Эволюционер из трущоб. Том 18 ФИНАЛ - Антон Панарин
— Ваше превосходительство. Доклад с полей боя. На японские острова в общей сложности высадились двести тысяч мертвецов. Заразили около миллиона граждан. Однако сейчас все заражённые убиты… — советник покосился на Азраила и добавил. — Этим существом. Остались лишь скелеты и гули, но их не более пяти тысяч особей. Совместно с азиатской коалицией их добивают прямо сейчас.
Сёгун облегчённо выдохнул:
— Мы помолимся за погибших, но то, что вторжение практически отражено — это прекрасные новости.
Советники поклонились и молча ушли. Сёгун достал из складок кимоно небольшую деревянную печать. Квадратная резная деревяшка, покрытая иероглифами. Он протянул её мне, держа обеими руками:
— Печать рода Токугава. Знак вечной дружбы. Если потребуется помощь вам или вашей Империи, можете в любой момент потребовать вернуть долг. И кто бы ни был в тот момент сёгуном, он придёт на помощь. Клянусь честью рода.
Я принял печать и поклонился в ответ:
— Благодарю. Но надеюсь, тёмные времена для меня и моей Империи не настанут. А точнее, мы их завершим в ближайшее время. Однако я ценю ваш жест.
Сёгун улыбнулся:
— Удачи вам, Великий Кашевар. Пусть боги хранят вас и ваших друзей в бою.
— Так и будет, — произнёс я, доставая из пространственного кармана телепортационную костяшку.
Азраил спрыгнул с перил, отчего балкон заскрежетал под нашими ногами, но выстоял. Серый и Леший подошли ближе и положили руки на моё плечо, а я коснулся морды Азраила и активировал костяшку. Спустя мгновение мы материализовались в Хабаровске. На центральной площади, неподалёку от Императорского дворца.
Не успели мы перевести дух, как к нам подбежал посыльный. Молодой парень лет двадцати, в форме гвардейца, запыхавшийся, красный от напряжения.
— Михаил Константинович! — выкрикнул он, отдавая честь. — Вам приказано срочно явиться во дворец!
Я приподнял бровь:
— Срочно? Меня не было меньше суток, и уже что-то стряслось?
Посыльный кивнул, не переводя дыхания:
— Так точно! Его величество велел немедленно прибыть! Дело государственной важности!
Я вздохнул и махнул рукой:
— Хотел принять душ, но видимо, не судьба. Веди, служивый.
Мы двинулись в сторону дворца. Серый шёл слева, Леший справа, Азраил трусил сзади, оставляя на брусчатке следы когтей. Леший первым нарушил тишину, широко улыбаясь:
— Миха, думаешь, Артёмка соскучился? Может, хочет обнять братишку и вручить орден за заслуги перед отечеством?
Я фыркнул:
— Ага, конечно. Скорее, хочет вручить мне новую невероятно важную задачу, от которой нельзя отказаться, и которую нужно выполнить прямо здесь и сейчас.
Серый усмехнулся:
— В чудесные времена живём. Сплошная срочность.
Мы дошли до дворца, поднялись по ступенькам и вошли внутрь, оставив Азраила на улице. Он вымахал таким громадиной, что при всём желании не сможет протиснуться в коридор, который казался крошечным в сравнении с драконом. Добравшись до тронного зала, я толкнул дверь и вошел внутрь. Створка распахнулась и ударилась о стену, я же торжественно раскинул руки в стороны и заявил:
— Встречайте спасителей рода человеческого! — Придворные и советник, стоящий рядом с Артёмом, никак не отреагировали, а я продолжил браваду. — Не стоит аплодировать. Мы лишь выполняли свой долг.
Артём сидел на троне, окружённый советниками. И выглядел он весьма удручённым. Увидев нас, он махнул рукой, прогоняя придворных:
— Оставьте нас.
