спрашиваю я, пытаясь играть серьезность, но счастливая улыбка сама расползается по моему лицу.
— Теперь, госпожа Султанбаева, — он целует мою ладонь, и по моей спине бегут мурашки, — мы начинаем нашу жизнь. С чистого листа. На наших условиях.
Он открывает дверь своего автомобиля. Я сажусь на пассажирское сиденье, и он наклоняется, чтобы пристегнуть меня. Его лицо оказывается в сантиметрах от моего, и я чувствую его запах — кожи, дорогого парфюма и чего-то неуловимого, что принадлежит только ему. Наши взгляды снова встречаются, и в воздухе снова трепещет то самое, знакомое и сладкое напряжение. Но теперь в нем нет ни капли запретного. Теперь в нем — лишь предвкушение.
— Домой? — спрашиваю я тихо.
— Домой, — и в этом слове теперь весь мир.
Наш мир.