Рассказы 16. Милая нечисть - Ольга Рэд

хочу защитить всех от Нещечко. Вы сами видели, что оно может натворить.

– А кто это – Нещечко? – Колян вдруг задал самый длинный вопрос за последние годы жизни.

– Долго объяснять, – отмахнулась Катя. – Его бабушка ко мне приставила, когда помирала. Сказала, что оно мне будет вместо ангела-хранителя, которого у меня нет, потому что все предки занимались магией.

– Ангелов нету, – заявил Витек, рачительно подбирая упавший шмат сладкой ваты и отправляя его в рот.

– Витя! С полу – как же так? – зашлась в тревоге Катюшка, хотя ее полы блестели, как новый лед в ясный день.

– Пол – не очко в тустике. И я не нарушил правила десяти секунд, – проявил осведомленность малой Святов. – Всякие микрозябры не успели на вату залезть.

– Кто? – Катюшка стала выглядеть малость обалдевшей: незваные гости в доме, расшалившийся Нещечко – это ладно, но сыплющий неизвестной терминологией Витек – чересчур!

– Малой, Колян, нам пора! – заявил обойденный вниманием Андрюха. – Ты, Катька, нормальная чувиха, но людей нужно уважать. Нельзя на них как на столбы смотреть. Тогда и проблем не будет.

Но проблема в виде вешалки снова влетела в комнату и стала носиться над головами гостей так низко, что стали колыхаться их нестриженые волосы.

– Чо это она, а? – спросил Колян, настороженно сопровождая взглядом полет зловредной деревяшки.

– Прибрать за собой нужно, – вздохнула Катюшка. – Антенну на место поставить, во дворе порядок навести. Вы не обижайтесь, меня поначалу Нещечко так гоняло за беспорядок или сорняки в огороде, или четверки в дневнике, что я даже не высыпалась. А потом привыкла все сразу хорошо делать. Я вам сочувствую, но лучше Нещечко не злить.

Ребята и без нее поняли, что лучше не злить, и нехотя поплелись наводить порядок. Только праздный Витек, кусая вату, поинтересовался:

– Это Нещечко в вешалке сидит?

– Нет, конечно, – отозвалась Катюшка, которая пыталась поправить скрюченную кукушку. – Ни разу его не видела. Оно как-то заставляет двигаться самые разные вещи. И даже не вещи. Дым, к примеру. Он всегда не в трубу идет, а в дом валит, если я не убралась.

– Знаю, – заявил Витек, облизывая пальцы. – Нещечко – полтергейст!

– Нещечко – полтергейст! – завопил телевизор, который, как оказалось, даже не был включен в розетку – провод выстелился на полу и поигрывал вилкой.

– Нещечко – полтергейст! – разразился сквозь шум помех допотопный радиоприемник на шифоньере.

– Нещечко – полтергейст! – рявкнули колонки музыкального центра.

– Тихо! – крикнула Катюшка. – Никакого покою.

Ожил монитор компьютера. На нежно-зеленом фоне выступили алые буквы: «Нещечко – полтергейст». Динамики послушно промолчали.

– Ты, наверное, очень угодил Нещечко этим полтергейстом, – улыбнулась Катюшка. – Пойдем, я вам цыплят отдам. Все равно им переводу нет. Бабушка тете Марусе их все время отдавала. А я про это совсем забыла.

Они не увидели, что вешалка выплыла следом. Над крыльцом она перешла на другую скорость, подлетела к мешку и подцепила его крючком. Разбежавшиеся цыплята сначала выстроились в шеренгу, потом бодро промаршировали к мешку и запрыгну ли в него.

Мешок был торжественно вручен Витьку, который ничуть не удивился такому почтительному обхождению вешалки с его персоной. Андрюха еле удержался на крыше – пристроить антенну в пазы оказалось труднее, чем свинтить. Колян едва не уронил лестницу-стремянку.

Вскоре незваные, но дорогие гости отбыли со двора.

