Эволюция Генри 5 - Владимир Алексеевич Ильин
— Про двоих знаю, — осторожно кивнул я.
— Все трое! Ни у кого нет прав! Нет никакой измены, чтобы им противостоять! С вашим Реликтом, при поддержке моих знакомых — мы выдвинем вперед настоящих людей! Вице-президентов! И они будут нам — вам, Генрих — искренне благодарны!
— И что изменится? — Задавил я вспыхнувшую надежду.
— Как — что⁈ Изменятся денежные и властные потоки! В вашу сторону, Генрих!
— И только?..
— А чего бы вы хотели?
— Борьбу с Бедой…
— Боюсь, у идеалистов не бывает денег, — вымученно улыбнулся Фипс. — Но, конечно, вы можете потребовать, чтобы жизнь людей сделали лучше! Я — честный торговец, мистер Генрих.
— Генри. Просто Генри.
— Я честный торговец, Генри. И я хороший торговец! Уверен, если вы сформулируете ваши пожелания, я добьюсь того, чтобы все остались довольны.
— И какой же ваш интерес?
— Небольшой, — обрадованный, что я не улетаю, закивал Колин. — Фактически, мне нужна бумажка от новоизбранного президента. Один документ.
— Ну же?
— Признание меня королем.
Я невольно расхохотался, глядя на мужчину в рванье, с замызганными волосами.
— Простите, Фипс, уж больно у вас стал мечтательным взгляд.
— Каждый имеет право на мечту. — Построжел он. — А я, уж поверьте, прошел к ней почти до конца. Пусть вас не обманывает мой вид. У меня огромные территории за океаном. У меня своя армия. Огромные деньги. Постойте! Вот! — Дернул он обшлаг своего неважнецкого костюма, показывая красную нашивку на рубашке. — Это мне выдали здесь! И, Генри, у меня был свой Реликт. Да, не такой, как у вас. И, наверное, моя мечта не такая большая, как у вас. Но я всю свою жизнь пер к ней, добивался — вот этими руками. И я не отступлю. Потому что, черт возьми, моя мечта стоит, чтобы потратить на нее всю жизнь или сдохнуть, добиваясь!
— Как насчет того, чтобы добраться до Нового города по воздуху? — Застыла на моем лице улыбка.
— С удовольствием, сэр. — Кивнул он с видом джентльмена. — Прошу простить, от меня может плохо пахнуть, но дайте добраться до ростовщиков — и уже к вечеру я буду пригоден для разговоров.
— Забирайтесь, Фипс. — Забравшись на Жабу, я отодвинулся назад, чтобы тот сел впереди.
— Как изволите.
— Можете не держаться, вы не упадете. Просто расслабьтесь, словно скачете на лошади. Доводилось?
— В одной из моих колоний я сохранил породистых рысаков. Стараюсь сберечь все, что осталось от прежнего мира. Знания, людей.
— Но хотите стать королем?.. — Площадка внизу уменьшилась после нескольких взмахов крыльями.
Набегающий ветер нас не заглушал — Хтонь образовала купол.
— А кто, если не я?.. В этих условиях — в наших условиях — вы полагаете уместным голосование?
— Америка будет голосовать…
— За вечного лидера, Генри. Этот триумвират — ровно до того момента, как армия присягнет кому-то одному. Потом короля будут переизбирать каждые четыре года. Простите, президента. И у него будет двор, будут фаворитки и любимые казнокрады. И будете вы, разумеется.
— Главный кредитор, а? Как быстро от меня захотят избавиться?
— Зависит только от вас, Генри. Но свою часть сделки вы получите. Я гарантирую!
— Слово короля.
— Не топчитесь по моей светлой мечте, прошу. Из ваших уст это каждый раз звучит так, что мне становится неловко.
— Да у меня тоже мечта смешная. Я недавно рассказал — человек тоже смеялся. Потом, правда, умер.
— Я передумал спрашивать, что у вас за мечта.
— Но я тут подумал, вы все-таки можете мне помочь ее достичь. — Смотрел я вниз, глядя, как люди тянутся обратно в долину — тушить пожары, оплакивать близких и надеяться, что это не повторится вновь.
— О, с великой радостью!
— Вечером обсудим. — Уже заходила на снижение Жаба.
— Как мне вас найти?
— Скажите любому постовому, что хотите встретиться с хозяином города. Я дам команду. — Кивнул я, слезая.
А там и Фипс соскочил вниз.
Невидимость я снял только после того, как Жаба улетела вновь. А там и Спица вернулась — довольная. Сунулась мне с образами убитых тварей.
— Хвалю-хвалю, — уложил я ее в руку обратно.
Гермошлюз был все еще закрыт, но пара офицеров уже находилась по эту сторону — смотрели в нашу сторону.
Одного я подозвал, указав на Фипса.
— Гражданина вежливо доставить в город, дать временную одежду, сопроводить в приличное место, где могут ссудить деньгами под залог. Дальше не беспокоить.
Фипс активно закивал.
— Будет сделано, — отдали мне честь.
Ну а я…
«А я — на самокате», — попросил я у Хтони невидимость, вздохнув. Потому как талант показывал огроменную пробку на выезд перед дверями — из пожарных машин и скорых помощей, служб спасения и прочих, терпеливо дожидавшихся, когда сообщат, что ехать-спасать безопасно.
Пока ехал, обдумывал принятое решение. Спорное, нелепое, наверняка грозящее кучей неприятностей… Но единственное.
Добрался до квартиры, вызвал референта, прихватил бутылек с духами.
До вечера — еще куча времени. Достаточно, чтобы передумать. Тут уж — дело такое, не все, в самом деле, от меня зависит. Есть моменты.
— Поздравляю, мистер Генри! — Радостно приветствовала меня Рейчел из коридора.
Войти я ей не дал — у меня там тело на ковре.
— Ага. Едем к Амелии, — накинул я кофту поверх рубашки и заспешил на выход.
— Мне распорядиться, чтобы подготовили документы для ее освобождения?
— Нет.
— Как скажете, мистер Генри. Мистер Ньюсом просил доложить вам сразу, как вы вернетесь, что телебригада наготове и ждет только отмашки. Нужно только участие основного объекта. Простите, не знаю, кто это.
— Подождет.
— Как скажете, мистер Генри.
Движение на лифте успокоило, дало собраться с мыслями — в конце концов, дальше все будет просто. Нет — нет. Да — да. Есть мои желания, есть ее ненависть. Вопрос только в том, есть ли разумная цена, чтобы эту ненависть перекрыть.
В этот раз Амелия лежала на нарах и не поднялась, когда я обозначил себя громкими шагами.
— Я ведь умру здесь, да? — Спросила она ровным тоном. — Ты и не собирался меня выпускать.
— Еще раз здравствуй, Амелия.
