Сисьадмин - Роман Гриб

На сей раз королева была умнее. На сей раз она публичного приёма не стала устраивать. Нас спокойно привели во дворец под полными удивления взглядами всех встречных. И удивляло в основном всех не ведро с побрякушками. Причиной округлённых глаз служила Авва. Вернее, её собственные округлости. Нет, я подозревал, что большие сиськи тут в дефиците, поскольку ничего подобного не замечал. Но чтоб настолько?

— Ты не понимаешь. Она сиськорождённая. — попивая вино со свежевыжатой в него мурмуркой, королева Морвеллен пояснила мне недостающий в нашей картине мира элемент паззла.

Расположились мы в той же комнате, где и в первый день грели кости у камина, только стол уже был накрыт поскромнее, не как на праздник, а как на перекус с дороги. Впрочем, мне было не на что жаловаться — мясо, овощи, винишко из лесных ягод. Очень даже неплохо сидим.

— Да, совершенно не понимаю, что это значит. — пожал я плечами в ответ. — Ну необъятные у неё буфера, да. Ну, возможно, это экзотика. Но чего прям так все смотрят?

— У неё не просто буфера. — покачала в ответ головой королева эльфов. — Они у неё натуральные, полные жизненной энергии. Такие женщины рождаются раз в столетие, а то и реже, на весь мир. Дети от таких женщин не обращаются монстрами и не страдают бесплодием. Да что там! При должной работе мага-акушера у сиськорождённой даже не случится выкидыш. И это только из того, что точно известно и не обросло мистификациями.

— И что, всё так плохо в Футхурге, что за этим прям надо носиться? — я всё равно продолжал теряться в непонимании.

— Плохо всё с головами у жителей Футхурга. — вздохнула Морвеллен и поставила бокал на стол. — Из-за своей редкости, сиськорождённость обросла невероятными сказками, мифами, легендами и просто тупыми суевериями. Орки верят, что если принести сиськорождённую в жертву духам предков, те распределят сисечное чудо на всё племя по капельке каждой женщине. Гномы утверждают, что задушенного необъятными буферами мужика можно без последствий воскресить, и тот обретёт чуть ли не божественную силу. Но это, пожалуй, самое безобидное. Три сотни лет назад сиськорождённую завоевали чернокожие варвары — так они привязали её на площади своей столицы, и всё королевство её сношало денно и нощно, пока целитель, что её лечил, от усталости не помер. Всё потому, что их жрец придумал, что это вернёт всем мужикам страны мужское плодородие. После этого их предводитель её себе забрал, и что стало с ней после того, никто не знает. Короче, кому что в голову с похмелья взбредёт, то и сочиняют.

— Но как я понимаю структуру проклятия, что легло на этот мир… — это вступила в разговор Авва, главная причина обсуждаемой темы. — Всё действительно очень печально в Футхурге. Да и Верные говорили, что бесплодие — просто всеобщая беда. И мужчины, и женщины многие не могут зачать детей. Многие беременности заканчиваются выкидышами и мертворождением. Каждый двадцатый ребёнок оборачивается магической тварью. Трое детей в семье считаются великой роскошью.

К слову, информацию о том, что носительница титек-переростков — это воплощённая душа бывшей хранительницы пирамиды королева восприняла подозрительно спокойно. Да, я немного сократил и переиначил историю её появления со мной. Мол, в подземелье боги дали мне испытание, я его прошёл, и Авва получила собственное тело, как часть моей награды. Возможно, такое спокойствие — результат того, что в подземелье меня велела направить её собственная богиня, а кто меня испытывал — я просто не стал уточнять.

— Всё уже заметно изменилось. — ответила Авве эльфийка. — Всё, тобой упомянутое, можно умножать в два-три раза, в сторону худшего. По крайней мере, в этих землях. Жизненные силы покидают этот мир, это уже свершившийся факт. И выходов из этого не так много…

— А какие вообще тут могут быть выходы? — поинтересовался у нее Норрдралкер.

— Снять проклятие с мира — самое очевидное, и самое невероятное решение. — охотно пояснила Морвеллен. — Мы, эльфы, в своё время пошли по сложному пути. Если мир умирает, нужно его опередить. Поэтому мы стали ни живыми, ни мёртвыми. Когда живое сгинет из этого мира, мы останемся, и пересидим мёртвую фазу. А как известно, смерть не бывает вечной. Ей нужна жизнь. И рано, или поздно, но не больше, чем через тысячелетие, мир вновь вздохнёт жизнью. Но уже без проклятья.

— И поэтому… Поэтому вы караулили вестницу смерти, которая должна повести за собой армию нежити? И при этом собирались её грохнуть? — я совсем потерялся в логике местных жителей. Хотя, весьма вероятно, что логика от них давно ушла в гости к долбоебизму и там забухала.

— Та женщина из пророчества — вестница последних дней. Не смерти. Всеобщей гибели. После исполнения того пророчества не осталось бы ни жизни, ни смерти. Лишь полная тьмы Бездна, что темнее самой тьмы.

— Но при этом спокойно пускаете гулять по дворцу чувака со щитом Бездны? — моя логика тоже решила пойти забухать, так что я сменил бокал сразу на бутыль.

— Твоё появление в пророчествах не оговаривается, значит, ничего страшного. — похоже, что спорить с эльфийкой было также эффективно, как с бетонным столбом-религиозным-фанатиком. Раз пророк, которого без грибов и так не поймёшь, ничего не сказал, значит, всё отлично! — А монстры Чёрной Бездны и без тебя бегают по нашему миру регулярно. В ком-то её больше, в ком-то меньше. А ты сам Бездной не заражён.

— Так, ладно. Давайте вернёмся к сиськам. Что нам с ними делать? — со вздохом я вернулся к изначальной теме. — То есть, как быть? Если с Аввой в людном месте появиться, это получается, проблем не оберёшься. Как поймут, что мы трое сами по себе, на нас просто армию спустят. Я, конечно, после испытания круче стал. Но не уверен, что круче роты подготовленных к бою воинов.

— Самое простое — одеться во что-нибудь просторное, и слегка сутулиться. — задумалась эльфийская королева. — И надо глянуть среди подземных трофеев. Может, есть какое-нибудь кольцо, или браслет на иллюзию? В идеале, чтоб на мужчину-горбуна была похожа…

— Эй! Я не для того вернула себе тело, чтобы его прятать! — такое предложение Авву если не оскорбило, то обидело почти наверняка. — Особенно такое!

— Тогда тебе нужно сразу смириться, что тебя пленят и определят в рабыни. — пожала плечами