– Ты будь попроще, – посоветовал Катюшке Андрюха. Колян просто пожал плечами, потому что его коронный вопрос не вписывался в беседу. А Витек сказал, что придет завтра к полтергейсту в гости.

К вечеру на лавку возле Катюшкиной калитки пожаловала толпа, всем места не хватило. Даже Мамедова Ритка притащилась, хоть ее дома ждали двое ребятишек, муж и парализованная мать.

Молодая поросль старинного рабочего поселка с нехорошей горячностью рассуждала о том, что ведьмы как крапива – сами зарождаются там, где селятся добрые люди. И правы, дескать, были наши предки, когда их изводили. Пользы ноль, а гонору-то, гонору – иная даже и не выйдет к людям.

Можно было бы сказать, что, к чести братьев Святовых, их не было в толпе. Хотя честь тут ни при чем. Они были сурово наказаны матерью, тетей Марусей, за проникновение в Катюхино жилище. А узнала мать об этом из обстоятельного доклада Витьки. Андрюха показал было ему кулак, но младший Святов сразу заговорил о своих дружеских отношениях с полтергейстом, и мстительный порыв старшего брата сразу сошел на нет.

Молодь у Катюшкиной лавки подбодрила себя баночным пивком, бросила пустую тару под лавку и отправилась на танцы в клуб.

Из-за забора донеслось:

– Успокойся, Нещечко! Сейчас все уберу и подмету. Ну как народ узнает о тебе – что мне тогда делать?

В ответ через забор перелетело мусорное ведро. Рядом приземлилась метла.

Бабка Антипиных, которая проходила мимо, крикнула:

– Катюшка! Ты чего это инвентарем разбрасываешься?

Стремительно распахнулась калитка, показалась Катюшка, красная, точно вареный рак, потому что ей сейчас предстояло создать эпичную ложь – соседская бабка была остра умом и недоверчива, как работник банка. А врать Катюшка не любила. И не врала. Пока в ее жизни не появилось Нещечко…

– Ой, здрасьте, баба Люда, – затараторила Катюшка. – Видите, ребята у ворот намусорили. А кто убирать будет? Я, конечно. Вот и психанула. Дай, думаю, шибану им по дурным бо́шкам ведром и метлой… Чтоб знали, как пакостить возле чужих домов.

Баба Люда благостно зажмурила и без того маленькие глазки и разразилась обвинительными речами в адрес охальников, дармоедов, лентяев и мерзавцев.

Катюшка, незлобивая и вежливая со всеми, с трудом выслушала ее. Наконец бабкин душевный порыв закончился смачными плевками на рыженький песочек неширокой дорожки возле забора и энергичным растиранием старой тапкой, дырявой на носке.

– Припрутся ишшо, ты сыну моему Вовке скажи. Он их вожжами отходит. Небось не будут гадить! – победно закончила она.

– Я лучше участковому заявление напишу, – испугалась радикальности мер Катюшка.

– И не вздумай! Участковый у нас только чтоб за столом сидеть и в компуттер глядеть, – рассердилась бабка. – Мово Вовку отец покойный всегда вожжами учил. Вырос настоящий мужик, а не хлыщ!

И, досадуя на глупость с виду нормальной девки, бабка удалилась.

Катюшка быстренько все убрала и подмела.

Она и не знала, что вид чистой дорожки со следами прутьев метлы станет настоящим оскорблением для подвыпившей и раздраженной компании.

Также она не могла предполагать, что в их поселок явится «вражья морда», дочь когда-то оскорбленной и посрамленной ведьмы. Катюшкина бабка одержала магическую победу над городской колдуньей. Помирая, горожанка завещала дочери навестить Клавку и отомстить. Юная ведьма Юленька решила, что Клавка – это такая же девица, как она сама. А еще Юленька была любопытна, старательна и образованна (сданные ЕГЭ и аттестат тому свидетельство), и предстоящая