Фредерик - Алиса Бастиан
Он с преувеличенным интересом листал новостную ленту в телефоне, ожидая, когда ты прочитаешь. Ты посмотрела на него, прижав листы бумаги к груди, и он почувствовал твой взгляд.
— Статья очень хорошая, — серьёзно сказала ты.
— Правда? — недоверчиво покосился он на тебя.
— Да. Правда.
Смущённая улыбка появилась на его лице, делая его совершенно очаровательным.
Ну, объективно.
— И я бы почитала что-нибудь ещё, — добавила ты.
— О, это можно, — обрадовался Фредерик и, покопавшись в папке с бумагами, выудил оттуда скреплённые степлером листы. — Вот ещё одна, на ту же самую тему. Но она старее.
— Давай, — согласилась ты.
Эту читать было сложнее. Она была скучной, невероятно сухой, пестрящей канцеляризмами и наполненной, как тебе показалось, не очень-то глубоким уважением к читателю. Автор текста явно сознавал себя значимым специалистом в данной теме и не отказывал себе в удовольствии оповестить об этом весь мир.
— Эта плохая, — прямо заявила ты.
— Правда? — снова спросил Фредерик, теперь уже почти радостно.
— Определённо. И, думаю, она не твоя, — добавила ты, смотря на него.
— Верно, — усмехнулся он. — Доктора И.
Всё ясно.
— Ты неисправим.
— Это чтобы ты не мучилась чувством вины, — ответил он.
Ты снова взглянула на недавнюю статью Фредерика. По сравнению с доктором И. он просто мастер пера, это было ясно даже тебе.
— И много у тебя ещё статей написано? — спросила ты.
— Да… Пожалуй. — Он протянул руку за бумагами, но ты не отдала.
— И где они? Где-то опубликованы? Я почти ничего не находила в интернете. Ну, я имею в виду, ничего подобного.
— В столе, — ответил Фредерик. — Куда я годами их и писал, пока не надоело.
— Но почему?
Он буквально вырвал листы у тебя из рук. Ты видела, что он расстроился, хотя только что был рад.
— Фредерик?
— Потому что мне посоветовали заниматься наукой, а не графоманией, и я в конце концов с этим согласился.
Правда, в науке я тоже не особо преуспел.
— Кто это тебе посоветовал?
— Много кто, — отозвался Фредерик.
— Если тебе говорили это люди вроде доктора И., ты ведь понимаешь, что они просто завидовали?
— Да, конечно.
Всё в его тоне свидетельствовало о том, что он так не считает. Он убрал бумаги в папку и закрыл её, как и всю эту тему.
Но вы ещё не закончили.
— Дай-ка мне почитать ещё какую-нибудь твою статью, — ты сложила руки на груди, смотря на него чуть ли не с осуждением. — Только твою, а не чью-то ещё.
— Это ерунда, — сказал Фредерик, остервенело засовывая папку обратно в портфель.
— Сейчас же, — сказала ты. — Немедленно.
Он с удивлением посмотрел на тебя, увидел, что ты вполне серьёзна.
— Ладно…
Фредерик открыл ещё одну статью на телефоне и дал тебе прочитать.
Что и требовалось доказать, подумала ты через несколько минут.
— Пиши, — твёрдо сказала ты. — Твои статьи…
— Ты видела лишь две, — перебил тебя Фредерик, но ты не обратила на это никакого внимания.
— Твои статьи заслуживают того, чтобы их читали. Ты этого заслуживаешь.
— Ты просто не разбираешься.
— Ещё как разбираюсь, — усмехнулась ты.
Совсем как вчера.
— Спасибо, — тихо сказал он, и ты едва удержалась от того, чтобы его обнять.
Не надо лишнего.
Фредерик взял со стола ежедневник, вырвал из него листок и вытащил из ящика ручку.
— Что ты делаешь?
— Ты же сказала писать, — улыбнулся он.
Ты вздохнула. Ты уже поняла, что происходит.
Доброта
— Доброта здесь не при чём, — возразила ты. — Это просто факт. Ты правда отлично пишешь.
— Ты могла бы ограничиться тем, что статья хорошая, — покачал он головой. — Ты не обязана была ничего больше добавлять. Или читать другие.
Правда.
— И ещё эти шахматы, — добавил Фредерик.
— Шахматы?
— Ну, в которые ты играешь с санитаром.
Сердце у тебя упало. Он знает?
Что ещё он знает?
— Он уламывал каждого в нашей лечебнице, но никто не соглашался с ним играть. Доброта — не могу придумать ни одной причины, почему ещё ты могла согласиться это делать.
О, Фредерик…
— Не думала, что ты знаешь, — сказала ты.
— Это же моя лечебница. Я знаю всё, что в ней происходит.
Кроме самого важного.
— Во мне очень мало доброты, Фредерик.
Правда.
— Думаю, достаточно, чтобы войти в этот список.
Список моей нормальности.
— Который, надеюсь, скоро закончится, — отшутилась ты.
— Никогда. Иди сюда, — он притянул тебя к себе и обнял.
— Никогда? Это значило бы, что я абсолютно нормальна, — ты обняла его в ответ. — А это не так.
Правда?
66
Ты собиралась домой. Во-первых, ты достаточно времени провела вместе с Фредериком (более чем) и ближе, чем предполагалось (более чем), во-вторых, двое суток ходить в одной и той же одежде было не особенно комфортно.
— Чем займёшься? — спросил Фредерик. Он не хотел тебя отпускать, но ты была непреклонна.
Сяду за свой красный блокнот и начну наконец структурировать всё, что имеется.
— Не знаю. Уборкой.
— Выброси те коробки, — сказал он, подавая тебе ложку для обуви.
— Обязательно, — ответила ты. Препираться не хотелось. Он всё равно не поймёт.
Ты села на пуфик, подвинула к себе обувь. Шрам на запястье чесался нестерпимо, чего давно не бывало. Ты украдкой потёрла его сквозь ткань водолазки.
— Зачем ты это сделала? — спросил Фредерик.
Ты подняла на него глаза, не понимая, что он имеет в виду.
— Что именно?
— Это. — Он взял тебя за руку и провёл большим пальцем по шраму.
Ты вырвала руку и машинально прижала её к груди.
С ума сойти, он действительно это спросил?
Действительно сейчас?
— Я уж думала, ты никогда не спросишь, — съязвила ты, пытаясь скрыть ужас, захлестнувший тебя вместе с воспоминаниями.
— Ты никогда не говорила… конкретно.
— И, честно говоря, не хочу сейчас, — ты сложила ладони между коленями и посмотрела на него снизу вверх.
— Ты хотела вырваться из этого кошмара? — всё равно спросил он.
Ты покачала головой. Фредерик вспомнил один из ваших «сеансов».
Он действительно перестал убивать?
Действительно.
И почему же?
Ну, допустим, я об этом попросила.
— Хотела, чтобы он… остановился?
Ты поморщилась, даже не осознавая этого, так, словно заново прожила ту боль, и он понял, что прав.
Правда, пришлось порезать вены, чтобы он понял, что это не просьба, а ультиматум.
Он смотрел на тебя с таким сочувствием, что тебе стало тошно.
— К твоему сведению, это сработало, — сказала ты. — Он изменился.
Ты думал, я просто уйду? Как бы не так.
Я не шутила. Сделаешь
