Падение в небо - Янина Хмель
— А что стало с ним после твоей смерти?
— Я… не знаю…
Я прочитала в его взгляде осуждение, но Мир сразу же разубедил меня:
— Ни в коем случае не подумай, что я осуждаю тебя. Или твою душу. Но мне всё равно непонятно, как ты решалась оставить того, кого действительно любила? Тебе было всё равно, что он будет чувствовать после потери?
Мне казалось, что я получила ответы на все свои вопросы. Но сейчас я смотрела в васильковые глаза и не знала, что ответить. Я молчала.
— Тебе пора вернуться, — Мир кивнул официанту.
Я почувствовала холод и обиду. Он сразу же убрал свою ладонь с моей.
Я не могла позволить себе потерять его в этой жизни.
Разлука
«Если души не умирают, значит, прощаться — отрицать разлуку»[18].
Мир не приходил ко мне вот уже четыре дня. Я открыла ему свою душу, рассказала правду. А он отвёз меня в больницу и оставил там одну.
Я была опустошена и готова распрощаться с этой жизнью. Но от каждой попытки меня останавливал вопрос Мира, который эхом отзывался в сознании: тебе было всё равно, что он будет чувствовать после потери?
Открывать душу, даже тому, кого любишь, равносильно тому, что выходить на публику с голой грудью. Стыдно.
Я услышала шаги за дверью, но разочарованно вздохнула. Потому что вместе с шагами слышала мысли.
— Добрый день, — дверь открылась, в палату зашёл мой психотерапевт, — как ваше настроение?
Я не ответила.
— Вас ждут в холле.
— Сейчас? — Моё сердце застучало быстрее.
— Да, — кивнул он.
Я выскочила за дверь и помчалась по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. Не стала дожидаться лифта. До последнего верила, что там он…
Но в холле меня тоже ждало разочарование.
— Доченька! — Мама раскинула руки для объятий. — Ты уже собрала вещи? — Она отстранилась от меня, но оставила ладони на плечах.
— Куда? — не поняла я, сосредоточившись на мыслях в её голове. Но там было тихо.
Я оглянулась. В холле больше никого не было. На мгновение я подумала, что потеряла свой дар. Но потом в маминой голове пронеслось: «Он что, не сказал ей?»
Я посмотрела ей в глаза:
— Мам?
— Тебя выписали. Доктор… — она запнулась.
— Психиатр, ты хотела сказать.
— Позвонил, сказал, чтобы я приехала за тобой, — проигнорировала моё уточнение она.
— Это шутка⁈ — недовольно фыркнула я.
— Ты не хочешь домой?
— Мне нужно… — Я попятилась к лестнице. — Я сейчас!
Я помчалась вверх ещё быстрее, чем спускалась в холл. Дыхание сбилось, когда я затормозила около открытой двери палаты.
— Что это значит? — выдохнула я.
— Никакого другого значения. Вас выписали, — спокойно ответил психотерапевт, поворачиваясь ко мне лицом.
— Где Мир?
— Мир за этими стенами.
Я почувствовала, как меня начинает накрывать истерикой. Ещё мгновение — и я поверю, что придумала его.
— Где практикант?
— Я принёс ваши документы, — психотерапевт протянул мне папку, не отвечая на мой вопрос.
— Мне нужно поговорить с ним, — глотая ком, произнесла я.
— Ты свободна.
— Хорошо, — не смогла сдержать всхлип, но быстро взяла себя в руки. — Справедливо.
Когда я спускалась в холл, где меня ждала мама, мысленно прощалась с больницей. И с Миром.
Мамин водитель загрузил мою сумку в багажник, я забилась в угол на заднем сидении. Машина тронулась с места.
— Я испеку твой любимый пирог с вишней. Ты же любила его, помнишь?
— Отвези меня домой, — перебила маму я.
Она повернулась ко мне с переднего сидения.
— Мы едем домой, — растерянно ответила она.
— Ко мне домой, — пояснила я.
Мама отвернулась.
— Так куда ехать? — уточнил водитель, сбавляя скорость.
Мама молчала.
Я назвала адрес дома, где жила с мужем и сыном. Мамин водитель затормозил и свернул на обочину.
— Да, едем туда, — вздохнула она.
Водитель снова вырулил на дорогу.
— Ты хочешь, чтобы я оставила тебя там одну? — не оборачиваясь, спросила мама.
Я молчала.
— Ангелина? — Мама повернулась ко мне лицом, в её мыслях отчётливо прозвучало: «Я не могу оставить её одну. Её психическое состояние ещё…»
— Да, я хочу остаться одна, — перебила её мысли я. — Моё психическое состояние в норме.
— В норме, — недовольно фыркнула мама.
— Я вспомнила день аварии. Вспомнила, что потеряла мужа и сына. Вспомнила всю нашу жизнь до. И… — в порыве я хотела сказать о трёх прошлых жизнях, но вместо этого добавила: — .. ни разу не подумала о суициде. Это можно считать нормой?
Мой вопрос остался без ответа.
И лишь в голове водителя пронеслось: «Сколько же силы в ней!»
Я сдержалась, чтобы не ответить ему вслух. Нисколько. Вся моя сила вытекла, как вода из разбитой вазы. А последние капли высохли на солнце, которое должно было согреть, а вместо этого — сожгло.
Когда машина затормозила возле дома, я вышла. Мама опустила стекло:
— Там холодно. И никто не убирался уже…
— Я справлюсь, — не оборачиваясь, ответила ей. Мой взгляд был прикован к дому. В последний раз я была тут в день аварии.
— Я бы хотела провести с тобой время. Доктор…
— Психотерапевт, — исправила я, стоя к ней спиной.
— Доктор сказал, что тебя нельзя оставлять одну, — она опять проигнорировала моё уточнение.
— Мам, — вздохнула я и повернулась к ней, — я всегда была одна в больнице.
«Что поделать, она всегда была упёртая!» — прозвучало в её мыслях.
Я улыбнулась и сделала первый шаг по направлению к дому.
— Позвони, если что-то понадобится, — вслух, а в мыслях: «Ведь не позвонит».
— Позвоню, — ответила я. Хотя она была права: не позвоню.
В доме было тихо и холодно. Наверное, в книгах и фильмах героиня поступила бы так: выставила дом на продажу и переехала в маленькую квартиру. В другом городе или даже стране.
Я приняла решение вдохнуть в старый дом новую жизнь.
Здесь я была счастлива с мужем и сыном. Здесь я научусь быть счастливой одна.
Я откинула белую простыню с дивана в гостиной и присела на край.
Такой долгий путь, чтобы снова оказаться в самом начале.
Новая жизнь
С одной стороны, читать мысли людей и помнить прошлые жизни, а вместе с ними и свои ошибки, — это дар. С другой стороны, я бы хотела жить обычной жизнью, не помнить, в чём провинилась триста лет назад моя душа. Это дар столько же, сколько и проклятие.
Я решила привести в порядок свой внутренний мир, а потом уже позаботиться о внешнем. Очистила сознание и пространство: привела в порядок дом, вымыла все окна, избавилась от вещей мужа и
