Тропою волков - Анна Хисматуллина
- Как же ты так, неосторожно? - она отряхнула перепуганную девушку, приветливо улыбнулась. - Меня Живушкой кличут. Иду себе мимо, грибочков к обеду насобирать, слышу - будто плачет кто! Это хорошо, я ученая, могу живого человека от призрака по голосу отличить, а так бы и близко не подошла! - Спасибо, славная Живушка, - старательно выговорила по-словенски Ишка и даже поклонилась. - Смелая ты! А меня Ишкой звать... - Ты тоже не из робких, раз по лесу одна гуляешь! - засмеялась Живушка. - Или от своих отбилась? Ответить Ишка не успела - на поляну вышел громадный волк с серовато-бурой шерстью. Она пискнула со страху.
- Не бойся, хорошая, не тронет! - засмеялась статная красавица и похлопала волка по плечу. Тот довольно заурчал, снисходительно глядя на дрожащую девчонку. Но в следующий миг его тело напряглось, шерсть встала дыбом, а из горла вырвался низкий угрожающий вой. Черный пес стрелой вылетел на поляну, встал между Ишкой и огромным волком. Глаза пылали отчаянной решимостью, нос сморщился, обнажая длинные острые клыки. Живушка вздрогнула, шагнула назад, за бурого. Оба зверя с лютой ненавистью смотрели друг на друга, и в скрещенных клинками взглядах читалось обещание смерти.
Бурый не утерпел - первым прыгнул вперед, прижимая Брыську к земле. Тот извернулся ужом и впился зубами в переднюю лапу, чуть выше старого, плохо зажившего следа от укуса. Волк взвыл и. ухватив черного зубами, швырнул о дерево. Потом бросился на оглушенного врага, собираясь добить, пока не очнулся.
- Стой, не трожь его! Не трожь! Пошел вон! Ишка храбро стояла перед вздыбившимся волком и сжимала в руке колючую ветку. Этой же веткой она хлестнула бурого по носу, заставив отпрянуть. - Пошел, уходи! - повторила она, уже на своем родном языке. - Убирайся! Брыська за ее спиной зло заворчал, с трудом поднялся на лапы. Толкнул девчонку мордой в спину: уходи, мол!
- Нет! Он тебя убьет! - девчонка сердито топнула ногой в кожаном башмачке. - Беги, а я его отвлеку! Волк склонил голову на бок, любопытно разглядывая отважную малявку с веткой. Потом перевл взгляд на черного и снова угрожающе завыл. - Чуж, назад! - неожиданно вмешалась высокая красавица, и, подойдя ближе, обняла волка за шею. - Это ее собака, понимаешь? - И вовсе он не собака, - обиделась Ишка, тоже ласково поглаживая друга по плечу. Тот сердито посмотрел на нее, но потом лизнул в шею.
- А кто же? - удивилась Живушка, приглядываясь к черному псу. Он смутно напоминал ей тех чернохвостых тварей, некогда хозяйничавших в Хорошейке. А еще, не так давно, на них с Чужем напали точно такие же. Но они все были рыжие и в черных пятнах, а этот - чистый уголек! Вместо ответа чужак поднялся на ноги и, прижимая к себе похожую на сердитого воробышка девчонку, улыбнулся: - Меня Брыськой кличут, а эту храбрую дурочку - Ишштарви! Уйти-то, живыми, дадите, али как? Девчонки растерянно переглянулись.
Пока травяной отвар кипел в котелке, источая пряный запах меда и цветов,четверо сидели вокруг костра. Каждому было, что поведать. Судьба у девчонок оказалась очень похожей. На родную деревню Ишштарви, как и на поселение Живушки, однажды напал разбойничий отряд. Деревню разорили, жителей перебили, или взяли в рабство, уходя, сожгли все напрочь. Ишштарви не повезло - будучи очень хорошенькой, она все же не тянула на первую красавицу села.
Поэтому ее не сочли особо ценным товаром. Несчастная девушка переходила из рук в руки, пока не случился злополучный шторм, вдребезги разбивший тугорский корабль. Живушка тоже поведала о сожженной дотла Хорошейке, своем спасении из рук бандитов, упомянула и рыжего разбойника, лишившего жизни добрую тетушку Ветлу.
- Стежком его кликали, - вспомнила девушка. - Еще улыбка такая, щербатая... Брыська неожиданно вздрогнул. В глазах зажглись желтые звериные огоньки. Но это заметил только Чуж, внимательно наблюдавший за кровным врагом. Потом Жива рассказала о странном видении, явившемся им с Чужем после драки с чернохвостыми, и жутком существе, будто целиком сплетенном из древесной коры.
- Он говорил, мир еще не поздно вернуть на круги своя, - припомнила Жива. - Но я не поняла, как это! Внезапно Чуж вскочил на лапы и глухо, страшно зарычал. Брыська последовал его примеру, вмиг сменив ипостась на звериную. На полянку неторопливо, один за другим, выходили худые волки с пятнистыми шкурами. Их было не меньше трех десятков - желтые глаза горели злыми огоньками. Девчонки в страхе прижались друг к другу. А неподалеку, возле большой березы стоял, прислонившись спиной к стволу, рыжий паренек...
Глава 42. На круги своя...
Тело земли покрывалось кипящими язвами, небеса брызгали горячей кровью, черные реки с ревом выходили из берегов и убивали все живое на своем пути. А сверху, вместо привычного ласкового солнца, неотрывно смотрел громадный зеленый глаз... - Колдун, эй! Проснись! Знакомый голос вывел из тумана страшных видений. Водан разлепил веки, чтобы увидеть сердитое лицо тугора прямо у своего носа.
- Ты вообще спать умеешь без этих своих видений и воплей? Всю дичь в округе распугал, недотепа! - Сагир мрачно потянулся за котелком, в котором уже кипело ароматное хлебово. Водан попытался вспомнить свой сон. Зеленый глаз в небе... кто-то уже рассказывал ему о мире, где реки чернее ночи, а дожди идут кровью? - Колдун, ты как-то говорил, что не волхв - а чего колдуешь тогда? - поинтересовался тугор, дожевывая нехитрую снедь. - и выходит ведь!
Рысь, успевшая поймать себе кролика и сытно поесть, довольно умывалась возле костра. Водан погладил ее по спине: - Я не прошел нужный обряд - незадолго до этого в соседней деревне случился пожар. Много народу погибло, а вместе с ними - мой наставник, пытавшийся спасти как можно больше людей. Я не успел ему на помощь. Плохой из меня волхв вышел, - пожал плечами беловолосый. - Но иногда я думаю, что старик и не хотел делать из меня истинного волхва.
Просто пожалел глупого слепого мальчишку. - А, так, ты был еще и слепой? - заинтересовался тугор. -
