Королева и Демон: Кровавые лепестки - Дора Шабанн
Эйя Мирора задумчиво покивала, глядя вслед удаляющейся ворчащей старушке.
Вот оно как: «…не нужно тебе это…». Одни беды от любви. У королей есть лишь долг перед страной и грядущими поколениями, для чувств в их жизни места нет.
Нужно отбросить мечты о невозможном.
И вспомнить о том, что грядет.
И в какой глубокой долговой яме она сидит.
Очень злая на себя и Судьбу Королева извлекла из тайника книгу о ритуалах Ночи Кровавых Сестер: Дил-ал и Али-дар. Ей предстояло все хорошо рассчитать, а неожиданности предусмотреть. Достаточно она уже ошибалась, чтобы еще и здесь напортачить.
И у Айзен-рила привычная за последние почти четыре года жизнь как-то сбилась.
Отчего и почему понять было невозможно. Просто одновременно посыпались мелкие неурядицы и трудности со всех сторон. Спать с ледышкой в обнимку и раньше было тяжело, а последние дни так совсем беда: и уснуть он не может, и мерзнет сильнее, и бред всякий в голову лезет в ночи. Без света Айримирона зимой нелегко демону, особенно в морозной белой пустыне, когда его внутренние силы скованы местной божественной покровительницей. А без сил и без сна — совсем туго. Вот и дремлет несчастный Айзен-рил в трапезной у самого большого камина: сил и ясности ума набирается. Близится время его триумфа. Но надо хорошенько все спланировать и подготовить.
И с этим выскочкой-Избранным Королевы пора что-то решать. Как будто мало сложностей с Хранителем замученному демону.
Нервную и уставшую Королеву поймал на выходе из ее детских покоев такой же изнуренный демон. Глаза обоих при взгляде друг на друга сверкнули восторженно и с предвкушением.
— Завтра наступит ночь, что мы так долго ждали, — начал Айзен-рил. Прихватил Эйю Мирору за локоток и увлек в трапезную, к камину. Трезвый и ясный ум демону был для его задумки очень и очень нужен.
Увы, не все учатся на своих ошибках, а некоторые еще и старательно пропускают слова упрямого и докучливого родителя мимо ушей, придавленных короной. Посему Повелительница Зинзимона вновь упустила из вида, что бдительности терять рядом с порождением Преисподней нельзя, и покорно устроилась в кресле у огня.
Или же это была попытка хоть немного побыть рядом с невозможной и недоступной мечтой.
Демон же, усевшись у ее ног и согревая в руках маленькие озябшие ладошки, замурлыкал:
— Завтра мы с тобой завершим наши отношения, навязанные долгом и традициями. Странно, что мы столько времени были вместе, но так и не обсудили, как же будет проходить наш ритуал. У тебя много забот, поэтому я взял на себя бремя подготовки, и сейчас поведаю тебе, моя Королева, маленький секрет.
Эйя Мирора, имевшая некоторые познания о сложностях традиционных ритуалов с участием обитателей Геенны Огненной, заинтересованно взглянула на Айзен-рила:
— У меня есть книга, с подробным многостраничным описанием ритуала закрытия долга демону. Я хотела спросить: а можно ли его как-то сократить, без ущерба для достижения цели?
— О, малышка, — зашелестел коварный искуситель практически на ушко, — это и есть наш скромный секрет. В знак доверия и благодарности за гостеприимство в течение столь длительного времени, я его тебе подарю. Знай же, что с нашим ритуалом всё просто: если в Ночь Кровавых Сестер пролить твою кровь на ваш семейный алтарь с помощью моего родового кинжала узы долга будут разорваны.
Королева Зинзимона поморщилась: все эти годы она стремилась избегать старательно навязываемого демоном панибратства, но он невозмутимо продолжал ее смущать. Словами, видом, прикосновениями.
Держаться отстраненно ей было неимоверно тяжело. Очень хотелось поддаться. Узнать, как полыхает его внутреннее пламя, самой ощутить жар, увидеть звезды и рассыпаться искрами. Но долг, честь и Судьба крепко держали ее на заданном при рождении Пути. И мечта об артефакте тоже немного этой стойкости способствовала.
Сложив на коленях согревшиеся руки, Эйя Мирора склонилась к лицу Айзен-рила:
— По нашим традициям жертвенную кровь алтарь проливает сам. Я готова вернуть тебе свободу воли, отпустить тебя из оков традиций, взамен лишь прошу — давай расстанемся «на хорошем».
— У нас было много хорошего, ты права, моя Королева. Не волнуйся, я свяжу ваши традиции с нашими в завтрашнем ритуале.
— Я должна прийти на «Язык крови» в момент, когда Айримирон скроет свой лик. Придется немного померзнуть до восхода Дил-ал.
Айзен-рил впервые искренне и широко улыбнулся:
— Нет необходимости следовать всем указаниям древних манускриптов. У тебя есть живой, настоящий сын Преисподней. Я позабочусь обо всем. Ты всего лишь заснёшь, а когда проснёшься, необходимые приготовления будут завершены. Мы обменяемся кровью и простим друг другу наши долги.
Глава тринадцатая
Ночь Кровавых Сестер — долги, сюрпризы, обретения
"Земля хранит бережливо латы и каски.
Чёрная ночь, белый снег… уже красный"
Обитатели замка, не имеющие возможности сделать хоть что-то, но переживающие искренне, столпились на смотровой площадке. Кто молился богам, кто взывал к Зиме, кто замер недвижимой статуей.
Гвардейцы выискивали взглядами своего командира, коего с обеда никто не видел.
На «Языке крови», месте признания «истинного Короля», разворачивалась то ли трагедия, то ли фарс, то ли Старые Боги знают что.
Демон шел к утесу с бесценной спящей ношей на руках, окруженный ревущим коконом пламени. Силы ему для этого зажигательного действа щедро давала всходящая на небосклоне Дил-ал, «Коварная». Айзен-рил жестом остановил заступившего ему дорогу Хранителя:
— Она дала слово. Ритуал будет сейчас. У тебя нет власти в ночь закрытия долгов.
Скрипя зубами и обмирая от ужаса, остался Констант-Хранитель стоять у единственной дороги в священное место силы Королевской семьи Зинзимона.
В памяти неупокоенного короля звенел негодующий голос дочери:
— Как ты мог? Папа, ты так желал продемонстрировать Судьбе свое неодобрение, что я оказалась неведомой зверушкой! Всю жизнь я мечусь между ярким и живым миром эмоций, с которыми не могу справиться, и миром холодного разума, где просто страшно быть.
— Я хотел избежать судьбы моего отца. Я хотел сам решать за себя. Быть хозяином своему слову и своим чувствам.
— Долг, папа. Ты постоянно твердил мне про
