Огни Авалона - Дмитрий Чайка
Бывшие модели поднимались по одной, протирая глаза, словно спросонья. Они, увидев, где находятся, сначала начинали истошно визжать, но тут же замолкали, застывая в ужасе. Пятачок и несколько хтонолосей, проявивших излишнее любопытство, тактично скрылись в зарослях, оставив нас с Хозяином одних.
— Ну что, прекрасные девы, — голос единорога прозвучал в наших головах. — Нити судьбы свели нас всех здесь, а всего несколько неожиданных стежков, которые привнес в их узор вот этот юноша…
— Мой парень! — громко заявила Карина, поглядывая на остальных девчонок крайне недоброжелательно.
— Ее парень, вне всякого сомнения, — покорно согласился Хозяин. — Так вот, эти несколько стежков сильно изменили общую картину. Вы должны были умереть, но остались живы. Я тоже в недалеком будущем должен был погибнуть, но вместо этого праздную победу. Для вас уже все закончилось, прекрасные девы. Дальше ваша судьба в ваших собственных руках. Идите к берегу, морозный шоколот вас уже заждался. Он злится. Он очень голодный.
— Да что тут происходит? — заскулили девчонки. — Мы где вообще? Как мы сюда попали? Мы же только что дома были!
— Вам все объяснят! — топнул копытом единорог, а зеленые змеи, минуту назад обвивавшие девушек, поползли к нему, перекачивая остатки жизни из лежавших на траве магов. На моих глазах древние старцы, которыми стали могущественнейшие из людей и эльфов, превратились в мумии и осыпались тончайшим пеплом, что был унесен внезапным порывом ветра.
— Нам пора! — я с сожалением поднялся, сбросив руку Карины, и поклонился сияющему новой силой единорогу. — Удачи тебе, Хозяин. Мы пойдем, и так уже изрядно тут задержались. Спасибо тебе за все!
— Воронежским привет от меня передавай, — сказал единорог. — Скажи, брякну им на днях. Сразу, как только с делами разберусь. Я тут под шумок еще землицы прихватил, освоить нужно. Да, забыл сказать! Все происходившее в моем лесу девушки тоже не вспомнят. Ни к чему им это знание.
Я еще раз поклонился, а вслед за мной поклонились и ошалевшие от всего происходящие девчонки. Они не дуры, живут ведь рядом с Хтонью. Понимают, кто с ними говорит. Мы побрели из лесу, и совсем скоро оказались у гор камня, которые напоминали все что угодно, но только не великолепный эльфийский замок. На руинах уже поселились молодые деревца, под ними вовсю благоденствовали кусты, а под кустами распустились необыкновенные цветы, сияющие неземным светом.
— Ой, какой красивенький! — сказала одна из девчонок и наклонилась, чтобы сорвать что-то.
— Замри, дура! — рявкнул я, и она застыла. — Медленно убрала руки и выпрямилась. Куда ты лезешь! Это же Хтонь! Тут тебя даже травинка убьет. А это Слепой фонарик. Только тронь его, и ты труп. Всем идти за мной, след в след, до самого кита.
Девушка всхлипнула и послушалась, и до берега моря мы шли в полной тишине. Только в самом конце пути Маринка, увидев раззявленную зубастую пасть, заплакала и заявила.
— Я туда не полезу! Ни за что на свете не полезу! Хоть убейте меня!
— Хрю!
Любопытный Пятачок, который увязался за нами, не смог сдержать эмоций, после чего школа моделей в полном составе ринулась в чрево шоколота, оглашая окрестности истошным визгом. Крылатый кабан в полтонны весом только мне казался мимимишным поросенком. Так-то это опаснейшая хтоническая тварь. И убить ее ничуть не легче, чем хтонолося. Автоматная пуля его точно не возьмет.
— Прощай, друг, — погладил я Пятачка по жесткой шерсти. — Спасибо тебе за все.
— Хрю! — сказал он, и в глазах его вдруг появилась необычная для дикого животного глубина и мудрость. — Иди, Вольт. Там только тебя и ждут. Прощай! — и он облизнул меня горячим шершавым языком.
— Значит, так! — хлопнул я в ладоши, зайдя во чрево кита. Мне нужно привлечь к себе всеобщее внимание. — Друзья! Мы идем до места назначения молча. Здесь никто ни с кем не знакомится. Здесь никто никому ничего не рассказывает. И здесь все друг друга забудут сразу же, как только сойдут на берег. Иначе вас, девочки, непременно собьет машина без номеров, а вас, молодые люди, накроют внезапной ковровой бомбардировкой.
— Капитально разложил, зеленый, — согласно кивнул Бабай. — Слышали? Я приказ подтверждаю. Все залепили дуло до конца поездки. Хорошо, тут плыть недолго. К утру будем на месте. Ты даже не представляешь, Вольт, на что способен этот плавучий холодильник.
Тут Бабай закатал рукав, обнажив такую же татуировку в виде черной точки, что и у меня, и нажал на нее несколько раз.
— Второй вызывает первого. Птички в рыбке. Рефрижератор идет полным ходом к месту разгрузки. Готовьте фуру.
Руку закололо иголками, и черная точка на моем предплечье растаяла без следа. Там остался только крест Бабая, елочка и ежик с топором, защищающий от ментальной магии. В голове моей билась гадостная мысль, от которой все в душе переворачивалось. Видимо, Бабая интересовали схожие проблемы, и он подсел ко мне.
— Как ты умудрился выжить, зеленый? — шепнул он. — Мне сначала показалось, что тебе билет в один конец выписали.
— Тебе не показалось, — мрачно сказал я. — Я должен был активировать негатор и доблестно сдохнуть. Я бы из Ильмарина сам, без помощи Хозяина, нипочем не выбрался. А кто в Москве на его помощь рассчитывал? Никто. Это ни в каком раскладе не звучало. А ты, Бабай, не задумывался, что и тебя в один конец послали? Сколько у тебя было шансов Ильмарин без помощи Хтони взять?
— Ноль, — скрипнул он зубами.
— Девчонки эти — наживка, — сказал я. — Все всё с самого начала знали, и все всё видели. Их просто использовали, чтобы пересчитать предателей. Только вот мы их не только пересчитали, но и истребили до последнего человека. А я совершенно не уверен, что это входило в планы ответственных товарищей из больших кабинетов. В этой истории слишком много грязи, братан. Есть те, кто искренне за свою страну борется, а есть те, кто этой операции изо всех сил помешать захотел. Ты знаешь, кому это нужно?
— Примерно представляю, — поморщился Бабай. — Государь Иоанн Иоаннович болел капитально. Царевичи между собой не воюют, а вот те, кто за спиной у них стоит, бьются насмерть. Особенно «федины» с «васиными»(1). Вставляют друг другу палки
