Летящие в ночи - Джонатан Джэнз

Немо попытался сделать глоток прямо из упаковки, но молоко сразу же пролилось на него. Он взглянул вниз.

– Теперь мне весь день ходить в этой дурацкой мокрой рубашке.

Немо был самым тощим из всех пациентов, но это была меньшая из его проблем. По большей части здесь держали детей, накосячивших по собственной глупости. А вот Немо страдал от настоящего ментального расстройства, хоть и не делился со мной подробностями. И о происхождении множества шрамов на руках тоже не рассказывал. А когда я сам у него спросил, Немо и вовсе перестал со мной общаться на целую неделю. Я предполагал, что эти раны он нанес себе сам. А когда его родители узнали, что их дорогой сынок себя режет, то не нашли решения лучше, чем сплавить его сюда. Немо нуждался в поддержке. А вместо этого оказался в «Санни Вудс», где взрослые пичкали его кучей таблеток, а дети безжалостно над ним издевались.

Приторный запах консервированных персиков вернул меня в реальность.

– Хочешь, принесу тебе еще молока?

– Чтоб я и его пролил? – Он попытался подцепить вилкой ломтик персика, но тот отскочил и шлепнулся на стол, как выброшенный на берег тюлень. Немо вздохнул.

Я подвинул к нему свой поднос, и отказываться Немо не стал. Да и вообще никак не отреагировал. Просто наколол на вилку еще один ломтик персика – в этот раз удачно.

– Спасибо.

Я изучающе посмотрел на него.

– Как ты? Лекарства помогают?

– Без понятия. Врачи постоянно то повышают мне дозу, то понижают…

Закусив губу, он как-то странно на меня посмотрел.

– Что такое?

– Мне кажется, ты в опасности, – нерешительно ответил Немо.

– Рассказывай.

– Когда я сидел в комнате отдыха, Эмилио и Джетт играли в эту свою игру. Ну, кидали мешки с бобами в коробку.

– «Корнхол».

– Ага. Отвратительное название. Так вот, Эмилио стебался над тем, какой Джетт по сравнению с ним крохотный. Тогда Джетт и сказал: «Да что ты? Я легко смогу с Берджессом справиться. Вот сегодня же пойду и изобью его».

Мне внезапно расхотелось есть. Совсем.

– Почему? – спросил я.

– Видимо, ему не понравилось, как ты с ним говорил. – Немо посмотрел на меня. – А что ты ему сказал, кстати?

Я склонился над подносом.

– Да так… Просто спросил, зачем он общается с людьми, которые его не ценят.

Немо выпрямился.

– А вот и…

Мне даже поворачиваться не нужно было, чтобы понять, о ком он. Но я все равно обернулся. Тайлер и Эмилио замыкали шествие, а впереди шел Джетт, жаждущий крови.

– Вот черт, – пробормотал Немо себе под нос.

Я хотел было объяснить, что это все большое недоразумение. По опыту я знал, что люди куда менее охотно отказываются от своих намерений, если их поддерживает толпа народу. Я подозревал, что, будь Джетт один, у меня получилось бы его переубедить. Но прежде чем я смог что-либо ему сказать, он резко вмазал мне по щеке.

Никто в столовой даже не пошевелился. Я сидел, шокированный, и пытался осознать произошедшее. Джетт Дженкинс, которого я всегда считал более-менее достойным человеком, только что ударил меня по лицу. Я чувствовал, как боль распространяется по всей скуле.

Эмилио восторженно засмеялся.

– Охренеть, чувак!

И ладно бы просто ударил. Джетт залепил мне пощечину. Я чувствовал себя униженным, как будто этот придурок пытался указать мне на мое место. Не он первый: за последние тринадцать месяцев я пережил унижений больше, чем все в столовой вместе взятые.

Я заговорил ровным голосом:

– Джетт, ты выше этого. Хватит им подражать.

Его глаза сверкнули, а улыбка стала натянутой.

– Позови поварих, – прошептал Немо. – Та, что постарше, – хорошая, она поможет.

Я присмотрелся и увидел, что из поварих сейчас присутствует только одна, молодая. Старушку не приметил. Она что, уже пошла за помощью?

«Что ж, удачи», – цинично подумал я. Люди, которые должны были нам помогать, уже находились в столовой. Охранники, стоявшие у дверей, прекрасно видели, что происходит, но предпочитали не вмешиваться. Один из них – молодой парень с черной козлиной бородкой, – похоже, воспринимал наши потасовки как развлечение. Он присутствовал при одной из самых жестоких драк с Тайлером, но даже тогда вел себя как хоккейный судья: мол, пусть себя дерутся, пока одна из сторон не рухнет без сознания, но я не буду вмешиваться, пока жизни детей ничего не угрожает.

Я совсем отчаялся, понимая, что помощи ждать неоткуда. Ясное дело, я бы пережил эту стычку и, кто знает, уже через месяц смог бы снова нормально ходить. Но в этот раз Джетт, Тайлер и Эмилио хотели причинить мне максимальную боль. Конечно, они не могли знать, что через пару часов я должен был навсегда покинуть «Санни Вудс», но, видимо, инстинктивно чувствовали, что их любимую игрушку вот-вот заберут. И хотели развлечься напоследок.

– Может, ты хоть встанешь? – потребовал Джетт.

– Да встанет, встанет, – заверил его Эмилио. Взглянув на него, я кое-что понял. Несмотря на то что он ненавидел меня и безнаказанно издевался надо мной, как никто другой в этом месте, Эмилио хорошо понимал меня. Может, даже уважал. Знал, что я не подчинюсь. Никому не подчинюсь.

Я встал.

Эмилио усмехнулся.

– Ну хорошо. Давай посмотрим, на что ты способен, Берджесс.

– Черт. – Тайлер сжал кулаки. – Да я от него живого места не оставлю.

– Пойду позову на помощь… – пробормотал Немо.

Эмилио положил свои огромные ладони ему на плечи.

– Сиди на месте, придурок.

Немо не стал спорить.

– Как тебе такое, Берджесс? – Джетт резко замахнулся.

Я ждал этого удара, так что успешно блокировал его запястьем. А потом применил довольно подлый прием – впрочем, и они никогда не дрались честно.

Я ударил его по яйцам.

Издав довольно предсказуемый звук, Джетт упал и скорчился на полу, как змея в припадке. Мне удалось его устранить, а значит, я выиграл время.

Но оставалось еще двое.

Эмилио окинул взглядом страдающего Джетта.

– Что за хрень, Берджесс?

Он пошел на меня.

И я смог бы увернуться, если бы Тайлер не подставил мне подножку, от которой я влетел в ближайший стол, больно ударившись ребрами о его край.

Пластиковые подносы взлетели в воздух. Другие пациенты тотчас разбежались – скорее всего, чтобы не попасть под руку этим козлам.

Теперь уже сам Тайлер набросился на меня, но понял я это, только когда оказался на столе, а Тайлер, подпрыгнув, приземлился коленями по обе стороны от меня и прижал мои руки к бокам. Изо рта у него воняло знатно. Он чуть-чуть отступил и ударил меня кулаком. Мне показалось, что в моем лице теперь появилась вмятина.

Я попытался вырваться,