Кейт Эмерсон - Отказать королю
Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 94
— Разве я могу доверять каждой из них? — шансы миссис Пинкни на то, что леди Анна назначит ее поставщиком своего двора, составляли один к четырем, а я ничего не знала про трех других мастериц.
Рейф только пожал плечами:
— Всем им время от времени нужна лишняя пара рук. Если я предложу доставить товар ко двору, любая из них с радостью наймет меня. В крайнем случае, я могу явиться сюда под предлогом того, что моя мать хочет передать подарок твоей нынешней хозяйке. Это вполне в порядке вещей. Леди Анна решит, что одна из мастериц хочет подольститься к ней, чтобы также войти в число поставщиков двора. Мой приход во дворец ни у кого не вызовет подозрений.
— Твоя мать по-прежнему поставляет шелковую тесьму принцессе? — Мне было трудно сосредоточиться на том, что говорит Рейф, потому что мы сидели, тесно прижавшись друг к другу и соприкасаясь бедрами так, что по моей ноге пошел жар. В горле у меня пересохло, и голос мой вдруг зазвучал хрипло.
— Да, все по-старому. — Он неотрывно смотрел на мои губы, по которым я только что провела кончиком языка, а потом моргнул и, смутившись, опустил глаза на шапку, которую мял в руках. — Я самолично доставляю заказы ее высочеству, невзирая на большое расстояние до ее нынешней резиденции. В последний раз твоя подруга Мария представила меня принцессе. Я пообещал передавать тебе весточки от них и им сообщения от тебя, если понадобится.
Мое облегчение было столь велико, что я чуть не разрыдалась. Отбросив осторожность, я пустилась в подробный рассказ о том, что смогла выведать, находясь при дворе королевской фаворитки. Откровения мои не заняли много времени, ибо я узнала совсем мало нового сверх того, что нам — то есть принцессе и ее окружению — уже было известно.
— Леди Анна тебе доверяет? — спросил Рейф.
— Я… я не знаю. Она обращается со мной не лучше и не хуже, чем с другими своими фрейлинами и служанками. И она вообще никому не верит, за исключением, может быть, родной сестры. Да и то о вещах серьезных, наверное, предпочтет поговорить со своим братом, а не с леди Мэри.
Те разы, когда леди Анна хвасталась всем той или иной своей маленькой победой над королевой, были не в счет.
— Тебе нужно постараться по-настоящему втереться ей в доверие. И стать незаменимой — сделай так, чтобы, когда она отправится с его величеством во Францию на встречу с королем Франциском, ты была в ее свите. Иначе как узнать, что она замышляет?
— А что такого она может замышлять? — с некоторым удивлением спросила я.
— Ходят слухи, что Анна и Генрих поженятся в Кале, а почетным гостем на их свадьбе будет король Франции.
— Но как же Папа Римский? Ведь он так и не дал своего разрешения.
— Папа действует по указке общего врага Франции и Англии, племянника королевы Екатерины императора Карла. Кое-кто из наших законников — тех, кто пытаются освободить короля от уз его нынешнего брака, — считают, что его святейшество не в состоянии беспристрастно вынести решение по этому делу.
Я тотчас осознала всю серьезность того, что говорил мне Рейф. Значит, я должна любой ценой снискать благорасположение леди Анны и убедить ее в своей совершеннейшей преданности. Тогда она, скорее всего, возьмет меня с собой во Францию. Тут мне пришла в голову еще одна мысль:
— Если бы я могла сделать ей какой-нибудь роскошный новогодний подарок, это помогло бы нашему делу. Анна — женщина алчная, если уж называть вещи своими именами.
Рейф задумался, а потом вновь озорно улыбнулся. Эта его улыбка меня просто покорила:
— Кажется, я знаю, что ей понравится.
Тут он заторопился, но успел рассказать, что знал, про других мастериц по шелку, чтобы я по крайности могла связаться с ним через них. Миссис Уилкинсон была вдовою и имела собственный дом на Соупер-Лейн, миссис Бринклоу была женою богатого торговца шелком и бархатом, а миссис Вон и ее муж, также торговавший шелком, обитали в Чипсайде у церкви Сент-Мэри-Ле-Боу.
— Я и сам живу в Чипсайде, — добавил Рейф, вставая, чтобы дать мне возможность покинуть наше убежище, — у таверны «Золотое сердце» рядом с Большим водоводом[102].
Я протиснулась мимо него в узком пространстве приоконной ниши: стоило мне повернуться лишь на дюйм, я оказалась бы в его объятиях.
Я вернулась в галерею как раз вовремя, чтобы услышать решение леди Анны, Она выбрала миссис Джоан Уилкинсон. Объявив об этом, королевская фаворитка покинула галерею, ее дамы и фрейлины потянулись за ней, а я вновь замыкала процессию. Напоследок я обернулась, стараясь запомнить до мельчайших деталей, как выглядит миссис Уилкинсон. Она была маленькой хрупкой женщиной с совершенно заурядными и незапоминающимися чертами лица.
Спустя две недели, когда мастерица с Соупер-Лейн появилась без предупреждения в дверях длинной узкой спальни, выделенной для постельничей и горничных леди Анны в Йоркском дворце, я не сразу узнала ее. К счастью, я была одна в комнате и могла разглядывать пришедшую столько, сколько мне заблагорассудится.
— Вы — Тэмсин Лодж? — голос миссис Уилкинсон был таким высоким, что напоминал чириканье птиц. Когда я кивнула, она сунула мне в руку маленький сверток, обернутый куском шелка и перевязанный витой шелковой лептой. — Молодой Рейф Пинкни попросил вручить это вам. Для передачи леди Анне, как он сказал.
Она смотрела на меня, склонив голову, словно любопытная сорока, и я решила тотчас развернуть сверток, дабы удовлетворить ее любопытство. В руках у меня оказалась колода карт.
— Только никому не говорите, — попросила я, — хочу сделать новогодний подарок моей госпоже.
— Положитесь на мое молчание. Я очень надеюсь, что леди Анна и в будущем не оставит меня своими милостями, коли вы замолвите за меня словечко.
Похоже, миссис Уилкинсон по своим личным соображениям влилась в ряды ярых сторонниц королевской фаворитки. Что ж, это надо будет учесть в дальнейшем. Но почему Рейф остановил свой выбор именно на таком подарке? Чем колода карг могла бы понравиться леди Анне? Азартные игры были весьма распространены при дворе, но Анна, кажется, предпочитала кости.
— Какие красивые! — вежливо сказала я. Каждая карта была расписана вручную яркими красками, а на рубашке была изображена роза — символ Тюдоров. — Передайте Рейфу Пинкни мою благодарность.
Мастерица хихикнула:
— Тут не только в красоте дело. Посмотрите внимательно на эту даму.
Я принялась разглядывать ту карту, на которую она мне указала. Женщина в одеждах королевы была изображена как живая: длинная шея, удлиненный овал лица, темные глаза и волосы, высокие скулы, большой рот, волевой подбородок — передо мной был портрет леди Анны собственной персоной, за исключением крохотной родинки сбоку на подбородке. Художник пропустил эту деталь в очевидном желании польстить своей модели, но, я думаю, поступил он так напрасно. Я слышала, как король называл это пятнышко самой верной приметой красавицы. Его величество был очарован столь крохотным изъяном не меньше, чем всеми многочисленными достоинствами своей возлюбленной.
Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 94
