу, на губах появляется слабая улыбка, — ребенок просто ускорит процесс.
Я смотрю на него сквозь слезы, не веря услышанному.
— Ты не злишься? — шепчу.
— Злюсь? — он качает головой, вытирает большими пальцами слезы с моих щек. — Царица, я в шоке, да. Это неожиданно. Но злиться? Нет. Как я могу злиться на то, что ты носишь моего ребенка?
— Но мы же не готовы... Я еще учусь, у меня...
— Справимся, — обрывает он меня. — Вместе. Я позабочусь о тебе. О вас обоих. Правда в