Советники поклонились и поспешно вышли, закрыв за собой дверь. Я подошёл ближе и скептически приподнял бровь:
— Рассказывай, что случилось? Меня не было всего сутки, а Империя уже разваливается на части?
Артём не улыбнулся. Сжал подлокотники трона так, что пальцы побелели, и посмотрел мне в глаза:
— У тебя невероятно искромётный юмор, над которым я посмеялся бы, если бы Карим и Валет Бубнов не сравняли с землёй ещё пять городов.
Улыбка мигом сошла с моего лица:
— Пять? За десять часов?
Артём кивнул и стал перечислять:
— Армавир. Тихорецк. Кропоткин. Славянск-на-Кубани. Ейск. Все стёрты с лица земли. По донесениям разведчиков, Валет пытается сбежать от Карима. Но Карим не отпускает, заставляет его сражаться. Чёртовы чудовища никак не прикончат друг друга, но при этом с лёгкостью разрушают всё на сотни километров вокруг.
Я потёр виски и вздохнул:
— Понятно. В таком случае прямо сейчас их и угомоню.
Артём приподнял бровь:
— И каким же образом?
— Что-нибудь придумаю, — уклончиво ответил я и пожал плечами.
Артём нахмурился, сложив руки на груди:
— Возьми с собой абсолютов. Или хотя бы полк магистров. Карим и Валет Бубнов — настоящие чудовища. Один ты точно не справишься.
Я отмахнулся:
— Ага. Обязательно возьму их с собой, если решу устроить братскую могилу.
Артём открыл рот, собираясь возразить. Но я достал из кармана телепортационную костяшку и активировал её. Последнее, что я услышал, так это:
— Михаил, стой! — крикнул Артём, вскакивая с трона.
Вот только я уже не стоял, а летел, преодолевая тысячи километров, прямиком в разрушенный Краснодар. Благо телепортационную плиту, созданную мной, ещё никто не разрушил. Прекрасное место. Повсюду руины. Дымящиеся кратеры, земля изрыта траншеями. Тут до сих пор пахло кровью и гарью.
Вдали послышались множественные взрывы. Грохот такой силы, что даже земля затряслась. Готов спорить, это Карим и Валет Бубнов буянят. Вздохнув, я потянулся к мане.
— Как там говорят? За одного небитого двух битых дают? Или наоборот? Впрочем, не важно. Пора надрать задницы этим дикарям.
Я сорвался с места и помчался на звуки боя.
Глава 9
Триста километров от Берингова пролива.
Невероятное полчище мертвецов маршировало по заснеженной пустоши. Армия разрослась до чудовищных размеров. Десятки миллионов воинов.
Туз Крестов воскрешал всё, что встречал на пути. Скелеты разломных тварей шагают вместе с человеческими трупами. Костяные медведи размером с бронетранспортёр, волчьи стаи из сотен особей, птеросы с размахом крыльев в двадцать метров. Даже останки древних чудовищ, покоившиеся в вечной мерзлоте тысячи лет, поднялись и присоединились к армии.
В середине армии на полусгнившем буром медведе восседает сам Туз Крестов. Иссушенный старик в рваном балахоне, за спиной посох с человеческим черепом. Подняв руку вверх, он сжал кулак, приказывая всем остановиться. Легионы моментально повиновались его воле. Миллионы ног застыли одновременно. Лязг доспехов затих. Клацанье челюстей прекратилось. Наступила жуткая тишина.
Туз Крестов нахмурился и посмотрел вдаль, бубня себе под нос:
— Чую ману. Слабую, едва уловимую, но она повсюду… Что-то не так…
Замолчав, он почесал подбородок костлявыми пальцами и расплылся в широкой улыбке, а после махнул рукой:
— А, без разницы. Всё равно я уже мёртв! То что мертво, второй раз не убить.
Вскочив на ноги, он встал в полный рост на спине медведя. Поднял посох высоко над головой и заорал во весь
