Эволюционер из трущоб. Том 18 ФИНАЛ - Антон Панарин

Сердце ёкнуло. Значит, всё получилось? Шустро он.

— Благодарю. У вас полно дел, но вы не забыли о моей просьбе.

— Михаил Константинович, как можно? Вы спасли моего мальчика, а ещё и меня самого. Я вам по гроб жизни обязан. Служу роду!

Я положил трубку и потянулся к мане, призывая Снежану и Галину. Обе материализовались передо мной в своих привычных образах. Снежана — высокая, стройная, с ледяными волосами, в белом платье из инея и с пышной грудью. Галина — миниатюрная, с фиолетовыми глазами, волосами и четырьмя кристаллами, парящими над её головой. Они выжидающе смотрели на меня, не понимая, зачем я их призвал. Я сделал самое скорбное лицо, на какое только был способен, и печально произнёс:

— Девочки, с этого дня наши пути расходятся.

Снежана замерла, словно её ударили. Галина открыла рот, но не смогла вымолвить ни слова. Обе смотрели на меня с таким ужасом, словно я только что сообщил им о смертном приговоре. Я не выдержал и громко расхохотался. Держась за живот, я выдавил сквозь смех:

— Вы чего скукожились? Наоборот, радоваться надо! Идите за мной!

Не дожидаясь ответа, я потянулся к мане и открыл портал прямо в лабораторию Преображенского. Оказавшись в лаборатории, огляделся по сторонам. Повсюду бегали Мимо, копошась с пробирками и колбами. Они производили регенерационную эссенцию, стараясь делать это как можно быстрее.

Один из мимиков заметил Галину и радостно помахал ей рукой. В следующее мгновение сотни мимиков синхронно помахали ей, нелепо улыбаясь. Галина смущённо помахала в ответ. Я хлопнул в ладоши, привлекая внимание, и обратился в пустоту:

— Ну и куда нам идти?

Из-за стеллажа выполз небольшой роботизированный паук. Его металлические лапки цокали по полу, приближаясь ко мне. Остановившись у моих ботинок, он постучал одной лапкой по носку, привлекая внимание. Я присел на корточки и посмотрел на него.

— Ты покажешь путь?

Паук кивнул головой, насколько это было возможно для механического существа, и развернулся, направляясь вглубь лаборатории. Мы последовали за ним.

Коридоры сменялись один за другим, пока наконец мы не оказались в стерильно-белом помещении. Здесь стояли огромные колбы, каждая размером с человеческий рост. Они были заполнены зелёной жижей, которая тускло светилась в полумраке. Я насчитал три десятка таких колб и присвистнул. Мимо пробежал мимо меня, таща очередную партию пробирок с эссенцией. Я придержал его за руку и спросил:

— Скажи мне, что это не регенерационная эссенция?

Мимо развернулся, посмотрел на меня своими огромными глазами и кивнул.

— Вы правы, Михаил Константинович. Это она и есть.

Я выругался сквозь зубы.

— Вот же чёртов профессор! Теперь понятно, почему процесс производства эссенции такой медленный. Он ведь по триста литров, по меньшей мере, вливает в каждую из колб, а их тут три десятка!

Подсчитав в уме, я понял, сколько ресурсов ушло на этот проект. Девять тысяч литров регенерационной эссенции. Это же… Да тут же… Проклятье! Половину Империи можно было привить от некротического вируса! Я подошёл к ближайшей колбе и вгляделся в зелёную жижу. Там внутри плавал женский силуэт. Черты лица размыты, но общие очертания угадывались. Я обернулся к Снежане и поманил её рукой.

— Подойди ближе.

Снежана нерешительно шагнула вперёд. Она смотрела на колбу с опаской, не понимая, что я задумал. Протянула руку, и я нежно взял её за запястье. В следующее мгновение потянулся к связи, скрепляющей наши души — и разорвал. Снежана вскрикнула от боли, и её тело распалось в лучах света, растворяясь в воздухе. Галина ахнула от ужаса.

— Господин! Что вы наделали⁈

Я улыбнулся и указал рукой на колбу. Женщина внутри открыла глаза. Они были ярко-голубыми, как лёд. Снежана обрела новую оболочку. Живую и настоящую. Она начала стучать кулаками по стеклу, пытаясь вырваться наружу. Я подошёл к панели управления и нажал кнопку «Сброс». Зелёная жижа начала сливаться через трубки в нижней части колбы. Уровень жидкости быстро падал, обнажая тело Снежаны.

Когда жидкость ушла полностью, стеклянная дверца колбы с шипением открылась. Снежана вывалилась наружу, тяжело дыша. Она упала на четвереньки, кашляя и отплёвываясь от остатков эссенции. С трудом поднявшись на ноги, совершенно обнажённая, она широко распахнула глаза. Посмотрела на свои руки, провела ладонями по телу, словно не веря в реальность происходящего.

— Это что получается? — выдохнула она. — У меня теперь есть тело? Настоящее тело?

Я кивнул.

— Да. Теперь у тебя есть тело и возможность быть с Огнёвым в реальном мире, а не только в Чертогах Разума.

Снежана прикрыла рот рукой и разрыдалась. Слёзы текли по её щекам, смешиваясь с остатками зелёной жижи. Я не стал её трогать и дал время прийти в себя, а сам взял Галину за руку и повёл к другой колбе. Галина разинула рот от удивления, глядя на силуэт, плавающий внутри.

— А это… то, о чём я думаю?

Я улыбнулся.

— Да. Это твоя свобода.

Голос Гали дрожал, когда она заговорила:

— Спасибо, господин! Я буду верой и правдой…

Я прервал её, подняв руку.

— Ничего не обещай. Если всё пойдёт по моему плану, мы все будем жить долго и счастливо. А если нет, то вы с Мимо проведёте незабываемую неделю. Если повезёт, то месяц, а после мы все отправимся в могилу.

Галина сжала кулачки и закричала так громко, что по лаборатории разнеслось эхо:

— Галя гарантирует, что всё пойдёт по плану! Господин великий стратег! Главный межгалактический Кашевар Всея Руси! — её глаза озарила ярко-фиолетовая вспышка, заставив меня улыбнуться.

В следующее мгновение я разорвал нить, связывающую наши души, и перенаправил душу Гали прямиком в новое тело. Галина распалась на лучи света и растворилась в воздухе. Пока откачивали зелёную жижу из второй колбы, Мимо принёс два медицинских халата. Он смущённо протянул один Снежане, которая всё ещё стояла, стыдливо прикрываясь руками. Та с благодарностью приняла халат и быстро натянула его на себя.

В этот момент открыли вторую колбу. Галина, тяжело дыша, вывалилась наружу. Мимо заботливо накинул на неё второй халат, прежде чем она успела встать. Галя подняла голову и посмотрела на свои руки. Сероватая кожа изменила цвет, став розовой как у младенца. Теперь это была обычная человеческая плоть, тёплая и живая. И Мимо немедленно прижал её тонкую ладошку к своей щеке.

Я посмотрел на них обеих и удовлетворённо кивнул. Я всё делаю правильно. Нужно закончить все дела перед тем, как сражаться с Тузом Крестов, ведь из этой битвы я могу банально не вернуться. Кашлянув, я привлёк к себе внимание влюблённой парочки:

— Галя,