Между правдой и ложью - Ольга Рог
Повернулась нарочито спокойно. Взгляд скользнул по Агате, чье лицо исказила гримаса досады, и остановился на нем. С лица Артема сползло все веселье. Он дернулся в сторону, словно был пойман за чем-то постыдным. Еще больше покраснел, поняв, что выглядит забавно. Все точки расставлены. Он больше не должен ни от кого скрываться. Ответил Соне кивком, для формальности и тут же переключился на спутницу. Бывшие предатели, вместо того, чтобы покинуть уже занятую территорию, устроились за дальним столиком. Нарочито громко щебетала Агата. Обрывки фраз доносились и до них…
— Возьмем велосипеды в прокат… Сгоняем с ребятами до…
— Я не буду делать вид, что их не замечаю. Пусть будут, уроды, — Соня вернулась всем вниманием к собеседнику. Пожала плечами.
— К ним присела Зойка — трепло, — стал комментировать Глеб, сквозь зубы то, что видит. — Сейчас что-то будет… — его лицо исказилось нераспознанной эмоцией. Злорадство? Досада?
— Да, ты что-о-о? — протянула удивленная Агата, повысив громкость. — Тем, ты слышишь? Глеб и Соня решили пожениться.
— Ой, наверняка по залету, — доносила Зойка свое видение внезапной свадьбы.
С Софьи было хватит! Хватит их слушать. Хватит терпеть… Душно, черт возьми. Тесно в одном помещении. Сказав Глебу, что сходит в дамскую комнату, она выскользнула из-за стола. Шла, как по гололеду, боясь оступиться. Провожающие взгляды жгли спину. В этот раз оглядываться не стала. Щелкнув задвижкой замка, вздохнула, словно до этого совсем не дышала. Открыла кран с холодной водой и побрызгала себе на пылающее лицо.
— Сонь? — нерешительный стук в дверь. — Соня, ты меня слышишь?
Она вздрогнула, посмотрев в отражение на испуганные каре-зеленые глаза. Капли воды, сползающие с подбородка, разбивались об бортик раковины. Дрожащей рукой Соня выдернула бумажную салфетку из держателя. Промокнула кожу.
— Чего тебе? — девушка не узнала свой хриплый голос, будто горло схватила ангина.
— Сонь, это мой ребенок? — с той стороны наступила пауза длиной в недосказанность.
— Артем, если бы я была от тебя беременна, то пошла на аборт. Мне не нужен ребенок от скотины, предавшей меня и забывший свои собственные обещания. Уходи и сделай так, чтобы я тебя больше не видела.
— Прости, Соня…
Шаги удалялись. Слезы подступили к глазам, но она сдержала их. Вдохнула глубоко с надрывом.
Артем — ошибка, урок, который она усвоила. Этот человек не стоит ее убитых нервов. Когда-то же должно пройти? Тут, в середине солнечного сплетения перестанет болеть?
Глава 4
Соня боялась. Она трусила до тошноты и дрожжи в коленях. Ее свадьба такая скромная, с десятком гостей, состоящих из родственников с одной, и с другой стороны. Девушка в белом платье уже десять минут стоит перед зеркалом в комнате невест, медитируя и отметая сомнения. Поздно спохватилась, очень скоро она станет женой Глеба Паровозова — лучшего друга, того, к кому испытывает благодарность. Но, не любовь. «Надежный» парень, как называли Глеба ее родители и подходит ей больше, чем ветреный тот… Чье имя — табу в их доме и все плюшевые игрушки, что он подарил розданы по соседским детям. Отец просто вынес мешок и поставил у песочницы на детской площадке.
Софья тогда, отодвинув штору, смотрела, как исчезает память. Вот этого зайку Тема дарил на Восьмое марта. Двух ежиков на прошлый Новый год. За последнего белого мишку с пурпурным сердечком чуть не подрались две девочки… В итоге, одной досталось вырванное сердце, другой — пушистый увалень без него. Вроде бы, все с подарками. Только обиженная девочка хотела не сердце, ей нужен был приз посерьезней. Она выбросила его в кусты и убежала жаловаться маме. Соня проследила взглядом туда, куда исчезло никому не нужное шелковое изображение любви. Вздохнула тяжело, приложив руку к груди.
Вечером, сбегала и отыскала. Забрала с собой. Пусть хоть что-то останется как напоминание.
Ее вернули из воспоминаний веселые голоса девушек, что ожидали следующей церемонии. А Соня стоит тут, обняв себя руками, пытаясь согреться в этой звенящей пустоте внутри себя.
— Сонечка, солнышко! Ну, ты чего тут? Пошли, все тебя ждут. Видела бы ты какой красивый букет приготовил Глеб, — мама вклинилась между пестрой стайки девчат в красивых нарядах. Поправила перед отражением свою прическу. Окинула ее критическим взглядом и осталась довольна. — Милая моя, ты такая красавица. Правильно делаешь, что выходишь замуж по расчету за хорошего человека, Сонь. Я вот, за твоего отца тоже вышла с умом. Смотри сколько лет прожили душа в душу… Всякое, конечно, было. Мир состоит не из сладкой ваты. Только я ни о чем не жалею. И ты не паникуй. С родителями Глеба мы собрали сумму для первого взноса на ваше жилье. Живите, дети да радуйтесь.
— Мам, — схватила ее за руку бледная невеста. Ладони ее были почти ледяные, а глаза сверкали каким-то отчаянием. — Как же я с ним буду… Без любви?
— Как, как? Молча! Под одеялом, — запыхтела мать, раскрасневшись и оглянувшись по сторонам, проверяя, чтобы никто не подслушивал. — С Темкой не в бирюльки играли, знаешь, что к чему. Не задавай глупых вопросов, девочка. И самое главное… Запомни! Никогда мужу не отказывай в ласке. Забудь это все: голова болит, устала, луна не в той фазе. Жена должна быть отзывчивой во всем. И он никогда не посмотрит на сторону! Поняла? — тряхнула ее, будто хотела вбить свои наставления, — выйти за Глеба — было твое решение. Никто силой не тянул. Так отвечай за свои слова, не будь рохлей. Парень он замечательный. Тоже раненый. Если подойти с нежностью, да заботой, глядишь оттает. Ну-ка, пошлепай по щекам! Совсем обесцветилась. Давай, давай. Обессилела, что ли? Господи, дочь. На выпей глоточек! — мама схватила бутылку шампанского с подноса, оставленную кем-то из гостей.
Мастерски свернула фольгу и откупорила пробку. Здесь и один бокал нашелся, который Дина Васильевна ополоснула под краном. Пузырьки зашипели, заплясали. На вкус шампанское было слишком сладким и теплым. Софья заставила себя выпить весь бокал.
— Вот, и умница, — похвалила мама, наполняя следующую порцию игристого уже для себя. — За тебя, солнце! Счастье в твоих собственных руках. Ты выходишь замуж не по глупости, а с твердыми убеждениями. Любовь, моя дорогая, имеет свойство заканчиваться. Но, это не про вас с Глебом.
Соня не помнила, как произнесла «Да!». Твердые губы на своих
