Кудей - Дмитрий Васильевич Колесников

В левой руке он держал отраву, а правая упёрлась в колено, над которым нависла рукоять кинжала. Я вдруг вспомнила, как Семён с восхищением рассказывал, как Кудей «вскрыл» какого-то поляка, и как бежала кровь из рассечённого горла арабского воина. Вот же урод! А я дура! Надо было сразу насторожиться, с того самого момента, как он стал называть меня просто по имени.

Что делать, что делать? Бежать? Он сильнее и быстрее меня, догонит. Драться? Очень смешно. Взять зелье и разбить его об камень? Эдак он меня точно прирежет.

— Другого варианта нет, — Кудей свернул крышку пузырька и протянул его мне. — Да, ты можешь умереть от такой дозы, но я постараюсь этого не допустить. Пей, Кара.

Открытый флакон оказался перед лицом, в нос ударил едкий травянистый запах. Кудей молча сверлил меня взглядом, я молча плакала. Су-ка! Не хочу-у! Не хочу сдохнуть вот так, в какой-то дыре, даже не помня всего, что со мной произошло!

Я закрыла глаза, нащупала склянку, и вылила Зелье Забвения в рот. Сделала глоток, передёрнувшись, словно жахнула водку в первый раз. Жидкость холодным комком скатилась по пищеводу, а потом мягкой волной поднялась обратно. Голова закружилась, земля качнулась вправо, влево…

— Вот так, — донёсся далёкий голос. — Вот и хорошо. Спи…

* * *

В небольшой роще, где Степь вплотную подходит к Лесу, в дне пути от реки Солёной, расположился небольшой караван. Лошадей было с десяток, часть из них использовалась, как вьючные, другие были предназначены для перевозки всадников. Впрочем, сейчас сёдла и поклажа лежали горкой на траве рядом с небольшим костерком, над которым булькал котелок с варевом, и кучкой одеял, укрывавших лежащее на заботливо подстеленной конской попоне человеческое тело.

Над полянкой разносился аромат наваристой похлёбки, которую помешивал длинной деревянной ложкой молодой парень. Был он одет в дорожную одежду, длинные его волосы были покрыты светлым платком, завязанным на затылке на манер банданы. На поясе с одной стороны висел кинжал, а сабля, узкая и длинная, в простых ножнах, лежала на одном из тюков, рядом с трабуко, чей расширенный ствол смотрел в вечернее небо. Костёр давал совсем мало огня, и ещё меньше дыма, и тем не менее, над поляной стоял отчётливый запах гари, какой бывает после пожара.

— Ммм… — раздался тихий приглушённый стон.

Куча одеял шевельнулась, лежащий под ними человек заворочался, просыпаясь, а потом неуверенными движениями откинул покрывала и медленно сел, оглядываясь вокруг. Это оказалась девушка, на вид лет двадцати или чуть меньше. Телом она была довольно крепка, но голова, покрытая лишь светлым ёжиком слегка отросших волос, бледность кожи и круги под глазами наводили на мысль о тяжёлой болезни, которую перенесла стриженная.

Девушка оглядела обстановку непонимающим взглядом, а потом остановила его на невозмутимом парне, который как раз пробовал похлёбку, усиленно дуя в деревянную ложку, держа её перед губами.

— Вроде готово, — сообщил парень, прожевав пробную порцию. — Ты как, есть хочешь?

— Не знаю, — медленно ответила девушка и провела по голове ладонью. — Где я?

— Здесь, — информативно ответил парень, снимая котелок с огня и пристроив его на ствол поваленного дерева. — Тарелок нет, так что придётся хлебать так. Ложка у тебя есть?

— Ложка? — всё так же заторможенно переспросила девушка, продолжая ощупывать голову. — Должна быть, я думаю.

— Если должна, так поищи, — посоветовал повар, указывая на объёмистую суму, лежащую рядом с девушкой.

Та освободила себя от одеял и принялась ощупывать, словно пытаясь убедиться, что с ней всё в порядке. Парень терпеливо ждал, не выказывая беспокойства, лишь неотрывно глядел на неё тёмными внимательными глазами.

Девушка закончила с осмотром и попробовала встать. У неё это получилось, хотя заметно было, что от слабости стоит она неуверенно.

— Я сейчас, — пробормотала больная и направилась в сторону густого кустарника.

Парень пожал плечами и принялся сервировать импровизированный стол. Из сумки были извлечены краюха хлеба, которую он тут же нарезал, пара огурцов и четыре варёных яйца. Парень откупорил объёмную флягу, принюхался, довольно кивнул и достал две простенькие чаши, вырезанные из дерева. Поставил их на «стол» и налил красную жидкость, пахнущую виноградом.

К тому времени, как закончил, вернулась стриженная. Она молча села на приставленное поближе седло, притянула сумку и начала исследовать её содержимое в поисках ложки. Ложка обнаружилась в боковом кармашке, вместе с вилкой и двумя плотно закрытыми баночками. В одной оказалась соль, а в другой — перец. Баночки, как и ложка с вилкой, были из светлого металла, с лиственным орнаментом на боковинах.

— Это серебро? — спросила девушка в пустоту.

— Похоже на то, — согласился парень. — Ты это, ешь давай, а то тебя ветром шатает.

— Знаешь, чей это герб? — спросила девушка, продемонстрировав боковину солонки, на которой была гравировка рыцарского щита, разделённого вертикально надвое. На одной стороне щита было изображение булавы, а на другой — гроздь винограда. Поверх дугой шла надпись, исполненная латинскими буквами.

— Ну-ка? — парень взял солонку, изучил её, и вернул обратно. — Это не из наших. Гишпанский, либо италийский. Надпись на латыни, переводится, как «сила и власть». Герб простой, стало быть, принадлежит какой-то старой фамилии. Но короны нет, так что это не герцогский род, и даже не баронский. Возможно, какой-то попаданец из первых. Дорогая вещица, лет двести назад сделанная.

— Дорогая? — слегка оживилась девушка.

— Серебро, да ещё с гербом, — кивнул парень. — Возможно, с историей.

— У меня тут целый набор, оказывается, — похвасталась стриженная, и вытащила кубок, украшенный таким же гербом. — О, да тут и тарелки есть, и и ещё бокалы!

— У тебя вообще много ценного барахла, — заметил парень, опуская свою деревянную ложку в котелок. — Ты есть собираешься, сорока, или так и будешь блестяшки свои перебирать?

— Собираюсь, — согласилась девушка, вооружившись серебряной ложкой из набора. — И ничего я не сорока! Просто пытаюсь сообразить, что и как. Ничего не помню, кто я, как тут оказалась… Вот, например, ты кто?

— Я Иван, — сообщил парень. — А ты Крыгина Карина Александровна, попаданка.

— Карина? — задумалась девушка, а потом закивала. — Да, точно, Карина.

— Вспомнила?

— Ага. А ты меня откуда знаешь?

— Так наставник весточку прислал, — пояснил Иван. — Просил прибыть сюда, и про спутницу, тебя то есть, всё