Мое вчера, его завтра - Марина Эльденберт
Чем она только думала?
Не своей хорошенькой головой точно. Наверное, задницей, на которую регулярно находила неприятности.
Я двигался интуитивно, подчиняясь звериному чутью, и оказался прав насчет неприятностей для Риванны. Потому что от картинки перед глазами, где Мират почт затолкал ее в лифт, во мне будто все взорвалось. Гнев хлестнул через край, словно извергнутая вулканом лава. Зверь требовал свою добычу, и когда девчонка оказалась в моих руках, я понял, что отпускать ее не намерен.
— Она моя, — прорычал я, готовый сражаться с любым, кто осмелится опровергнуть мои слова и мое право. Развеять этого любого в звездную пыль.
Лем это понял, поморщился, но вскинул руки, соглашаясь со мной и признавая право сильнейшего дракона.
— Хорошо-хорошо, — пробормотал он. — Может, в следующий раз…
— Забудь об этом и вали отсюда, — бросил я и внес Риванну в пространство вовремя открывшегося лифта.
Лифт за несколько секунд подбросил нас на третий этаж клуба: все это время девчонка отчаянно цеплялась за мои плечи, а я молчал. Потому что наследник драконьей династии не может потерять лицо и нарычать на источник прямо в коридоре. Это ниже его достоинства. Против установленных правил.
Но когда я внес Ри в пустую ВИП-комнату и поставил на ноги, все тщательно сдерживаемые чувства прорвались через мою оборону.
— Какого водрока ты здесь делаешь?! — прорычал я. — И что тебе не понятно в моих словах? Я же говорил, чтобы ты не ввязывалась в неприятности.
— Ай! — всхлипнула она, покачнулась на шпильках и упала в мои объятия.
Ее аромат, ее близость ударили по моим инстинктам сильнее чего-либо. Она запрокинула голову и посмотрела на меня тем самым взглядом, который я в последнее время искал в толпе. Который не мог забыть. Который мне снился почти каждую ночь.
И пробормотала:
— Я здесь из-за тебя.
23
Риванна
Моя нога решила, что с нее хватит, в самый ответственный момент. Просто дернула болью, и я полетела в объятия дракона. Со стороны, наверное, могло показаться, что я действительно такая, какой меня пытались представить Катэлла и Лем. Хотя Лем не пытался, он действительно считал, что я рисуюсь, что я…
Додумать у меня не вышло, потому что Кайрен сгреб мои волосы в горсть и поцеловал, и все мысли во мне кончились. Оборвались. Кажется, вместе с дыханием, со всеми серьезными мыслями, со всем, что… Что? Я мечтала об этом поцелуе в прошлом. Так долго представляла его, каким он мог бы быть, хотя знала, что он никогда не случится. И в этих мечтах Кайрен был невыносимо нежен, он целовал мои губы, а я таяла в его объятиях, во власти его прикосновений, сходя с ума от нашей близости.
Ничего из этого не сбылось. Потому что поцелуй дракона не был нежным, он был жестким, присваивающим и таким жарким, что от моих губ по всему телу, по сосудам побежал раскаляющий кровь жар. Я перестала быть Риванной Араи, я стала глиной в его руках, и даже сама не заметила, как обвила его плечи, обхватила бедра ногами, когда он подхватил меня под них, прижимая к стене.
В этом совершенно точно не было ничего нежного, потому что Кай глухо зарычал мне в губы, от жара его ладоней на коже расцветали ожоги, от поцелуев-укусов поверх словно заливали жидкое пламя. Я почувствовала его губы на своей груди, и меня выгнуло дугой прямо в его сильную, мощную грудь и каменный пресс.
Мой отклик словно окончательно лишил Кая рассудка, потому что, когда он на миг от меня оторвался, в его глазах вспыхивали искры, а лиловый цвет потемнел до черноты космических глубин.
— У тебя есть всего одно мгновение, чтобы меня остановить, — выдохнул он.
— Я не хочу тебя останавливать.
Мой ответ стал катализатором, разрушившим последнюю преграду между нами. Мое платье и так уже задралось дальше некуда, и, когда Кай опустил взгляд, опалив им кожу моих бедер, я словно вспыхнула изнутри.
Щелкнула пряжка ремня, и он одним движением соединил наши тела, снова заставив меня вскрикнуть от боли. В моем прошлом у меня никого не было, а впрочем, никого не было и в моем настоящем, и в будущем…
Всегда был только он. Но я, разумеется, не могла сказать ему этого, вцепившись пальцами в его плечи, привыкая к дикому, странному, болезненному и в то же время такому желанному ощущению единения с ним.
— Что ты со мной делаешь, Риванна?! — хрипло выдохнул он и тут же снова втянул воздух, внезапно сгустившийся между нами. Словно пытался осязать нашу близость, ее аромат.
Я понемногу привыкала к затихающей пульсации боли внутри, расслабляясь, и Кай это почувствовал. Потому что наклонился к самой моей шее, к пульсирующей жилке, прихватывая ее губами, и двигаясь вперед.
А после назад.
И снова вперед.
Я не верила даже в наш поцелуй, что уж говорить о близости. Поэтому то, что между нами происходило, вытряхивало меня на острие чувств. Во мне будто повернули десятикратный усилитель всего, что я могла бы испытать, и каждое движение заставляло меня вздрагивать, принимая его в себя. Срывало с губ хриплые стоны, которые я совершенно не сдерживала.
Никогда бы не могла подумать, что мой первый раз будет таким…
Желанным.
Чувственным.
Таким откровенным и сокровенным.
Настолько непохожим на все идеальные девичьи мечты и все же моим идеальным. Идеальным для меня.
— А-а-ах-х-х… — выдохнула я, когда он, наращивая темп, сжал пальцы на чувствительной груди, собрав ее в комочек под искрящейся тканью платья.
И вспышка, по сравнению с которой даже закатная Спираль показалась бы жалкой тусклой лампочкой, полыхнула перед глазами в то же мгновение, когда по телу прокатилась волна ни с чем не сравнимого удовольствия. Ноздри Кая снова шевельнулись, а потом он резко содрогнулся, и я снова почувствовала пульсацию внутри.
На этот раз его, и, когда он выдохнул хриплый стон-рычание, вцепившись зубами в нежную кожу моего плеча, я закричала тоже. Кажется, в ВИП-кабинетах должна была быть хорошая звукоизоляция, как раз на такие случаи, но… но для меня, здесь, это было слишком громко.
Кайрен судорожно вздохнул, освобождая
