Напиши меня для себя (ЛП) - Коул Тилли

Я почувствовала, как краска мгновенно залила мои щеки, а на его губах появилась легкая ухмылка. Незнакомое ощущение пробежало по позвоночнику. Ни один парень никогда не называл меня красивой, даже не смотрел в мою сторону, а тем более такой, как он. Следом пришло сомнение. Потому что, глядя в зеркало в последние дни, я чувствовала себя кем угодно, только не красавицей.

Но, несмотря на смущение, я не могла заставить себя отвести взгляд. Парень быстро вытер руку о футболку и протянул ее мне.

— Я Джесси.

Я заставила себя отпустить блокнот, который сжимала на груди, и вложила свою руку в его.

— Джун. — В моем голосе слышалась застенчивость, но когда я заметила румянец, появившийся на его щеках, то поняла, что не одна испытываю это странное чувство.

Одного взгляда на отсутствующие под бейсболкой волосы было достаточно, чтобы понять: он тоже был одним из здешних пациентов. Я громко сглотнула, а сердце забилось сильнее, когда Джесси улыбнулся, и на его щеках проступили ямочки. Он был высоким и, несмотря на болезнь, широкоплечим, с подкачанными руками. Парень держал футбольный мяч, а я — свой блокнот, и тут пришло осознание, что мы все еще держимся за руки...

Я быстро отдернула руку, и Джесси покачал головой.

— Извини, Джун. — Его голос был хриплым, как скрип гравия на подъездной дорожке.

— Все в порядке, — ответила я и попыталась уйти, но ноги не слушались. В этом парне было что-то такое, что удерживало меня рядом. И то же умиротворение, которое окутало меня в комнате, вновь разлилось по телу, так же, как и трепетное волнение и чувство, что я должна быть здесь.

Это бы предначертано.

Глава 3

Джесси

Карие глаза, слегка загорелая кожа и россыпь веснушек на аккуратном носике. Ростом где-то метр шестьдесят пять, с румянцем на нежных щеках. Я откашлялся, осозавая, что пялюсь на нее.

Джун.

По платку на голове я понял, что она, вероятно, восьмая пациентка, которая должна была прибыть сегодня, но я не ожидал увидеть кого-то вроде нее. Она была... потрясающей... прекрасной.

Я не мог подобрать слова, чтобы в полной мере описать ее.

Я сжал ладонь, которой только что пожимал ее руку, и почувствовал на ней горячий след, словно от оттиска. Джун прижимала к груди какой-то блокнот, будто щит. Ее взгляд бегал повсюду, только не по мне, но стоило ей снова взглянуть на меня, как на щеках вспыхнул румянец.

Зеленый цвет платка и платья заставлял ее темно-карие глаза сиять, словно глазированный темный шоколад. Я снова прокашлялся, понимая, что нужно что-то сказать.

— Так, Джун, ты здесь ради испытаний? — Мне хотелось дать себе подзатыльник. Учитывая, что проблем с волосами у нее было столько же, сколько и у меня, это было очевидно.

Какой тупой вопрос.

— Да, — ответила она, и ее мягкий голос с силой выпущенной пули врезался мне в грудь. Она посмотрела на свои ноги, затем робко встретилась со мной взглядом, жестом указывая на пространство вокруг нас. — Я хотела немного осмотреться, пока родители у Нини, и заблудилась.

Я улыбнулся. Она была восхитительна. Я не ожидал приехать на эти испытания и встретить ходячее воплощение мечты.

— Это место просто необъятное, — сказал я. — Я приехал два дня назад и до сих пор не могу во всем разобраться.

Улыбка, которой Джун одарила меня в ответ, чуть не сбила меня с ног.

— Хочешь познакомиться с другими? — указал я большим пальцем за спину, собравшись с духом,

Она сделала глубокий вдох, явно нервничая, но кивнула. Я был общительным и временами чересчур шумным, но Джун, похоже, была моей полной противоположностью. Я кивком позвал ее за собой. По привычке, я начал перебрасывать футбольный мяч из одной руки в другую. Я уже не мог вспомнить времена, когда его не было у меня под рукой.

— Итак, — начал я, — откуда ты?

— Из Северного Техаса, из маленького городка, — ответила она, следуя за мной по длинным коридорам. Она бросила на меня взволнованный взгляд. — А ты?

