Битва за Москву - Михаил Дорин

чувствам.

— Может, ты и прав. Ненадолго, но чтоб была любовь, — сказал он.

Ростислав же молчал. Видно, что его эти разговоры заставили задуматься. Но не так уж и долго он соображал.

— Вот-вот, дядь Саш. Ко мне просто это чувство часто приходит. Вот прям вижу красивую девушку и… как «приходит» у меня, — посмеялся Ростик.

В это время дверь в кабинет кадровика открылась и к нам вышел майор с личными документами каждого.

— Так, товарищи командиры. Хорошо, что к нам прибыли опытные лётчики. Как раз у нас один полк требует новых командиров. Гаврилов?

— Я, майор Гаврилов.

Кадровик посмотрел на нашего старшего товарища и вручил ему документы.

— Александр Витальевич, вы назначены заместителем командира 126-го истребительного авиационного полка.

— Понял, — кивнул Гаврилов, посмотрев на меня.

Как бы мы теперь с ним однополчане. Так он ещё и заместитель Коровина теперь.

— Следующий… капитан Ростислав Васильевич Шадрин.

— Я, капитан Шадрин, — вытянулся Ростик.

— Угу, ну вы тоже отправляетесь в 126-й полк на должность командира эскадрильи. Там как раз одна из двух смешанная, а у вас есть опыт боёв на Як-1.

— Да. Ну не так уж и плохо, — сказал Шадрин. — А женского полка у вас нет?

Кадровик посмеялся и повертел головой.

— Будем иметь вас в виду при будущем формировании подобных частей. Может, у нас появятся и такие.

Ростислав немного повеселел от такого.

— Ну и старший лейтенант Михайлов Андрей Николаевич.

Кадровик посмотрел на меня и раскрыл документы.

— У вас отличные рекомендации. Лично разговаривал с подполковником Резниковым, и он о вас высокого мнения. Как и руководство страны, если судить по вашим наградам.

— Да, Алексей Семёнович у меня был командиром полка до моего ранения.

— Понятно. Что ж, тогда вы, как гласит предписание, направляетесь в 126-й полк. С одним «но» — принимайте командование 2-й эскадрильей.

Глава 22

Назначение командиром эскадрильи — хорошо. Но это ещё и показывает, насколько сложно сейчас с командирами в авиации.

Кадровик слегка улыбнулся и протянул мне документы.

— Поздравлять пока не буду. Сами понимаете, командовать звеном — это одно, а эскадрильей… Больше людей и больше ответственности.

«Не первый раз», — подумал я про себя, смотря в своё удостоверение, куда уже внесли запись о новой должности.

В своём прошлом командиром эскадрильи я был несколько лет. Но здесь, как говорится, «другое». Времени на раскачку, осмотр «владений» и близкое знакомство с личным составом нет совсем.

— Справитесь, Михайлов? — спросил у меня кадровик.

— А если скажу, что не справлюсь, переназначите? — улыбнулся я.

Кадровик посмеялся и пожал мне руку.

— Коллега! Слетаемся, Андрюха, — похлопал меня по плечу Ростик, пока майор из кадров 50-й армии ещё не отпустил мою ладонь.

— Ага. Ты только с ним не «залети» куда не надо. Пошли, Ростик, — буркнул Гаврилов и направился к выходу.

Ростик пошёл вслед за ним.

— Дядь Саш, да ладно тебе! Андрюха ж он серьёзный парень. Вон даже перед Катюшкой устоял. А она ему и пирожки, и массаж, и…

Ну затараторил, Ростислав!

— Я тебе за дядю Сашу сейчас уши оторву, — спокойно пригрозил Гаврилов капитану Шадрину.

Кадровик усмехнулся и отпустил мою руку.

— Весело у вас будет. Успехов тебе, командир.

— Спасибо, — ответил я и пошёл к двери из приёмной.

Гаврилов уже вышел в коридор, Ростислав просочился за ним, а вот я не успел.

В меня чуть не врезался Вася, который прилетел с нами из госпиталя. Он попросил прощения и прошёл дальше.

— Товарищ майор, разрешите обратиться? — вытянулся он перед кадровиком, пока тот не зашёл к себе в кабинет.

— Ну что тебе? Я уже вам всё сказал, сержант. Ждите назначения.

— Я хочу сейчас. На ЛаГГ-3 меня переучили… — сказал Василий, но кадровик его перебил.

— Да, только налёта у тебя на нём «с Гулькин нос». Не до тебя сейчас, сержант.

— Товарищ майор, на аэродроме целый истребительный полк на ЛаГГ-3, а вы мне ждать…

— Так, всё, выйдите отсюда, сержант! — повысил голос кадровик.

Видимо, Вася его и в прошлый раз уговаривал. Я уже собрался выйти, чтобы не мешать разговору, но тут майор из кадров рассказал весьма интересную историю этого Васи.

— Сержант, вот ты странный парень. Что у тебя написано? Сбил на ЛаГГ-3 один мессер, так?

— Да, товарищ майор. Я сбил ещё и на И-153 «Юнкерс» один. Получается, имею боевой опыт.

— Всё верно. Сбил ты пикирующий бомбардировщик когда? Правильно 30 июня, а потом получил небоевую травму. В тот же день. Это как называется?

— Товарищ майор, меня проверили. Никакого… этого… ущерба не было.

— Членовредительства, сержант. Компетентные органы не усмотрели в твоих действиях членовредительства, потому что просто не успели. Всё, иди давай! Утром придёшь.

Хм, интересный парень. Это ж какую надо было небоевую травму получить, чтобы столько лечиться? А главное, при каких обстоятельствах это произошло?

— Товарищ майор, ну сколько мне сидеть⁈ Я слышал, как вы же всех троих отправили в один полк. Так и я чем хуже?

Глаза кадровика от такого признания округлились.

— Да ты ещё и подслушиваешь! Сержант, пока я добрый, вали отсюда.

Вася опустил голову и развернулся в мою сторону. Раз парень смог сбивать самолёты и на «Чайке», и на ЛаГГ-3, то он просто «сокровище». Только вот, с какой же его травмой отправили в госпиталь?

— Товарищ майор, разрешите обратиться? — сказал я и вошёл в кабинет кадровика.

— Давай, Михайлов. Много времени на вас трачу, конечно. Говори, только побыстрее, — устало ответил кадровик.

— Ну, это уж от вас зависит. Разрешите, всё же, ходатайствовать за товарища сержанта по вопросу назначения в 126-й полк?

Майор закрыл дверь своего кабинета и подошёл ко мне ближе.

— Тебе он зачем? Мы вам в полк других пришлём. Вон у нас сейчас ещё одна группа из госпиталей летит, а ты себе этого… раздолбая берёшь.

— Думаю, я могу за него поручиться. Парень самолёты ведь сбивал и ещё собьёт. Медкомиссия к тому же его допустила. Зачем ждать пополнения, когда вот есть один человек на примете.

Кадровик прищурился, посмотрев на меня. Он собирался что-то сказать, но дверь в кабинет открылась и заглянул представитель оперативной группы с петлицами капитана.

— Резников на