Мое вчера, его завтра - Марина Эльденберт
Мы опустились перед зданием телепорта, на парковку, я вернула маску на место, и Рэйден подал мне руку, чтобы выйти. Нас сопровождала охрана и другие звездные драконы Южного архипелага, взгляды которых с интересом скользили по мне. Я не знала, кто из них работает с Эйлой и Рэйденом, а кто просто идет в составе дипломатической миссии, в точности так же, как они не знали ничего обо мне.
Но я знала, что я не могу подвести Кайрена. Этого было достаточно.
Нас действительно не проверяли, поэтому мы беспрепятственно и быстро прошли на Центральный, а далее — оказались в самом его сердце, на Острове Драконов. Перед зданием Правления, где решались все самые важные вопросы Центрального, где проходили все важные встречи.
Оно возвышалось над островом, словно осколок ночного неба, упавший на землю и застывший в камне. Его стены были сложены из темного камня линиями сияющих кристаллов — они мерцали мягким светом, будто в них навсегда запечатлели созвездия. При каждом нашем шаге узоры на фасаде менялись, и казалось, что здание дышит космосом. Над входом парил герб Аргассы: переплетение крыльев и звезды в центре, солнце и наша планета, медленно вращающаяся, как будто мы сейчас смотрели на нее из космоса. Здесь было столько журналистов, что мне стало дурно от вспышек еще когда мы поднимались по лестнице. Это словно отбросило меня в прошлое, в день рождения Катэллы, и воспоминание было не самым лучшим.
К счастью, внутри журналистов стало значительно меньше.
Широкие лестницы, растекающиеся из холла подобно метеоритным потокам, были обрамлены статуями звездных драконов — крылатых, величественных, с глазами, наполненными холодной мудростью веков. В их пастях тлел звездный огонь, освещая путь гостям серебристо-синим светом.
Купол одного из главных залов уходил так высоко, что его вершина терялась в искусственном ночном небе: артефакты проецировали бесконечный космос, по которому медленно плыли созвездия и полыхала Спираль. Пол представлял собой точную его копию: создавалось ощущение, что мы ступаем в космосе по звездам. Колонны, поддерживающие купол, белоснежные, были украшены золотыми прожилками и надписями на древнеаргасском. Подсветка вокруг них меняла цвета под музыку оркестра. Парящие светильники-артефакты в форме звездных сфер медленно вращались, отбрасывая сотни бликов на маски и наряды присутствующих.
Воздух был наполнен ароматом южных цветов, я как никто знала, что их доставляли прямиком с Южного. Маски гостей закрывали лица, так, что найти здесь Катэллу, ее отца или кого бы то ни было еще на первый взгляд не представлялось возможным. Я бы и не нашла, растерявшись, если бы не Рэйден, направившийся прямиком к нему и увлекший меня за собой.
Но мы даже не успели подойти, когда я услышала голос. Не Орнана, его собеседника:
— Да брось, это меньшее, что я могу сделать после того, что совершил мой сын.
Но в ступор меня ввела не фраза, не присутствие отца Кайрена на балу и даже не тот факт, что о нем рассказал Рэйден. Я узнала его голос. Точнее, я вспомнила его голос. И еще я поняла, почему голос говорившего с Катэллой мужчины в моем прошлом-будущем показался мне знакомым.
Потому что он принадлежал отцу Кайрена.
И он тоже работал с фхтаринцами.
54
Рэйден придержал меня за локоть, когда я оступилась, услышав голос еще одного предателя. Иначе я бы улетела к ногам Мэйгарда Орнана с высоты шпилек. Но мы все равно привлекли внимание.
— Аристар! — воскликнул отец Катэллы. — Рад тебя видеть на Центральном!
Драконы пожали друг другу руки, и, пока они обменивались приветствиями, я не могла отвести взгляда от Орнана.
Носит ли он с собой кулон? Почти наверняка. Это слишком ценная вещь, чтобы оставлять ее даже в самом надежном сейфе — это раз. Кулон всегда может понадобиться, если ему нужно подправить эту реальность — два. Вспоминая человека, который якобы меня вербовал, я понимала, что предатели не гнушаются даже маленьких изменений.
Он может изменить настоящее в любой момент. Даже сейчас.
Мое преимущество в том, что я это почувствую… Почувствую же?
— Представь мне свою спутницу, — слова Мэйгарда пробились через пульс, шумевший у меня в ушах. Я должна быть спокойна, но мое состояние нельзя было назвать спокойным даже с большой натяжкой.
— Арьяна Модар.
— Оставьте для меня один танец, прекрасное создание, — приказал Орнан, а я облегченно выдохнула и изобразила соблазнительную улыбку. По крайней мере, попыталась вспомнить все, чему меня на бегу учила Эйла.
Меня гримировали с учетом мужских вкусов Мэйгарда. Чтобы я привлекла его внимание, оказалась достаточно близко, чтобы подобраться к нему и кулону фхтаринцев. Но я все равно опасалась, что он не клюнет.
Клюнул.
Мы с Рэйденом отошли от группы драконов спустя пять минут, но меня продолжало потряхивать от волнения.
— Первый этап ты прошла, — похвалил он меня, — но дальше все самое сложное. Точно справишься?
— У меня нет выбора, — выдохнула я. — Отец Кайрена. Он тоже.
— Понял, — ответил Рэйден. — Тогда у нас всех нет выбора. Фхтаринцы слишком глубоко проросли корнями в Аргассу.
Глубоко — не то слово. Кому мы вообще могли доверять? И могли ли доверять друг другу?
— Пойдем потанцуем, Арьяна Модар, — предложил Рэйден. — Ты все-таки моя любовница. По крайней мере, так считают все присутствующие.
И мы танцевали. Потом Рэйден провел меня к столам, на которых в несколько уровней расположились разнообразные закуски и деликатесы, а сам отлучился, чтобы переговорить с кем-то из драконов.
Я взяла себе ярко-розовый напиток в причудливом бокале с изогнутой ножкой, но он оказался слишком кислым на вкус. А может, мне сейчас все казалось кислым. Потому что этот праздник жизни, который здесь устроили, словно был насмешкой над трауром по Гереджам. Потому что эти предатели приговорили Кая к смертной казни, а сами развлекались. Наслаждались. Упивались собственным триумфом…
Лицемеры!
В какой-то момент я узнала среди гостей Катэллу. Несмотря на то, что ее бывший жених был под арестом, она не пропустила этот праздник и блистала в белоснежном платье, словно покрытом блестящими чешуйками. Кат снисходительно улыбалась, и я чуть ли не до хруста
