Вторая жизнь Анны - Виктория Хорошилова

— И ещё мы вкусностей для твоей ведьмочки купили. Отдай ей сам — может, задобришь.

Дома меня молча накормила Марта, не спрашивая ни о чём — она видела, что я расстроена. Поев, стала спокойнее, быстро сполоснулась и ушла в свою комнату спать. А утром проснулась от одуряюще вкусного запаха свежего хлеба. Рядом с кроватью обнаружился резной сундук и на нём записка: «С днём рождения! Прости за вчерашнее — всё пошло не по плану. Сундук — это тебе, и в нём часть подарков».

Сразу же открыла крышку и обнаружила наряды! Мне купили новые платья. Пара была похожа на те, что носят деревенские девушки, а дальше были более нарядные — это было видно по качеству ткани. Она выглядела дорогой. Одно платье было явно шёлковым, а другое — бархатным. Дальше нашла брюки — тоже разные: и такие, что в город выйти можно, и в селе работать можно. А потом нашла рубахи и блузы, а потом ещё нижнее бельё. Вот от него у меня лицо пылало — никогда мне ещё мужчины бельё не покупали. Вот только обуви не нашла новой. Посмотрела на свои ботинки, а потом на свои ножки. Ботинки у меня на несколько размеров больше, чем нужно, но я как-то привыкла.

Ко мне в комнату заглянул Мэтью. Увидела, как у него расцвела улыбка на лице от того, что я разобрала подарки.

— Понравилось?

— Да! Спасибо!

— Обувь не купили, а то размера твоего не смогли вычислить.

Он заметил, что я сейчас босиком, и присел рядом на корточки.

— Присядь на кровать.

Села. Он взял мою ступню в свою руку — на фоне его ладони она была крошечной.

— Как ты не теряешь ботинки?

— Эм, привыкла. Затягиваю шнурки потуже.

Мою ступню ласково погладили большим пальцем.

— Посиди тут, сейчас пойду, возьму бумагу, зарисую твою ножку.

Мне пришлось встать на чистый лист бумаги — это такое расточительство! Он, улыбаясь, смотрел, как я хмурюсь.

— Я не разорюсь. Это для нужного дела. Оденешь новые брюки. Для работы мы купили тебе парочку новых, как и рубахи. И под них всё необходимое тоже. Там дальше даже платки есть.

— Спасибо.

Он, выпрямившись, быстро поцеловал меня в губы и так же быстро вышел из комнаты. А я осталась стоять, ошарашена происходящим. Дотронулась до губ, что до сих пор ощущают мягкость и тепло его губ. Выйдя из ступора, прикрыла двери и переоделась в новое. Под рубаху мне купили что-то похожее на майку, что скрывала грудь, и её было не видно через ткань и даже в вырез рубахи. Но эта «маечка» даже немного придерживала мою грудь. Теперь обувать старые ботинки было странно. Вещи я сложила бережно в сундук и вышла на кухню.

— Доброе утро, — поздоровалась с Мартой.

В окна парни в городе купили особые стёкла, которые сложно побить. И сейчас было видно, что солнце только восходит. Марта готовила завтрак. А свежий хлеб уже лежал на столе.

— Доброе утро, дочка, завтрак уже почти готов.

На кухне была только женщина. Она хлопотала за столом, шинкуя овощи.

— А парни где?

— Новый фундамент роют. Оговорились, скоро ещё их сородичи придут — нужно будет где-то селить. Хотят построить гостиницу. Рукастые мальчики. Обновки тебе к лицу. Вот, просили тебе передать конфеты. Нас с дедом уже тоже угостили.

— Спасибо, — ответила немного смущённо.

Конфеты были мармеладные, в картонной коробке. Вышла на улицу, думала подойти, узнать, нужна ли моя помощь, но возле леса увидела большого дикого кота. Возникло ощущение, которое было, когда я обрела ворона — такое же притяжение было. Потому подчинилась ему и пошла к коту. Он дождался меня, не убегая, обнюхал мою руку и укусил, завершая привязку на крови.

— Рик, — дала ему прежнее имя. Может, и глупо, но я так чувствую.

А смотря в глаза коту, словно мой ворон тоже переродился и стал котом. Погладила большого котика, и мы вместе пошли к троркам.

— Доброе утро. Моя помощь сегодня нужна?

— Основная — завтра, наверное. Сегодня мы только копаем фундамент, он будет глубже из-за того, что здание будет больше. К тебе будет просьба повалить ещё несколько деревьев — мы хотим собрать кровати. Генри обещал гвоздей выковать для них.

— Хорошо, займусь.

— Детки, пора завтракать, — позвала Марта, выйдя из дома.

Когда Рик пошёл исследовать мужчин, они только сейчас обратили на него внимание.

— Это Рик, мой фамильяр теперь.

Мне просто кивнули. Мы пошли в дом завтракать, а после каждый занялся своими делами. Я пошла в лес выбирать подходящие деревья для кроватей. Ещё когда укладывали полы, парни ездили в город и докупили инструментов для работы по дереву, чтобы отшлифовать доски и не загонять занозы. Также они с запасом купили масло для дерева и лак.

Срубив несколько деревьев, стала их очищать от веток. Работа далеко не лёгкая — дерево срубить, а телу такая нагрузка привычна и приятна. Было неожиданно, когда ко мне пришёл один из деревенских парней. Вот теперь-то я поняла, почему меня дылда зовут — я на полголовы его выше.

— Что нужно? — спросила, закидывая топор на плечо. Он поморщился, но всё же ответил:

— Дрова нужны, мы готовы заплатить.

Назвав цену, усмехнулась.

— За эту цену могу разрешить только вот эти ветки забрать, и дальше сам будешь их пилить или рубить.

Видимо, на это и был расчёт. Мне отдали деньги, и он в стороне сложил все обрубленные мной ветки и по частям стал утаскивать их в сторону деревни. Я ему не помогала — стояла, наблюдала. После его первой ходки пришли трорки.

— Всё в порядке?

— Да, оплатил мелкую древесину.

Парни улыбнулись. Перенесли стволы деревьев к домам. Там я занялась их просушкой и сняла с них впоследствии кору. А по тёмному уже поделила на доски — толщину мне показали. Часть нужно было сделать сантиметра по три, а часть гораздо толще — и это будут ножки у кроватей и перекладины каркаса.

Утром один из парней стал шлифовать и считать, хватит ли дерева. Ведь у четвёрки до сих пор нет нормальной кровати — это мою привезли из отчего дома. Когда поняла, что дерева на четыре кровати не хватает, подхватила топор и снова пошла в лес.

— Я вот думаю, может, нужно было в городе купить? — спросил Лорк у Мэтью.

— Возможно. Для гостиницы так и сделаем. Сколько кроватей сейчас выходит?

— Две и ещё часть дерева на третью. Мари пошла ещё в лес за древесиной. Она очень