Измена. О чём кричит тишина - Мария Андреевна Владыкина

пожала по очереди обоим мужчинам. Мы сели.

- Глеб. Мой друг Никита, а вы… - Глеб смотрел на меня чуть прищурившись, так, что казалось в его глазах прыгали чертинки.

- Валя. Я Валя. – Улыбнулась я.

Следующий час пролетел совсем незаметно, мы болтали, смеялись, знакомились… Оба парня оказались милыми. В какой-то момент Кира предложила дойти до туалета, и мы извинились и отправились в дамскую комнату.

- Слушай, как тебе парни? – Спросила Кира, стоя у раковин, и поправляя свою помаду.

- Мне кажется, они довольно милые. Особенно Глеб. – Честно призналась я, а Кира чуть нахмурилась.

- Серьезно? Тебе же никогда брюнеты не нравились. Я думала, мне Глеб, тебе Никита.

- Ну, вот сегодня как-то так. – Я пожала плечами.

- Ладно. Если честно, мне тоже Глеб понравился. Давай, к кому он будет проявлять больше знаков внимания, той и достанется. И без обид, хорошо?

- Конечно. – Кивнула я. А Кира сложила быстро всю косметику в сумку, и вышла из туалета, не дожидаясь меня.

11 глава

11 глава

Наше время

- Зачем я здесь? – Повторила мой вопрос Кира, складывая руки на груди. – Может, потому что ты заперлась в ванной и не выходила два часа? Или потому, что сказал Глебу уходить из его же квартиры…

-Мам, ты чего ругаешься? Мне не нравится! – Никита вышел из-за моей спины, и подошёл к Кире, а потом прижался к её ноге. Она посмотрела на него сверху вниз и тяжело вздохнула, потрепав волосы.

- Малыш, иди к Лизе в комнату, её сейчас нет, поиграешь там, я думаю, она не была бы против.

У меня было секундное желание воспротивиться тому, чтобы Никита играл игрушками моей дочери в её отсутствие, но я себя тормознула. Не хватало ещё вываливать свою злость на ребёнка. Я и так сегодня обидела Лизу.

Никита пару секунд смотрел то на меня, то на Киру, то на Глеба, но мы все молчали, и он в конце концов ушёл в спальню дочери.

- Валь, ты ведешь себя как маленький обиженный ребёнок. – Заявила Кира, как только Никита скрылся в комнате. – Давайте поговорим, как взрослые люди.

- И в чём же проявляется то, что я веду себя как ребёнок? В том, что не собираюсь мириться с нагулянным мужем ребёнком от лучшей подруги и предательством?

- Не надо переворачивать всю ситуацию так, будто произошла трагедия мирового масштаба.

А Кира, похоже, уже отошла от своего обеденного состояния. Днём она плакала и просила прощение, а сейчас я всё утрировала, по её словам?

- Давайте присядем куда-нибудь. Мне тяжело долго стоять. – Кира схватилась за голову, и пошла в сторону гостиной, я и Глеб остались стоять там же, где стояли.

Муж выглядел уже более вменяемым, чем пару часов назад. Алкоголь, похоже, медленно, но верно выходил из организма.

- То есть, вот что ты придумал? Позвать свою любовницу и вашего сына, чтобы они уговорили меня остаться? Чтобы что, Глеб? Ты хоть понимаешь, как унизительно я себя ощущаю. Кира, кажется, вообще уже считает, что всё в порядке. Ходит тут по нашей квартире, распоряжается как хозяйка…

- Валь, ну ты правда перегибаешь. Что мне сделать? Хочешь цветы, подарки, на колени встану попрошу прощения? Скажи, что тебе надо?

- Мне надо, чтобы мой мужчина оставался только моим.

- Я и есть твой. Ни одна женщина не занимала больше мою голову, клянусь тебе.

- Зато на чл*не охотно прыгали, так? - Я, по мере того, как говорила, начала наполняться злостью. Обогнула Глеба по дуге, чтобы он меня снова не схватил, и ворвалась в гостиную.

Обнаружила там Киру, лежащую на расправленном и застеленном мною для Глеба диване. Она лежала, прикрыв глаза, и положив руку на лоб. Возможно, я бы обязательно испытала что-нибудь по поводу её плохого самочувствия, но не сейчас.

Глеб пришёл в гостиную следом за мной.

- Смотри-ка, она опять выбрала твою кровать. Что у тебя за мания забирать чужое, Кир, а?

Кира чуть приоткрыла глаза, и повернула голову на нас.

- Я бы обязательно с тобой поругалась, Валь, с огоньком могла бы даже, если б мне не было сейчас так хреново. Башка кружится, давно уже такого не было.

- Ну, супер. Мне тебя пожалеть? Какой вообще реакции ты ждала, когда вывалила на меня сегодня всю эту информацию? Думала, я всё проглочу, и просто молча продолжу жить с Глебом, как ни в чём не бывало, только теперь у нас будет двое детей: Лиза, наш ребёнок, и Никита – ваш. Как-то у меня никогда не было тяготения к идее шведской семьи.

- Я ни на какую реакцию не рассчитывала. – Кира, держась за голову, села на диване, на котором только что лежала. – Я просто пытаюсь закрыть вопросы до своего отъезда. Не знаю, чем всё закончится. Если лечение поможет, и я вернусь, то заберу Никиту, и всё будет как раньше. Но если нет… Пойми, он мой ребёнок, и я сделаю всё, порву любого, лишь бы у него была достойная жизнь.

- Странно, что ты выбрала порвать нашу дружбу, мою семью и сердце.

- Ты просто на эмоциях. Я думаю, ты поступила бы так же, ради Лизы. Чёрт.

Кира вскочила, и помчалась в ванную комнату. Судя по звукам, исходящим оттуда, её вырвало. Болезнь её не щадила, но сейчас жалость в моём сердце заменила обида за предательство, и я даже ни одним мускулом не повела, когда она убежала.

- Может, вызвать скорую, или врача? – Нахмурился Глеб, глядя в ту сторону, куда убежала Кира. – Кажется, ей там реально плохо.

- Делайте, что хотите. Я, вообще-то, планировала, что уйдешь ты. Надеюсь, ты поступишь благородно, и не будешь судиться со мной за квартиру, в которой буду жить я с дочерью. Но сегодня, пока ты тут устроил собрание своих любовниц, я, пожалуй, освобожу помещение.

Я пошла в спальню, достала с верхней полки шкафа спортивную сумку, с которой обычно ходила в спортзал, и начала туда скидывать вещи, которые могли мне понадобиться, чтобы переночевать где-то ночь.

- Валь, ну куда ты пойдешь ночью? Перестань. Никто никуда не уходит. Мы сейчас все ляжем спать, и с утра придумаем другое решение.

- Ты так и не понял? Другого решения не будет. Лечь спать он захотел…