Тилли Коул
Напиши меня для себя
Информация
Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!
Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.
Автор: Тилли Коул
Название:«Напиши меня для себя»
Перевод: Ленчик Кулажко
Редактура: Sweet Melancholy
Вычитка: Ленчик Кулажко
Обложка: Ленчик Кулажко
Переведено для группы ВК: https://vk.com/stagedive
Переведено для канала в ТГ: https://t.me/stagediveplanetofbooks
18+
(в книге присутствует нецензурная лексика и сцены сексуального характера)
Любое копирование без ссылки
на переводчика и группу ЗАПРЕЩЕНО!
Пожалуйста, уважайте чужой труд!
Мечтателям и романтикам, которые всегда найдут луч света в темноте.
Пролог
Джун
Техас
10 лет
Я написала «конец» и мое лицо озарилось широкой улыбкой. За окном мерцали звезды, а сердце было настолько переполнено чувствами, что казалось, будто ему тесно в груди.
Закрыв блокнот, в котором теперь хранилась моя первая в жизни история, я провела рукой по названию: «Ее принц». Целых двадцать страниц о принце, принцессе-фейри и их опасном путешествии во имя спасения своей страны. И по пути они влюбились друг в друга.
Ну, конечно, влюбились.
Они полюбили друг друга так же сильно, как мои мама и папа. Именно благодаря им мне захотелось написать о любви. Мама рассказывала, как впервые встретила папу, когда ей было восемнадцать. Только взглянув на него, поняла, что это любовь всей ее жизни и тот парень, за которого она выйдет замуж. Папа тоже говорил, что это была любовь с первого взгляда. Я так хотела, чтобы это случилось и со мной тоже. Мне хотелось встретить парня, который был бы добрым, но смелым, как папа, и сильным, но при этом всегда открыто проявлял свои чувства.
Вздохнув, я зажмурилась и попыталась представить его. Парня, которого встречу и который будет держать мое сердце в своих руках. Попыталась представить его глаза и цвет волос, угадать имя... Ничего не приходило в голову. Только расплывчатый образ того, кем он мог быть. Зато я с легкостью могла представить бабочек, которые будут порхать у меня в животе, когда его увижу.
На губах расцвела улыбка, когда я снова открыла глаза и посмотрела в окно своей спальни на полную луну. В этой части сельского местности Техаса — маленьком провинциальном городке с населением всего две тысячи человек — мысли о будущей любви казались чем-то бесконечно далеким, чем-то масштабным и недосягаемым. Но когда я провела рукой по блокноту с готовой историей, эта мечта уже не казалась такой недостижимой.
— Любовь, — говорила моя мама, — это самая могущественная сила в мире. Она способна исцелять и пускать ростки в самых неожиданных местах. И когда кажется, что все уже потеряно, любовь раскрывает свои лепестки.
— Я хочу такой же любви, как у мамы и папы. — прошептала я, лежа на кровати и рассматривая яркую луну, сияние которой освещало соседнее ранчо. — Пожалуйста, Луна, когда я стану взрослой, пошли мне того, кого я смогу полюбить.
Глава 1
Джун
Техас
17 лет
— Мне очень жаль... но мы больше ничего не можем сделать.
Слова долетали до моих ушей обрывками, словно разрозненные капли дождя. Оцепенение распространилось по конечностям, лишив меня способности двигаться. Печальное лицо доктора Лонга расплылось перед глазами, словно те потеряли фокус, и каждая часть тела онемела.
Мне очень жаль...
Этот голос повторялся в моей голове, словно застрял в воронке. Он кружился и отражался эхом, пытаясь пробиться к моему замершему от шока сердцу. Я словно была замурована в какой-то кокон. Снаружи послышался отдаленный громкий вопль, но я не могла пошевелиться, чтобы увидеть, откуда он доносится. Боковым зрением я уловила какое-то движение, но не смогла отвести взгляд, чтобы рассмотреть, что это было. Послышался грохот, а за ним комнату заполнил гортанный, печальный крик, словно вырванный из самых глубин человеческой души.
... но мы больше ничего не можем сделать.
Сердце бешено заколотилось, слова доктора Лонга все еще пытались пробиться сквозь непроницаемые стены моего оцепенения наряду с криками и воплями снаружи.
Я потрясла головой в попытке осознать происходящее и сориентироваться, но безуспешно. Дыхание стало частым, и я почувствовала, как влажные дорожки бегут по моим щекам. Чья-то рука схватила мою, сжав ее так крепко, словно никогда больше меня не отпустит. Я моргала снова и снова, пытаясь сфокусироваться и выбраться из этого оцепенения. Успокаивающее прикосновение маминых рук, обнимающих меня за шею, вернуло мое сознание в реальность, и кабинет врача снова предстал перед глазами с предельной четкостью. И тогда раздались хриплые и отчаянные рыдания папы, а мамины дрожащие руки дали мне опору. Я судорожно вдохнула, позволяя прохладному воздуху кондиционера наполнить легкие.
Доктор Лонг по-прежнему сидел передо мной, а я смотрела в его печальное лицо. Мне очень жаль... но мы больше ничего не можем сделать.
Я ждала, когда на меня обрушится тяжкий груз реальности, когда крики и вопли вырвутся из горла, когда тревога, с которой я так долго сражалась, стиснет меня в своих железных объятиях. Но ничего не произошло. Мама рыдала, уткнувшись мне в шею, а папа опустился на колени и обнял нас обеих своими сильными руками, но я оставалась совершенно неподвижной. Ни дрожи. Ни слез, ни криков. Просто... оцепенение.
Я должна была умереть.
Мне семнадцать, и я должна была умереть.
После всей борьбы за последние годы: химиотерапии, лекарств, панических атак, всей боли — все подошло к концу. К своему удивлению я обнаружила в этом хоть какую-то каплю облегчения. Больше никакой боли, никаких лекарств, никаких уколов — только осознание того, что пришло время все отпустить.
— Джун, — прошептала мама, отрываясь от моей шеи.
Стоило взглянуть на нее, как мои губы задрожали. Не за себя, а за нее... и папу.
Он поднял голову. Его глаза были наполнены болью, острой и мучительной.
— Все хорошо, — едва слышно сумела выговорить я. — Я... со мной все в порядке.
— Малышка... — сказала мама, обхватив мои щеки ладонями. Она вглядывалась в мое лицо, будто видела меня в последний раз.
Доктор Лонг поднялся с места. Я проследила взглядом за его движениями. Родители смотрели на него так, будто он сейчас скажет, что все напутал. Что неправильно прочитал карту. Что по результатам на самом деле есть шанс. Есть надежда...
Но ее не было.
— Можете оставаться в палате
