Фантастика 2026-133 - Хелена Руэлли
– Ой, Малинка, – испуганно пискнула Поллианна. – Чего делать-то?
– Беги к капитану, пусть он за лекарем шлёт. Скажи, кризис начался.
Полянка накинула пальтишко и выскочила за дверь. Малена упорно продолжала делать то, что велел делать Балим. Её пугала Элинина бледность. Где-то вдалеке перекрикивались солдаты, визгливо смеялись "любезные прачки", а здесь, в жарко натопленных комнатах, умирала женщина, благодаря которой жила и процветала Военная Слободка.
Наконец-то послышались шаги на крыльце, распахнулась дверь, впустив несколько человек. С превеликим облегчением Малена взглянула на Балима, его ученика, имени которого не знала, Квэддо и Харлена. Последней была изрядно продрогшая Полянка. Капитан угрюмо уселся в "приёмной" у стола, вытянув длинные ноги. Харлен сунулся было вслед за лекарем, но, увидев Элину, как-то поник и бочком выбрался на улицу.
– Ты куда? – устало спросил Квэддо.
Харлен не ответил, лишь огорчённо махнул рукой. Снаружи его поджидал Акилла, и приятели вместе отправились в трактир за выпивкой.
Поллианна с убитым видом опустилась на стул напротив капитана. Квэддо чувствовал, что надо бы как-то приободрить девочку, но не мог подобрать подходящих слов.
– Капитан, – наконец решилась спросить Полянка, – а если дара Элина умрёт, что будет?
Квэддо с ужасом глянул в голубые глаза девушки. Если умрёт… Конец тогда его кондотте. На содержание этой весёлой банды требовалось целое состояние. Ни Квэддо, ни Харлен не имели понятия, как следует обращаться с казной, а Элина всё, к чему прикасалась, обращала в мешочки со звонкими монетами. Не станет Элины – разбегутся солдаты… И, честно говоря, бароном тогда Квэддо никогда не стать.
– Она не умрёт, – твёрдо ответил он Полянке, – вот увидишь.
Целую ночь хлопотали над Элиной Балим, его ученик и Малена. Квэддо следил за огнём в очаге, а Полянка время от времени грела воду. Под утро лекарь вышел из Элининой спальни и устало опустился на стул рядом с Квэддо. В ответ на вопросительно-тревожный взгляд дар Балим ухмыльнулся:
– Жить будет!
Полянка тихо пискнула от радости, а Квэддо, повернувшись к ней, торжествующе заявил:
– Вот видишь, я же тебе говорил!
Полянка налила горячего отвара лекарю. Тот отхлебнул, поморщился и заметил:
– Понадобится хороший уход и лечение. Я всё написал, ваша девочка обещала проследить. Толковая, кстати, девочка…
Малена, услышав похвалу из уст самого Балима, зарделась от удовольствия, однако следующая фраза заставила всех насторожиться:
– Счёт я пришлю попозже. И помни, капитан, ты обещал всё, что я попрошу!
Квэддо кивком подтвердил своё обещание, на том лекарь с учеником и откланялись. Элина спала. Дыхание её было неглубоким, но ровным. За время борьбы с болезнью Малена устала так, что её глаза сами собой закрывались. Её отправили спать на топчан в "приёмной", Полянка немного пошепталась там с подругой. Посекретничав всласть, девушки уснули в обнимку на топчане.
Глава 17
Квэддо решил посидеть у Элининой кровати. Глупо и счастливо улыбаясь, капитан кондотьеров разглядывал Элинино лицо. Конечно, Балим сдерёт три шкуры за лечение, да и бездна с ним, лишь бы Элина была жива. Она уж придумает, как рассчитаться с жадным медикусом. И хорошо, что здесь нет Рэйшена. Зачем тревожить больную? Да и чем бы помог этот баламут? Воюет он, вот и пусть себе воюет, это у него получается лучше всего.
Погрузившись в свои мысли, кондотьер не заметил, что лицо Элины исказилось, глаза распахнулись… Тяжко захрипев, больная попыталась подняться с подушек, а когда встревоженный Квэддо хотел уложить её поудобнее, попросту вцепилась в ворот его рубахи. Нехорошо так вцепилась, будто во врага. В тёмных глазах горела ненависть, которая придала Элине сил, так что Квэддо не сразу смог отцепить от себя Элинины пальцы.
– За что? Что с тобой? Эли, это же я, Квэддо, – лихорадочно шептал кондотьер, удерживая руки женщины.
Взгляд её постепенно прояснялся, ненависть угасла, и Квэддо отпустил её руки.
– Квэддо, ты? – хрипло спросила Элина.
– Конечно, я. А ты думала, кто здесь?
– Да так… Сон плохой приснился… Ты уж прости, это всё от болезни, наверное.
Квэддо протянул ей кружку с тёплым питьём, и Элина принялась жадно глотать его.
– Что тебе такое привиделось? – спросил капитан, забрав опустевшую кружку.
– Как жгут Примежье. И я знаю, кто это сделал! Вот окрепну – доберусь до него!
– И кто же этот гад? – Квэддо слабо улыбнулся, стараясь успокоить больную.
– Шахлай.
Улыбка слетела с капитанского лица. Это имя он прекрасно знал. Шахлай был правой рукой Руфуса, теперешнего барона Жадвильского, и командовал баронской гвардией. Добраться до Шахлая было практически невозможно, а уж расправиться… Квэддо только рукой махнул. Немыслимо!
– Не веришь? – правильно истолковала этот жест Элина. – Вот и посмотрим.
Элина пошла на поправку. Не так быстро, как ей хотелось, но с каждым днём болезнь отступала всё дальше. К сожалению, Элина стала видеть сны, яркие и тревожные, а иногда и вовсе жуткие. В этих снах Примежье горело снова и снова, инкуб Яшка падал наземь с разрубленной головой, Рута и Мятка умирали в страшных муках…
Кондотьеры постарше, те, кто прошёл войну, сразу смекнули, в чём дело, и горько завздыхали. Элина тоже сообразила, что за напасть прицепилась к ней. Это был банальный посттравматический синдром, и здесь помог бы хороший психотерапевт и его волшебные пилюли. Однако в Жадвиле (как и во всём королевстве) не было ни первого, ни второго.
Чтобы хоть как-то отвлечься от мрачных воспоминаний, Элина потихоньку принялась за работу: просматривала счета, письма и записки, принимала посетителей. Малена с Поллианной, по очереди ухаживающие за больной, смогли вернуться к себе. Элина же, оставшись одна, ударилась во все тяжкие: вместо травяных отваров пила вино, курила ароматные палочки. Сны отступали. Элина допоздна перебирала счета, небрежно покуривая, как вдруг ей на глаза попался небольшой клочок бумаги, исписанный неразборчивым почерком, а внизу… Внизу стояла трёхзначная сумма! Элина закашлялась, поперхнувшись дымом. Счёт был от Балима.
– Квэддо! Капитан! Срочное дело! – завопила женщина, выскочив на крыльцо.
В Военной Слободке тихо не бывало никогда, но Элина не сомневалась, что главарь кондотьеров её услышит, не
