Там, где мы настоящие - Инма Рубиалес
Коннор целует меня.
Сперва это так неожиданно, что я замираю.
Он упирается руками в камни по обе стороны от меня и прижимается губами к моим. И тут я чувствую все разом. Как бешено колотятся наши сердца, скользкий валун под ногами, обжигающий холод воды, летний ветерок. Мягкость его губ. Его запах. Жар его тела. Я ощущаю эти две секунды поцелуя со всей остротой. И еще – то мгновение, даже меньше секунды, которое мне требуется, чтобы потянуться к нему снова.
Коннор целуется именно так, как я и представляла: уверенно, страстно и чуть робко, но робость исчезает, стоит ему понять, что теперь уже я целую его. Он заставляет меня податься назад, прижимает к скале, а я обвиваю руками его шею, углубляя поцелуй. Когда он приоткрывает губы и наши языки сплетаются, он издает хриплый звук, от которого у меня все внутри переворачивается. Я не могу думать. Не помню, когда в последний раз кто-то так сильно мне нравился.
– Мэйв… – Он чуть отстраняется и улыбается мне в губы, когда я тянусь следом, чтобы поцеловать его снова. – Пойдем отсюда, – шепчет он и наконец убирает руки со скалы, опуская их мне на бедра. Провожу ладонями по его подбородку и смеюсь, осознавая нелепость ситуации.
– И как, черт возьми, мы доберемся до машины?
– Об этом стоило подумать до прыжка.
– Прости. У меня вечно дурацкие идеи.
– Дурацкие? Я не согласен. – Он придвигается ближе, но не целует. Дразнит. Играет со мной. И наконец снова накрывает мои губы своими. – По-моему, это лучшая идея, которая только могла прийти тебе в голову.
17
Мэйв
Едва добравшись до машины, Коннор снова целует меня.
– Мы здесь все зальем, – смеюсь я.
– Потом разберемся.
Я прогибаюсь, чтобы он открыл дверь, и каким-то образом мы оказываемся на заднем сиденье и я сижу у него на коленях. Одежда после озера насквозь мокрая, но нам обоим все равно. Теперь поцелуй глубже, настойчивее. Он целует меня так, будто целую вечность ждал этого момента, и мне это нравится. Я тоже месяцами мечтала об этом. Скольжу ладонями по его рукам, плечам, спине. Решаю, что этого мало, и тяну его за футболку.
– Сними, – требую я.
Он улыбается мне в губы:
– Какая ты нетерпеливая.
– Ты первый начал.
В его глазах мелькает огонек лукавства, когда он отстраняется ровно настолько, чтобы стянуть футболку через голову. Я не отрываясь слежу за каждым его движением. Выбравшись из озера, мы вернулись на обрыв за одеждой – впереди оставалось еще несколько минут пути до машины, и надо было согреться. Сейчас я этому только рада. Есть что-то завораживающее в том, как Коннор раздевается – так близко, подо мной, – от чего все внутри сжимается в тугой узел.
Он не медлит – отбрасывает футболку на соседнее сиденье и снова целует меня, не дав сказать и слова. Я забываю, где мы. Или просто перестаю об этом думать. Неважно, что мы насквозь мокрые, что находимся где-то посреди неизвестности и что еще секунду назад я дрожала от холода. Я могу думать только о нем – о его горячих губах, о его дыхании, застрявшем у меня в груди, об этом мучительном желании, что скручивает все внутри, – наверное, так чувствует себя тонущий, отчаянно рвущийся к поверхности.
Я могла бы целоваться с ним всю ночь.
Более того – я хочу целоваться с ним всю ночь.
– Ты все подстроил, – шепчу я, зарываясь пальцами в его мягкие мокрые волосы на затылке. – Привез меня сюда, одна кровать на двоих – все нарочно. Ты знал, чем все закончится.
Он хрипло смеется.
– Нет, ничего я не подстраивал. Лучше бы знал заранее, что так выйдет. Поцеловал бы тебя давным-давно, а не изводился весь день от желания это сделать. – Его руки скользят по моим бедрам, сжимая их ровно настолько, чтобы по телу прошла дрожь. – Черт, обожаю эти шорты.
Когда он касается джинсовой ткани, меня обдает жаром. Он приоткрывает рот, и я углубляю поцелуй – и снова весь мир сужается до него одного. Его слова не просто льстят моему самолюбию, это еще и моя маленькая личная победа. Прежняя Мэйв ни за что не решилась бы надеть короткие шорты на свидание. А нынешняя не только их надела, но еще и наслаждалась тем, что Коннор весь день не сводил с меня глаз. Я жду, затаив дыхание, когда его руки двинутся дальше. Но они замирают. Он дразнит меня, опуская их ниже.
– Мэйв… – шепчет он мое имя. Он играет со мной. Ему нравится со мной играть. По крайней мере, так думаю поначалу. – Мне нужно тебе кое-что сказать.
– Прямо сейчас? – передразниваю я.
– Это не может ждать.
Я отстраняюсь. Мне казалось, он шутит, но, видимо, дело серьезное – он вдруг стал таким мрачным.
– Все хорошо?
– Я понятия не имею, что мы делаем.
Я убираю руки.
– Если ты не уверен, не надо…
– Что? Нет, дело не в этом. Совсем не в этом. Мэйв. – Он крепче сжимает мои бедра, не давая встать, и сглатывает. – Я имею в виду… ну, я не знаю, что делать, потому что никогда раньше этого не делал.
До меня не сразу доходит смысл его слов.
– Ты никогда не?..
– Нет.
Черт.
Ошеломленная, я сползаю с его колен на соседнее сиденье. Коннор не сводит с меня глаз. Теперь он выглядит неуверенно.
– Это для тебя проблема? – спрашивает он.
Нет, это не проблема. Конечно же нет.
Я мотаю головой, пытаясь собраться с мыслями.
– Я думала, у тебя были другие девушки, – говорю я вместо ответа.
– Я целовался с другими. С двумя, если точнее. Но дальше не заходил. По крайней мере не настолько далеко, как ты, похоже, хотела зайти сегодня. – Он пытается пошутить, но на его лице все еще читается неуверенность.
Я подбираю слова. И единственное, что у меня получается сказать:
– Все нормально.
Он смотрит на меня с недоверием:
– Тебе не кажется это странным?
– С чего бы? У каждого свой темп. Ничего страшного. – Наверное, не стоило бы развивать эту тему, но любопытство берет верх. Я не могу удержаться. – Думаю, ты сам решил подождать. Сомневаюсь, что до сих пор не нашлось ни одной девушки, которая захотела бы с тобой переспать. В смысле, ты же отличный парень. И сам это знаешь. Если бы хотел, давно бы это сделал.
Услышав это, удивленный и одновременно довольный моими словами, Коннор хмурится. Неловкость исчезает, и
