Желанная рабыня - Ани Файер

она говорит, но тоже смеюсь. Ее смех заразителен. Она сама просто невероятная девушка! — Не знаю, было ли что-то во мне на самом деле, но он уверил, что снял с меня все! Можешь быть спокоен, я больше не кусаюсь! — улыбается она, снова ложась мне на грудь.

Значит, было, раз колдун сказал. Но снять проклятье не так-то просто! Мне вот не удалось до сих пор! Это проклятие идет по родовой ветви матери. Мне нельзя иметь детей. Их, впрочем, и не может у меня быть, я вроде как бесплодный. Как и все из потомков нашего Великого рода.

— Снять проклятье может только сильный жрец. Твой Эльман не так прост, в нем есть сила Древних, присущая Великим. Знаешь, моя бабка была злобной колдуньей. Колдуньей, что прокляла свою лучшую ученицу, и той пришлось бежать, чтобы избежать участи, что убивала многих, в том числе и их потомство. Проклятье всегда так действует. Говорят, ей помогли покинуть наш мир сами Древние, отвернув проклятие в обратную сторону.

— И где она сейчас? — спрашивает девчонка у меня, и меня будто током бьет после своей же догадки.

— Я не знаю, — приподнимаюсь, глядя в изумленные глаза девушки. — Прости, красавица, нам пора. Мне нужно проверить защиту, и, пожалуй, изучить фолианты своего колдуна на счет тебя. Может что-то и найду.

Беру ее прямо на руки и перешагиваю бортик купели, направляясь как есть прямо в комнату. Кладу ее на кровать и укутываю одеялом. Щелчком пальцев разжигаю камин и иду переодеваться за ширму.

— У тебя есть библиотека? — спрашивает любопытная человечка.

— Есть, — спокойно отвечаю, выглядывая из-за решетчатой панели, стягивая мокрые штаны. — И довольно большая.

— Я и не сомневалась, — бубнит она себе под нос, но я-то все слышу. — А можно мне тоже посмотреть?

— Конечно, можно! — улыбаюсь ей, натягивая сухое тряпье на себя. — Как только поешь, я обязательно тебя проведу туда.

* * *

Анна

О, Боже, я почему-то даже и не думала о том, что мне нужно поесть!

— У тебя есть здесь свой гарем? — вдруг спрашиваю я, надевая на себя сухую рубашку Энодиана, что висела на стуле ванной комнаты, и которую он мне принес. Как ни странно, ее зеленый цвет успокаивает, напоминая листву деревьев и сочную луговую траву. Из-за этого вспоминаю своего орка и эльфа. Я скучаю. А Энодиан лишь довольно улыбается, но молчит. Мое лицо тут же меняется, и я иду в ванну прибрать за нами. Возможно, уборка хоть немного приведет меня в чувства и даст время подумать. Потому что, когда рядом дракон, у меня плохо получается соображать.

— Что ты делаешь? — спрашивает у меня мужчина, обнимая меня со спины, когда я беру в руки светлые тряпки, видимо, служащие здесь в качестве полотенец. Потому что точно такую же мне выдавал Рокх, когда я шла на озеро.

И я понимаю, что не смогу без них! Я одинаково привязана к ним! Ко всем троим! И мне плевать уже, что это — судьба, истинность или предназначение, но от того, что их нет рядом со мной, от того, что я не чувствую их тепла, мне кажется, у меня забрали частичку меня самой, что-то очень важное, без чего мне нет жизни!

Почему нельзя сделать так, чтобы всем нам было хорошо? Чтобы мы были вместе? Боже, о чем я только думаю⁈ И как мне это устроить? Они все ненавидят друг друга! Как только мне более-менее удалось сгладить острые углы недопонимания и ненависти между братьями, как нарисовался этот дракон, который выбил всю мою решимость и мои мысли из колеи! Они его точно прибьют за то, что он выкрал меня из лагеря!

— Дин, ты должен отпустить меня, — оборачиваюсь в его руках, глядя ему в лицо.

— Я не могу и не хочу этого делать! — шепчет он мне, целуя в макушку, потому что я уткнулась ему в грудь, вдыхая его запах.

Мне нравится, как он пахнет, нравится быть с ним, но мне нужно вернуться. Попытаться поговорить с ребятами, узнать, как там девочки.

— Но ты и не ответил на мой вопрос, — напоминаю ему. — Поэтому, пока меня не будет, тебе будет чем заняться! — отпихиваю его и выхожу из комнаты, повесив тряпку на стул недалеко от камина, который все еще теплый.

Не хочу думать о том, что у него есть какая-нибудь фаворитка, которая влюблена в этого красно-рыжего козлину, а то и не одна! Но эти мысли сами собой лезут в голову, а мне тошно от них.

— Не ответил, потому что почувствовал твою ревность, — улыбается он мне, останавливая меня за руку. — И она мне очень приятна! Это так греет мое самолюбие, что я был не в силах устоять! — наклоняется он ко мне и целует в губы. А я смыкаю свои, не давая проникнуть его языку в мой рот, потому что это был не ответ! — Ну же, красавица, — его голос полон мольбы, а глаза лучатся весельем, — подари мне свой сладкий поцелуй!

— Пошел ты! — все еще злюсь на него.

— Постой! — снова тянет он меня на себя, валясь на кровать. Вырываюсь, что есть сил. — Гарема здесь нет! Это наш дом! Только твой и мой! Но прислуга есть, поэтому мне не нужно, чтобы ты здесь убиралась и готовила еду. Все сделают, не переживай, и обед уже давно готов, — улыбается дракон.

— Но был? — уточняю у него.

— Был, как и у всех! — кивает он. — Да и есть еще в замке.

— Да пошел ты! — повторяюсь, снова пытаясь вырваться из его цепких лап.

— Отпусти ее, кусок драканьего дерьма! — слышу я голос Рокха и мое сердце готово выскочить от радости встречи и ужаса того, что я вижу.

Мой орк весь в крови, стоит на пороге нашей комнаты с поднятым вверх мечом, готовый напасть на Энодиана.

Глава 21

Анна

— Рокх! — всхлипываю я, потянувшись к орку, потому что не понимаю, его ли это кровь.

Тяжело сглатываю слюну, когда дракон резко поднимается с кровати, заведя меня за свою могучую спину и вытянув руки вперед в защитном жесте.

Генерал медленно приближается, его тяжелые гулкие шаги раздаются