Николай Второй сын Александра Второго - Сергей Свой

я заметил, что руки у меня дрожат.

---

Часть 2. Первая кровь

Сцена 2. Исчезновения

Через неделю после разговора с Пантелеем в Москве пропал человек. Звали его Александр Михайлов. Организатор, лидер, мозг подполья. Он вышел из дома вечером, чтобы встретиться с курьером, и не вернулся.

Сначала его товарищи не забеспокоились — мало ли что, мог задержаться, мог уйти на конспиративную квартиру. Но через день не пришел на связь никто из его группы. Еще через день — исчезли двое исполнителей, которые должны были закладывать взрывчатку под мостом в Нижнем.

К концу недели из пяти человек, готовивших покушение, в живых остался только один, самый молодой, который в последний момент уехал к родственникам в деревню и тем спасся. Но и его нашли через две недели — утонул в пруду, якобы случайно.

В Одессе исчезли трое. В Киеве — четверо. В Харькове — двое. Люди пропадали без следа, бесследно, как в воду канули. Ни тел, ни записок, ни свидетелей. Только глухая тишина.

Подполье запаниковало. Впервые за многие годы революционеры почувствовали себя не охотниками, а дичью.

Сцена 3. Разговор с братом

— Никса, — Саша ворвался ко мне в кабинет без стука, что было на него совсем не похоже. — Ты знаешь, что в Москве творится?

Я поднял глаза от бумаг.

— А что творится?

— Люди пропадают, вот что! — он сел в кресло напротив и уставился на меня в упор. — Наши люди. Из Третьего отделения докладывают: в разных городах исчезают лица, причастные к крамоле. Исчезают бесследно. Никто ничего не знает, никто ничего не видел. Полиция в тупике.

Я спокойно смотрел на брата.

— Может, они просто ушли в глубокое подполье? Такое бывает.

— Никса, не темни, — Саша понизил голос. — Ты думаешь, я дурак? Я знаю, что ты встречался с Пантелеем. Я знаю, что он тебе докладывал. И я знаю, что после этого начались исчезновения.

Я молчал. Саша ждал.

— Это ты, да? — спросил он наконец. — Ты их убираешь.

— Саша, — сказал я тихо, — сядь ровно и послушай.

Он сел, но глаз не отвел.

— У них был план, — сказал я. — Взорвать меня в Нижнем Новгороде. Под мостом заложили динамит. Пять человек готовили. Ты знаешь, что было бы потом?

— Знаю, — кивнул Саша. — Но...

— Никаких «но», — перебил я. — Дальше — больше. После меня — отец. Потом ты. Потом мои дети. Они не остановятся. Они хотят уничтожить нас всех. Уничтожить Россию. Развалить империю, пустить кровь, устроить хаос. Я не могу этого допустить.

— Но закон! — воскликнул Саша. — Суд! Мы же не варвары!

— Закон, — горько усмехнулся я. — Саша, милый, закон работает с теми, кто его признает. А эти люди не признают ничего. Им плевать на закон. Они будут убивать, пока их не остановят. Или пока они не убьют нас.

Брат молчал. Я видел, как в нем борются воспитание, вера в справедливость и понимание моей правоты.

— Ты уверен, что они виновны? — спросил он наконец.

— Абсолютно. Пантелей дал мне доказательства. Шифровки, имена, адреса, планы. Все это есть. Если хочешь, покажу.

Саша покачал головой.