Эволюционер из трущоб. Том 18 ФИНАЛ - Антон Панарин
— Идём уже, пьянчуга, — вздохнул Серый, вытаскивая Лешего на улицу.
На смену ребятам пришли мои фамильяры, если так можно выразиться о существах, обретших свободу и собственные тела. Первым был Пожарский, он же старшина Огнёв. На удивление, трезвый. Видимо Снежана, идущая с ним под ручку, хорошо влияла на вояку. Снежана, должен отметить, получилась на загляденье. Что тут скажешь? Преображенский постарался.
Высокая блондинка с фарфоровой кожей и ледяными голубыми глазами. Её платье цвета зимнего неба идеально облегало фигуру, а серебряные украшения мерцали при каждом движении.
— Михаил Константинович, госпожа Венера, — Огнёв козырнул по-военному. — Поздравляю с бракосочетанием. Желаю вам крепкого тыла и верных соратников.
— И пусть ваша любовь будет горячей, как пламя, но при этом не обжигающей, — добавила Снежанна мелодичным голосом.
— Снежаночка, можно вас потеснить? — пропыхтела Галина, отталкивая Огнёва в сторону.
Она была вместе с Мимо и широко улыбалась. Оказавшись передо мной, она заёрзала на месте, а после, завизжав, запрыгнула мне на руки:
— Галя галактически поздравляет господина со свадьбой! Гип-гип ура-а-а!!! — заголосила она, целуя меня в щёки.
Мимо смущённо стоял рядом, протянул мне руку и сказал:
— Желаю счастья, радости и много-много детишек!
Я схватил его за руку и притянул к себе, заключив в объятия.
— Без вас ничего бы этого не было, — сказал я ласковым голосом.
— А без вас не было бы нас, — парировали Мимо и Галя в ту же секунду.
Нашу милую идилию нарушил оглушительный рёв, перекрывший музыку. Звук доносился с улицы. Все повернулись к окнам, пытаясь понять, что происходит. Я же краем глаза заметил, как белый силуэт на всём ходу пронёсся мимо окна, и я услышал весёлый визг Хрюна, уносящийся вдаль:
— Операция «Обжора» прошла успешно! Лети быстрее пули, мой крылатый друг!
Спустя секунду в зал вбежал Леший, весь красный от возмущения:
— Миха! Твой дракон! Он украл целый мангал с шашлыками! Я почти дождался, а эта падла… Ай! Серый, да отстань ты от меня! — заголосил Леший, когда Серый снова выкрутил ему ухо и потащил следом за собой на улицу.
Зал взорвался хохотом. Даже самые чопорные гости не удержались и засмеялись. Да уж… Хрюн на удивление сдружился с Азраилом. Я думал, они будут враждовать, но нет. Хрюн помогал Азраилу охотиться в лесах на раненых животных, чтобы дракон пожирал их души. Азраил, в свою очередь, помогал псине устраивать налёты на продуктовые склады и рестораны по всей Империи. В Омске их даже объявили в розыск.
Поправляя белый халат с поднятым воротником, к нам подошёл Аристарх Павлович Преображенский. Невысокий мужчина, лысый как бильярдный шар, с огромными чёрными усами, торчащими в разные стороны.
— Михаил Константинович! — затараторил он, размахивая руками. — Примите поздравления от всей научной братии! Я приготовил для вас особый подарок!
Он достал из кармана две небольшие склянки с сияющейся жидкостью:
— Так уж вышло, что мои эксперименты с кровью Карима зашли слишком далеко… — он почесал переносицу и продолжил. — Соединив вашу кровь и кровь Карима, я сделал определённые манипуляции и получилось это, — он приблизился к моему уху и шепнул. — Эликсир долголетия. Выпьете — и проживёте минимум двести лет в добром здравии, а может, и дольше. Надо тестировать.
— Аристарх Павлович, к чёрту регенерационную эссенцию. Производите элексир долголетия. Мне нужно минимум тысяча таких склянок, — тут же перешел я к делу.
— Хе-хе. Я знал, что вы заинтересуетесь. Лаборатория под Екатеринбургом уже этим занимается, — самодовольно заявил Преображенский и пригладил усы.
Когда профессор ушел, я заметил в углу зала Марию Дмитриевну Титову. Она стояла рядом с моим братишкой Федькой. Они держались за руки и ворковали друг с другом, не замечая никого вокруг. Рядом с ними стоял младший сын рода Юсуповых с невероятно довольной мордой и флиртовал с подругой Венеры, увы, мы не были представлены друг другу, и я не знал, как её зовут. Юсупов заметив мой взгляд, отсалютовал бокалом и вернулся к флирту.
А потом началось настоящее безумие. К столу с едой подошёл Феофан. Его руки мелькали, словно ветви дерева во время бури. С чудовищной скоростью он накладывал себе на тарелку всё подряд. Мясо, рыбу, овощи, салаты, хлеб, пироги. Тарелка превратилась в гору еды, которая угрожала рухнуть в любой момент. Но Феофан не останавливался. Он жевал, не переставая, запивая всё это вином, пивом, квасом, чем попало.
Спустя тридцать минут я снова обратил на него внимание и невольно улыбнулся. Парень был мертвецки пьян. Он взобрался на стол, расставил руки в стороны и заорал во всё горло:
— Эх, Семё-ё-ён! Семё-ё-ён! Продал ты коня-я-я! Своего коня-я-я! Конь ведь твой хромой и не стоит ни ху… — допеть он не успел.
Максим Харитонович оказался рядом, дёрнул парня за ногу, а после сгрёб его в охапку и вытащил на улицу, где начал умывать снегом.
Спустя пару минут после того, как певца отправили спать в свободный домик, нас отважились поздравить Валерий Сергеевич Трубецкой и Анатолий Захарович Шереметев. Поздравление было сугубо официальным. Всучили какие-то подарки, завёрнутые в пёструю бумагу, поклонились и отправились праздновать.
Венера прижалась ко мне, и мы посмотрели на зал, полный любящих нас людей. Гости танцевали, смеялись, ели, пили, веселились от души. Музыка гремела так, что тарелки подпрыгивали. На улице жарили новую партию шашлыков взамен украденных Хрюном. Дети бегали между столами, играя в догонялки. Старики сидели в углу, попивая вино и рассказывая истории из молодости. Это было прекрасно. Я наклонился и поцеловал Венеру в макушку, прошептав:
— Спасибо. За то, что ты у меня есть.
— Люблю тебя, — ответила она, поднимая лицо для поцелуя.
И в этот момент я понял, что стал не просто Хранителем Мира. Я стал Хранителем счастья всех тех, кто мне дорог. И это была роль, которую я готов примерить на себя с радостью.
* * *
В это же время в Хабаровске.
Главная площадь города представляла собой невероятное зрелище, которое одновременно завораживало и пугало. Тысячи существ, которым положено было покоиться в земле, сновали туда-сюда, занимаясь восстановительными работами. Скелеты в потрёпанных доспехах таскали кирпичи, аккуратно укладывая их в стройные ряды.
Рыцари смерти, облачённые в почерневшие латы, орудовали молотами и пилами с такой ловкостью, что многим живым мастерам стоило бы у них поучиться. Костяные големы высотой в три человеческих роста поднимали