— Из захолустья под названием Макинтайр в Западном Техасе. Но я его люблю. Это мой дом, и я уже по нему соскучился. — Я оглянулся на Джун и заметил, что она идет чуть медленнее обычного. Я увидел, что она слегка прихрамывает на правую ногу, и постарался не убегать далеко вперед.

— Прости, — сказала она, догоняя меня. — Моя нога уже не та, что была раньше.

— А у меня это рука. — Я знал, о чем она, и размял плечо, которым обычно бросаю.

Джун понимающе кивнула и улыбнулась, а у меня все перевернулось внутри. Что ж, это было что-то новенькое. Я не привык ко всяким «бабочкам в животе» и прочей чепухе, но, видимо, все бывает в первый раз. Мы повернули направо, и я услышал голоса остальных в гланой гостиной. Джун ничего не ответила, и я понял, что ей понадобится некоторое время, чтобы вылезти из своей скорлупы.

Мы подошли к двери, и я взглянул на нее сверху вниз.

— Готова познакомиться с бандой ОМЛ?

У нее вырвался тихий смешок.

— Готова. — Звук ее смеха... Боже. Я попал. Я открыл дверь, и показались остальные шесть участников испытания. Крис, с которым я больше всего сблизился за последние несколько дней, поднялся с дивана. Он был таким же спортсменом, как и я, но не футболист, а бейсболист. Крис тут же направился к нам.

— Кто это? — спросил он.

Я повернулся к Джун.

— Джунбаг3, это Крис. Крис, это Джун.

— Джунбаг? — Крис встретился со мной взглядом и едва заметно приподнял бровь.

— Джун, — поправила она, явно покраснев от этого прозвища. — Просто Джун.

— Ну что ж, Джун, добро пожаловать на испытания. — объявил Крис таким тоном, будто мы были в каком-то безумном реалити-шоу, а Джун рассмеялась тем самым мягким смехом, который мгновенно стал моим любимым звуком.

Остальные в комнате тоже засмеялись. Это было лучшее, что я нашел здесь: смех. Я боялся, что попаду в самое депрессивное место на свете, но все были воодушевлены тем, что выбрали именно их. В каком-то смысле мы вытянули счастливый билет в лотерее под названием жизнь — последний шанс на выживание. Как тут не радоваться?

— Привет, я Эмма. — Ее появление прервало мои размышления, когда она подошла знакомиться с Джун. Эмма была на несколько сантиметров выше Джун, и за те два дня, что я ее знал, показалась более общительной. А еще она была очень милой.

— Привет, — ответила Джун.

— Вижу, ты познакомилась с этой парочкой нарушителей спокойствия. — Эмма указала на меня и Криса, а Джун широко улыбнулась. — Мне нравится цвет. — Эмма кивнула на платок Джун. — Родственная душа. От париков голова очень чешется, — сказала она, указывая на свой красный платок.

— В точку! — сказала Джун, ее глаза засияли.

Остальные ребята тоже подошли представиться — Сайлас, Тоби, Кейт и Черри. Все они приехали в один день и уже успели собраться в свою компанию. Я больше всего сблизился с Крисом и Эммой. Надеюсь, Джун присоединится к нам, и мы станем неразлучной четверкой.

Когда все познакомились с Джун, я широко раскинул руки и сказал:

— Что ж, Джун, добро пожаловать на ранчо «Последний шанс»!

Эмма застонала и с раздражением запрокинула голову.

— Что? — недоверчиво переспросила Джун, но слегка посмеиваясь.

Я подошел к ней вплотную. Ее огромные карие глаза встретились с моими и буквально поймали меня на крючок.

— Так мы назвали это место. Да, ранчо «Гармония» — это мило, но нам больше нравится ранчо «Последний шанс».

— Ему нравится, — сказал Крис, пихнув меня локтем в бок. — Больше никто это место так не называет.

— Бро, полегче с ребрами. У меня кости хрупкие, — пробурчал я, потирая бок. Я шутил только наполовину. В последнее время я чувствовал себя хрупким, как стекло. Я рассчитывал, что это новое чудо-лечение вернет мне силы и здоровье, чтобы я мог вернуться на футбольное поле и делать то, что умею лучше всего.

— У нас у всех кости хрупкие, придурок, — сказал Крис.