Не так, как в фильмах - Линн Пайнтер
Уэса.
В ту же секунду в голове заиграла песня Найла Хорана «Everywhere», потому что именно она идеально подходила для этого момента.
Feels like every time I turn a corner
You're standing right there25
Потому убейте меня прямо сейчас, Уэс сидел за столом у окна и занимался. Что он тут вообще забыл? Я предпочитала заниматься в музыкальной библиотеке, а не в Пауэлле, потому что она была маленькой, тихой и там не было толпы, которая могла бы меня отвлекать.
Так почему он здесь? Он не учился на музыкальном факультете, и я почти уверена, что он с южного кампуса (если он всё ещё изучал инженерию). Вдобавок ко всему, я знала, что он первокурсник, так как же он вообще наткнулся на это место?
На нём были очки — он надевал их только тогда, когда у него уставали глаза — а его синяя бейсболка была надета козырьком назад, из-за чего он выглядел... уууф таким раздражающим.
Потому что что за совпадение? И как долго он там уже сидел?! Мне хотелось кричать от абсурдности. Как же так вышло, что его не было в моей жизни почти два года, а теперь он неожиданно возникал везде, куда бы я ни пошла?
И разве он не должен быть сейчас на занятиях вместе со всей командой?
Он смотрел в мою сторону, но, надеюсь, не заметил меня.
Потому что я всё ещё не знала, как себя вести рядом с ним. Кларк выручил меня, взяв на себя основную часть съёмок, где участвовал Уэс, так что у меня не было с ним никаких личных контактов с того дня, как он чуть не сбил меня на своём самокате.
И слава богу.
Но Лилит хотела, чтобы я помогла ей с интервью на следующей неделе, так что мне нужно было начать связываться с игроками, чтобы запланировать наши встречи. Игроками, среди которых был — вздох — этот парень в очках.
Когда его не было рядом, я могла очень по-взрослому обдумывать всю ситуацию. Прошлой ночью я лежала в постели и думала: прошло два года, это было давно, и он больше ничего для меня не значит. Мы остались в прошлом, и он был просто кем-то, кого я когда-то знала.
Но по какой-то причине, стоит ему только появиться в одной комнате со мной, как эти мысли вылетали из моей головы. Они исчезали, и всё, что оставалось, — это лишь сбивающее с толку ощущение, что я всё ещё его ненавижу.
Мне уже не было дела до него, так почему же его лицо вызывало во мне желание причинить ему боль?
Возможно, дело в том самодовольном выражении, которое никогда не сходит с его лица. То есть, да, прошли годы, и мы оба давно оставили наше прошлое позади, но разве он не мог хотя бы выглядеть так, будто испытывает хоть каплю вины, когда мы сталкиваемся друг с другом?
Я снова уткнулась в книгу, надеясь, что он испарится, пока я читаю.
Но я успела прочесть всего один абзац, как услышала: «Я знаю, ты меня видела».
Я бросила взгляд в его сторону, и да — он говорил со мной. В любом другом месте это сошло бы за крик, когда говоришь с кем-то через пару столов, но в почти пустой библиотеке он даже не повысил голос.
— Почему ты не на учёбе с командой? — спросила я, снова уткнувшись в книгу.
Не смей смотреть ему в лицо. Его очки были словно змеи Медузы Горгоны, способные превратить моё и без того каменное сердце во что-то мягкое и податливое. Или типа того.
Проклятье.
— Мне нужен был перерыв от этого всеобщего единения. — Я услышала, как он прочистил горло, прежде чем спросить: — А ты почему не там?
«Не твоё собачье дело», — хотелось крикнуть мне, но я вежливо ответила: — Мне нужно было позаниматься. Кларк там.
— А, ну да, разумеется, — произнёс он, и его голос был полон сарказма, когда я услышала, как он закрыл свою книгу. — Твой парень Кларк.
Я закатила глаза и продолжила вчитываться в книгу, не желая продолжать этот разговор. Или вообще что-либо делать. Мне просто хотелось, чтобы он исчез.
— Ты сказала, всё началось недавно, верно? — спросил он. — Вы с Кларком недавно начали встречаться?
Я вздохнула, не отрывая глаз от страницы.
— Да.
— Насколько недавно? Пара дней, пара недель…? — его голос постепенно стих, будто он ждал, что я сразу отвечу.
А я не была к этому готова.
Отчасти потому, что он не заслуживал знать ничего о моей жизни — этот мудак — а отчасти потому, что я понятия не имела, сколько мы уже с моим фальшивым парнем должны были фальшиво встречаться.
Уф!
— Я не буду это обсуждать, — сказала я, подняв глаза и глянув в его сторону. — Мне нужно заниматься.
Боже, эти очки.
— Ага, — сказал он, неторопливо кивая, убирая книгу в рюкзак и застёгивая молнию. — Так что, может, быстренько ответишь? Насколько недавно?
— Нет! — отрезала я. С какого это перепуга он вообще думает, что имеет право задавать вопросы о моей жизни? — Моя личная жизнь тебя не касается.
— О, личная жизнь? — спросил он, сузив глаза, когда на его губах появилась та старая, до боли знакомая дразнящая усмешка. Он закинул рюкзак на плечо и сказал: — Ты рассматриваешь его как потенциального партнёра?
Я закрыла книгу и запихнула её в сумку. Встала, потому что мне нужно было отсюда уйти.
— Я пойду заниматься. Приятного вечера.
Я схватила свою сумку и сделала всего шаг, как он подбежал и ухватил меня за руку.
— Погоди, Лиз. Извини.
Я не могла вдохнуть полной грудью, пока он смотрел на меня, находясь так близко, а его пальцы оставляли жгучие следы на моей коже. Его запах был прежним — как он умудряется так же пахнуть? — и моё сердце помчалось вскачь.
Тёмный взгляд скользнул по моему лицу, отчего я почувствовала себя слабой, — такой, Боже мой, невыносимо слабой — прежде чем он произнёс глубоким, тихим голосом:
— Это не моё дело, и я не хотел вести себя как мудак.
Я втянула воздух носом, ненавидя то, как колотилось моё сердце, когда я уловила запах мятных конфет от его дыхания.
— Ладно.
— Ты готова, Лизард?
Я вздрогнула, вырванная из наваждения Кларком, который буквально возник из воздуха.
— Д-да, — ответила я, ненавидя, как дрогнул мой голос, когда Уэс
