Агроном, друид в академии - Виктория Крафт

семена. Их было много: в мешочках, в горшочках, в плетёных корзиночках. Я брала каждое семечко в руки, рассматривала, нюхала, прислушивалась к дару. — Вот это, — сказала я, беря тёмно-коричневую косточку. — Это авокадо. Точно. — Откуда ты знаешь? — спросила Кора. — Чувствую.Я взяла ещё несколько косточек и семена киви — их я узнала сразу, по мелким чёрным точкам и знакомому теплу в пальцах. Купец, пожилой южанин с серьгой в ухе, посмотрел на меня с интересом. — Ты друидка? — спросил он. — Да. — Тогда бери ещё манго, — он протянул мне горшочек с мелкими косточками. — Это сладкий фрукт, растёт на дереве. У нас его любят. — Манго, — повторила я, пробуя слово на вкус. — Спасибо. Я купила косточки авокадо, семена киви и горшочек с манго. Заплатила два медяка — купец, кажется, сделал скидку, потому что ему было интересно, вырастет ли что-то в северном климате. Я пообещала принести ему первый плод. Вечером того же дня, сидя в гостиной с чашкой кофе, я села писать письмо домой. Галка, которая прилетела ещё на прошлой неделе и осталась зимовать в академическом саду, сидела на подоконнике и ждала. Я разложила на столе лист бумаги, окунула перо в чернильницу и начала: «Дорогие мои, у меня всё хорошо. Учёба идёт, дар растёт. Ректор дал мне отдельную теплицу под южные фрукты. Если у вас есть отростки апельсинов, бананов или киви — пришлите, пожалуйста. Здесь они будут в цене. Я начала бизнес: выращиваю фрукты на продажу. Если получится — заработаю отцу на лечение. В Академии уже были соревнования по боевой магии, наша команда выиграла. А на бытовой я вырастила стул. Кривой, но сидеть можно. Скучаю по вам всем. Как там петух? Орёт ли в шесть? Пишите. Верба». Я запечатала письмо воском и протянула галке. Та взяла его в клюв, кивнула и вылетела в окно. — Она вернётся? — спросила Лианна.— Вернётся, — ответила я. — Галки — надёжные почтальоны. Особенно если их кормить. — Ты попросила отростки, — заметила Эйлир, отрываясь от книги. — Думаешь, они пришлют? — Обязательно, — сказала я. — У нас вся деревня этими фруктами засажена. Им не жалко. На следующий день мы собрались в теплице. Ректор сдержал слово и выделил мне небольшое помещение в дальнем крыле, у южной стены, где солнце бывало весь день. Внутри было тепло и влажно, пахло землёй и свежей листвой. Вдоль стен стояли кадки и горшки, на полках — мешочки с семенами и удобрениями. — Итак, — сказала я, закатывая рукава, — начинаем. Друзья помогали мне до самого вечера. Элдрик таскал мешки с землёй, которую я попросила смешать с перегноем и золой. Лианна рассаживала косточки авокадо по горшкам, тихо напевая им что-то — кажется, это помогало растениям быстрее пускать корни. Кора, которая в садоводстве ничего не понимала, стояла у двери и командовала, куда что ставить. — Этот горшок — налево. Нет, налево! Ты что, лево от право не отличаешь? — Это право, — спокойно ответил Элдрик, переставляя горшок. — Ну, значит, направо. Какая разница? — Большая, — пробормотала его серебристая фея. Искра то и дело вспыхивала от любопытства и чуть не подпалила занавеску. — Кора! — в третий раз одёрнула я. — Я случайно! — она задула искры и спрятала фею за плечо. — Но ты видела? Они прямо на глазах растут! Я обернулась. Косточка авокадо, которую я только что посадила в горшок, уже дала крошечный росток. Я опустилась на колени и положила ладони на землю. Дар тёк из меня, как вода из родника, — спокойно, ровно, без усилий. Росток тянулся вверх, разворачивал листья, креп. Я чувствовала его жизнь, его силу, его желание расти. — Через месяц у тебя будут первые плоды, — тихо сказала Лианна. — Я чувствую. — Через месяц — это слишком долго, — отозвалась я. — Но я могу ускорить. Я закрыла глаза и влила в землю ещё немного силы. Росток вытянулся на глазах, окреп, покрылся крошечными листочками. Кора ахнула. Элдрик замер на пороге с мешком земли в руках.— Ничего себе, — выдохнул он. — Это только начало, — сказала я, поднимаясь и отряхивая ладони. — К зиме у нас будут киви, авокадо и манго. А когда Рута пришлёт отростки из Ольховки — ещё и апельсины с бананами. И тогда мы начнём продавать. — И зарабатывать, — добавила Бриония, которая сидела на полке с горшками и наблюдала за процессом. — Много зарабатывать. — Сто пятьдесят золотых, — тихо произнесла я, оглядывая свою теплицу. — Мы справимся. Кора подошла и встала рядом. — Конечно, справимся, — сказала она. — У тебя тут целая армия. Я — огневая поддержка. Лианна — главная по растениям. Элдрик — связи с аристократами. А ты — мозг. — А я? — возмутилась Бриония. — А ты — генерал, — успокоила её Кора. — Главнокомандующий феями. — То-то же, — удовлетворённо произнесла Бриония. Я засмеялась и обвела взглядом свою маленькую команду. Они стояли среди горшков и кадок, перемазанные землёй, уставшие, но довольные. Мои друзья. Моя армия. И с ними я была готова к любым испытаниям.

Глава 14.

Следующие две недели я почти жила в теплице. Приходила туда на рассвете, до пробежки, и засиживалась до позднего вечера, пока Лианна или Эйлир не приходили за мной и не уводили спать. Я конспектировала всё подряд: как быстро всходят семена, как реагируют на разную почву, сколько силы нужно влить в росток, чтобы он окреп, но не перегорел. У меня уже скопилась целая стопка берестяных листов, исписанных мелким почерком, и я подумывала завести настоящий журнал наблюдений. — Ты как учёный, — сказала однажды Лианна, заглянув в теплицу. Она стояла в дверях, прислонившись плечом к косяку, и смотрела, как я измеряю расстояние между листьями на ростке киви. — Только без очков. — Очки мне пока не нужны, — ответила я, записывая результат. — А вот данные — очень даже. Если я хочу вывести морозостойкие сорта, мне нужно знать, как они себя ведут. — Ты уже вывела их в Ольховке. — Там было три года. Здесь у меня нет трёх лет. Нужно ускориться. Лианна покачала головой, но ничего не сказала. Она вообще понимала меня лучше всех — сама друидка,