Эволюционер из трущоб. Том 18 ФИНАЛ - Антон Панарин
Сотня воинов выстроились стеной, подняли щиты и двинулись вперёд. Артефактные доспехи светились синими рунами. На плечах шевроны с флагами конфедерации.
Я хищно улыбнулся, чувствуя, что сейчас станет весело, и вытер кровь, сочащуюся из виска, зараза. Регенерация начинает замедляться из-за обилия полученных ран. Я так голоден, что готов сожрать любого из этих мертвяков. Вот только перекусить мне никто не даст. Против обычной нежити я ещё выстою часок-другой, но против строя рыцарей смерти в узком проходе… Чем вообще занимается Ле…
За стеной слева взорвался луч золотого света. Ослепительный и жгучий, как солнце. Луч испепелил несколько сотен покойников, и через расчищенный путь в бой влетел Леший. Лицо залито кровью, грудь рассечена в нескольких местах, а в руках два кинжала, светящиеся ярко-белым.
Со спины он врезался в строй рыцарей смерти и стал методично вырезать их одного за другим. Замахнулся, ударил кинжалом в сочленение брони на шее и оторвал голову. Вогнал сталь между лопаток, пробивая некротическое ядро, заставив рыцаря взорваться, разметав доспехи по всей округе.
Леший крутился как волчок, резал, колол и смеялся как умалишенный. Кинжалы мелькали так быстро, что я едва замечал их движение. Каждый удар — убитый рыцарь. Каждый взмах — расколотый доспех. Артефактная сталь, напитанная некротикой, не защищала от клинков света. Они прорезали её, словно бумагу.
Я рванул ему навстречу, развеяв Косу Тьмы, и принялся крошить черепа голыми руками. Хруст, скрежет металла, вой гибнущей нежити — всё слилось в безумную какофонию, от которой резало уши и болела голова.
Я даже не могу сказать, сколько раз меня ранили. Может, двадцать, а может, сотню. Кислотная кровь растворяла сталь, регенерация, пусть и медленно, но сращивала мою плоть. В какой-то момент я даже успел призвать шоколадный батончик и закинуть его в себя вместе с упаковкой. Жевать целлофан — то ещё удовольствие, но регенерация требует жертв.
Постепенно напор начал слабеть. Мертвецов становилось всё меньше. Они больше не неслись толпой, а шли разрозненно, по одному, по двое. А вскоре всё и вовсе затихло. Лишь на окраине Токио продолжали греметь выстрелы и взрывы от заклинаний.
Я стоял тяжело дыша, упираясь руками в колени. Леший присел на корточки, убрав кинжалы в ножны. Мы переглянулись и устало улыбнулись.
— Справились, — выдохнул Леший.
— Справились, — подтвердил я и спросил, осматриваясь по сторонам. — А где лысый?
В этот момент над дворцом взметнулись флаги. Красные с золотой хризантемой — символ сёгуна. Загудели трубы, возвещая победу. Самураи закричали «Банзай!» и подняли оружие вверх. Маги обнимались, священники упали на колени, благодаря богов за то, что даровали спасение. Токио устоял.
Я обернулся и заметил, что из-за спин самураев вышла процессия. Впереди шли телохранители. Шестеро бойцов, одетые в чёрные хаори, с мечами на поясах. За ними сёгун. Мужчина лет пятидесяти. Высокий, худощавый, с волосами, убранными в строгий узел. Лицо усталое, но гордое. Одет в церемониальное кимоно, белое с красными журавлями, перевязанное широким поясом. В руках он сжимал веер.
Процессия остановилась передо мной, после чего сёгун сделал глубокий церемониальный поклон. Настолько низкий, что спина согнулась параллельно земле. Выпрямившись, он посмотрел мне в глаза.
— Так вот какой вы, Великий Кашевар.
Глава 8
В глазах Сёгуна я увидел всю хитрость этого мира, а может, это был просто такой разрез глаз. Я улыбнулся и развеял Косу Тьмы. Вытер кровь с лица и пожав плечами, спросил:
— Вживую выгляжу не так впечатляюще, да?
Сёгун приподнял бровь. Уголки губ дрогнули, намекая на улыбку, но он ответил в стиле Шульмана:
— Напротив. Впечатляете даже больше, чем по рассказам. Благодарю за то, что прибыл на наш зов и спас Токио. Спас меня лично. Япония в неоплатном долгу.
Леший подошёл, встал рядом и скрестил руки на груди:
— Вообще-то, ваши самураи тоже доблестно сражались. Особенно те, что какую-то хрень из света слепили. Выглядело потрясающе.
Сёгун прыснул со смеху и поправил моего бестолкового друга.
— Полагаю, вы говорите о Кирине? Да. Священный зверь защищал нас во все времена. А мои самураи, хоть и бились доблестно, но всё равно были бы обречены на поражение, если бы вы не пришли.
— Есть такое дело, — самодовольно кивнул Леший, а я взглядом попросил его заткнуться. — Прости, — буркнул Лёха и отступил на шаг назад.
Сёгун снова посмотрела на меня:
— Великий Кашевар. Позвольте узнать ваше настоящее имя. Чтобы я знал, кому обязан жизнью.
— Михаил Константинович Архаров.
Сёгун склонил голову, прикрыв рот веером:
— Архаров? Так это вы совсем недавно захватили власть в Российской Империи?
— Скорее, сместил самодура и посадил на трон поистине талантливого правителя, — поправил его я.
— Да. Я слышал, как ваш новый Император отшил китайцев. Хи-хи. Это было восхитительно.
— Я думал, вы союзники.
— Всё верно. Пока есть общая угроза, мы союзники, а как только угроза исчезнет, мы снова продолжим грызть друг другу глотки в попытке поделить Азию, — кивнул Сёгун.
— Вы весьма откровенны. Я это ценю.
— А как иначе можно говорить с тем, кто даровал тебе шанс дожить до утра? — спросил Сёгун и продолжил. — Михаил-сан. Япония не забудет вашего подвига. Если потребуется помощь, обращайся. Мы в неоплатном долгу.
— Вообще-то ваш долг весьма оплатен. Что насчёт обещанной награды? — перешел я к делу.
— Ах, да, — с неким разочарованием проговорил сёгун, который явно хотел меня умаслить речами, заставив забыть об оплате, но не вышло. — Прошу за мной.
— Обязательно, только… — я хотел сказать, что «дайте минутку на поиски Серого», но он тут же появился рядом.
Правое плечо рассечено до кости, но уже заживает, лицо залито кровью, а ещё он улыбался как умалишенный.
— Мирняк спасён, — доложил он.
Увидев Серого, телохранители сёгуна напряглись, но я поднял руку и похлопал друга по плечу.
— Отличная работа.
Сёгун осмотрел Серого с головы до ног, он был грязный как чёрт — вся одежда заляпана потрохами мертвяков — и вонял он примерзейше. Но Сёгун на то и сёгун, чтобы сдерживать свои эмоции, он улыбнулся и, слегка поклонившись, повторил:
— Следуйте за мной, великие воители.
Нас провели внутрь дворца через главные ворота, украшенные золотыми драконами. Самураи выстроились по обе стороны, отдавая честь. Слуги в церемониальных кимоно кланялись так низко, что лбы касались пола.
Сёгун шел впереди, телохранители за его спиной. Мы с Лешим и Серым следовали за ним, оглядываясь по сторонам. Дворец был великолепен. Лакированные полы, расписные стены, потолки украшены золотом.
